Искушение желанием (СИ) - Зеркальный Саша - Страница 36

— Да какая тайна? — фыркнул Андрей и скрестил пальцы их рук. — Мы же изначально знали о ней все.

— Но она о себе нет. Мы привыкли к себе и воспринимаем подобные ситуации как норму. Вот сколько тебе было лет, когда понял, что тебе нравятся и мальчики тоже?

— Хм… лет двенадцать…

— Видишь, сколько времени у тебя было, чтобы привыкнуть к себе, осознать и принять. Многое еще зависит от окружения: многие из числа тех, кто осознал, пытаются бороться с сущностью, даже лечатся, скрываются от родных и близких, потому что нашему обществу привит гендерный стереотип. Представь, каково ей было внезапно попасть в бисексуальную пару, которая при этом все от нее скрывала.

— Нормально она при этом ноги раздвигала. И ничего не смущалась. Я думал, после этого она уж точно нас не пошлет.

— Может, стыдно стало наутро, вот и убежала.

Можно было бесконечно долго говорить на эту тему и рассуждать, пытаться понять, но факт оставался фактом — девушка от них ушла и всюду заблокировала, ясно дав понять, что видеться не хочет. Ехать к ней было бессмысленно, да и все о себе они ей рассказали. Бегать и упрашивать Анатолий не собирался и Андрюхе этого не позволил. У них и без того хватало душевных переживаний, чтобы впускать в душу еще одни.

Через пару дней его мальчик уехал и начались рутинные, привычные будни, наполненные беготней, работой и неотложными заботами, делами. Домой Меркулов приезжал поздно и падал на кровать без задних ног. Андрей урывками звонил и делился точно такими же впечатлениями, попав в Москву, — работа взяла в оборот, скрутила и утянула в свой омут сетями, отогнав на второй план все лишние мысли, чувства и тревоги.

— Ваш кофе, Анатолий Сергеевич, — отвлекла его от размышлений помощница, водрузив большую чашку с ароматным напитком на стол возле старой фотографии в стеклянной рамке.

— Спасибо, — не глядя на нее ответил Меркулов и потянулся за чашкой.

Взяв в руки белый фарфор, мужчина с упоением втянул носом запах молотых кофейных зерен и сделал маленький глоток. Его задумчивый взгляд зацепил снимок, с которым он не расставался уже долгое время, протянул руку и с любовью погладил изображенную на ней темноволосую горделивую красавицу, с рядом стоящим смешливым, растрепанным мальчишкой. Сердце нестерпимо заныло в груди, а чашка в руках дрогнула. Он отставил ее и взял сотовый, набрал номер, что стоял в быстром наборе, и поднес трубку к уху. Через пару гудков ему ответил приятный голос женщины, сразу узнавшей звонившего.

— Здравствуйте, Наталья Степановна, — с улыбкой ответил на приветствие Меркулов. — Ну как она сегодня?

— Что вам сказать, Анатолий Сергеевич? Положительной динамики уже давно не наблюдается, и нам остается только ждать. Да вы и сами все знаете.

— Знаю, — вздохнул Толя и с трудом проглотил вставший в горле ком. — Я приеду послезавтра, как обычно. Ничего срочного не нужно?

— Вы и без того для нас делаете очень много. Ждем вас в субботу.

Отложив телефон, Толя снова взял чашку и сделал внушительный глоток. Приятная жидкость потекла по пищеводу в желудок, согревая нутро, но не душу. Он бы очень хотел поехать за Андреем в Москву, выбрать и обставить с ним квартиру и, возможно, открыть свой ресторан. Но просто не мог этого сделать. А посему пришлось взять себя в руки, переключить открытые вкладки в компьютере, выбрав нужную, отключиться от окружающего мира и погрузиться в работу.

54

Ресторанный бизнес — это не только колоссальные деньги, огромный труд и широкие возможности, но еще и шанс познакомиться с многими интересными и влиятельными людьми, почерпнуть опыт во многих сферах деятельности от декорирования до кулинарии. Масса разнородной информации проходила через голову и руки Меркулова, впрочем, как и у всех, кто когда-либо касался рестораторства.

Персоналу дорогих, высококлассных заведений тоже приходилось непросто, ведь от них требовалось не только разнести еду, а потом собрать грязную посуду. Организация досуга гостей за столом — их главная обязанность. Это только кажется, что официантом могут быть исключительно необразованные люди или студенты. В дорогие рестораны не нанимают служащих с улицы, а за вакантное место приходится бороться. Чаевыми можно заработать втрое больше, чем составляет официальная зарплата официанта, поэтому, попав раз в подобное заведение, взгляды на профессию меняются.

Придерживалась того же мнения и Веремеева, поменявшая несколько второсортных забегаловок и наконец ощутившая, что такое настоящий сервис и высший класс. Единственное обстоятельство, которое ее теперь смущало, — ее бывший начальник. Она ждала, что он может объявиться в их обители в любую минуту, ведь новенькая начальница все еще присматривалась к работникам и не особо спешила руководить. Порой, проходя мимо приоткрытой двери его бывшего кабинета, она с замиранием сердца заглядывала в проем, ожидая увидеть Меркулова, но вместо него в кресле крутилась все та же белобрысая курица.

Сказать, что девушка чувствовала себя разбитой, — ничего не сказать. Она словно попала под локомотив и чудом осталась в живых, получив при этом глубокие травмы, которые будет зализывать еще долгое время. С их злополучной встречи в том уединенном красивом домике на берегу реки, Ира себя называла только одни словом, подходящим ей на все сто процентов, — дурой. Кто-то умный когда-то его придумал специально для таких девиц, как она, и не прогадал: оно полностью описывало ее поведение при полном отсутствии в черепной коробке малейших признаков мозгов. Никогда она не сможет простить себе содеянного, при этом никогда не сможет выбросить те эпизоды из памяти, так навсегда и оставшись из-за этого в смятении и глубоком стыде.

В жизни каждого человека наверняка бывают такие события, которые можно считать полным провалом и позором, которые хочется забыть, но они никак не забываются, которые хочется изменить, только это давно невозможно, которые хочется скрыть от всех родных, близких и даже от себя. Именно к такому событию относилась и их встреча. Глядя на себя и случившееся со стороны, Ира теперь была уверена, что поступила бы по-другому. Нужно было иначе себя повести, как только увидела у мангала Меркулова. Разнести там все! Кому-нибудь из мужчин разбить голову бутылкой! Развернуться и уйти! Хоть пешком, главное, от них подальше! Зачем она, дура, осталась там и слушала их? Разревелась, прониклась их мнимым желанием построить отношения втроем, страхом, что их тайну сожительства узнают на работе. Зачем напилась так сильно? Почему не пошла ждать такси к калитке? Зачем позволила себя увлечь в этих грязных танцах? От событий же, произошедших утром, и вовсе хотелось закрыть глаза, спрятаться под подушку и никогда больше оттуда не выползать. Что же она вытворяла с ними?!

Ира не хотела вспоминать. Не хотела! Но картинки жаркого секса невозможно было стереть из памяти. Треклятые образы упорно вставали перед внутренним взором, по телу моментально пробегал ток, а руки начинали мелко дрожать. У девушки перехватывало дыхание при воспоминании о двух мужчинах, которые пользовались ее телом на свое усмотрение. Многие об этом мечтали, иногда думали, часто представляли, тайком смотрели видео с подобным содержанием, но Ира даже помыслить не могла, что ощутит это на себе. Это походило на какое-то безумие и бред воспаленного разума, просто сон и настолько яркую фантазию, что теперь она казалась реальностью. Только обманывать себя Веремеева не умела, и именно поэтому она не смогла бы больше никогда в жизни посмотреть этим мужчинам в глаза. Ей было стыдно за себя. В ее голове давно засел стереотип, что на секс легко соглашаются исключительно шлюхи. На отдыхе она повела себя именно так, но ведь совершенно не рассчитывала на будущую встречу с Андреем. И теперь отдалась не одному, а сразу двум мужчинам. И, возможно, восторг, который ей довелось испытать, не повторится больше в ее жизни, но девушка была уверена: ее бывшие любовники посчитали ее разовой шлюхой.