Заложница монстра (СИ) - Куш Ивона - Страница 29

На кухне витал аромат готовой еды, телевизор показывал какую-то передачу, которая должна была быть смешной. Но я совсем не слушала то, о чем в ней говорится. Поэтому смешно мне не было. И уж тем более стало не до смеха, когда на кухне появился Матвей. Посмотрел на меня недовольно, заставив одним взглядом замереть на месте, с занесенной над сковородкой ложкой. Только собиралась взять пробу с тушеного мяса, проверяя, готово ли оно. Уже успела поднести ложку к губам. А тут Новак… И принесла же нелегкая.

— Ты спать собираешься? — спросили у меня.

Он облокотился о стену, сложил руки на груди, будто боялся, что они начнут жить собственной жизнью.

— Сегодня — нет, — покачав головой, ответила. Ложку убрала, иначе рисковала-таки заляпать чужую рубашку. — Даже если бы и хотела, не смогла бы заснуть.

— И как ты собираешься идти на работу?

Не поверишь, сама задавала себе этот вопрос. Но ответа на него не знала. Потому что понятия не имела, как выдержу новый день, делая вид, что все нормально. А если кто-то спросит о Роме? Что я скажу? Что этот придурок хотел меня убить, а в итоге сам попрощался с жизнью? Или нет…

— Не знаю, — пожав плечами, проговорила и отвернулась от Матвея. Встречаться с ним взглядом не хотелось. — А ты почему не ложишься?

— Знаешь, — хмыкнул Новак, отлипая от стены и подходя ближе, — а я захотел есть.

— И? — сделала вид, что не поняла, куда он клонит.

— И хочу, чтобы ты немного за мной поухаживала. Что-то мне подсказывает, что сегодня я заслужил твое внимание. Ты не находишь?

Находить-то я, может, и находила, только признаваться в этом не хотелось. Если Новак увидит, что он стал для меня слабостью, то начнет этим пользоваться. А я не хотела, чтобы он знал о том, какие мысли в последнее время крутятся в моей голове.

— Ты что делаешь?! — возмутилась, когда Матвей отодвинул меня в сторону от плиты и сам стал колдовать над сковородками. — Матвей!

— Пока от тебя хоть чего-нибудь дождешься, подохнешь от ожидания. Не мешай, куколка.

Кажется, он и не думал воспользоваться тарелкой. Схватил вилку и начал есть прямо из сковородок. Будто ребенок, который целый день был голодным, а тут, к вечеру, добрался до любимой маминой еды.

— Новак, я все понимаю, но сел бы ты за стол, — проворчала, теперь уже сама хмуро посматривая на мужчину. Еще немного и мне начнет казаться, что мы супружеская пара, которая прожила вместе как минимум лет десять. — Я положу тебе в тарелку и…

— Помолчи, Лаврова, — недовольно посмотрев на меня, проговорил Новак. — Мне и так нормально. А ты топай, давай, в спальню. Так уж и быть, сегодня приставать к тебе не стану. Но завтра, уж извини, заберу свое.

— Матвей, я не собираюсь ложиться спать, — заупрямилась я. — Тем более, времени на сон почти не осталось.

— Лаврова, не беси, — стал заводиться Новак. Он перестал есть. Бросил вилку в раковину, стукнул крышкой о сковородку, и только после этого снова посмотрел на меня. — Я тоже устал. Но мне не улыбается бодрствовать всю ночь, напрягаясь из-за того, что ты можешь слинять, пока я сплю. Поэтому, закрой рот, и топай в спальню.

Прикусила нижнюю губу, опустила взгляд, смотря на свои босые ноги. И вроде хотелось поспорить, но, с другой стороны, может, рядом с Новаком мне все же удастся поспать? И тогда новый день будет не таким морально тяжелым?

Решив, что спорить бесполезно, все-таки пошла в спальню. Там забралась в кровать, накрылась покрывалом и сделала вид, что сразу же заснула. Только вот Новака обмануть было сложно. Он появился в спальне через пару минут. Уже привычно хмыкнув, лег рядом и, притянув меня к себе, сам затих. Его не было всего несколько минут, а мне было уже некомфортно. И пусть я опасалась того, что он все-таки может не сдержать слово, страха и на этот раз не испытывала. То ли стала привыкать к Матвею, то ли просто смирилась.

— Хватит недовольно сопеть, — спустя минут пять, проворчал Матвей. — И не елозь, если все-таки хочешь встать утром более-менее отдохнувшей. Не то чтобы я не мог себя контролировать…

Я уже успела почувствовать, как ты себя контролируешь. Сейчас этот самый контроль чувствовался особенно остро.

Попыталась расслабиться и ни о чем не думать. Может и в самом деле получится поспать? Хотя бы час. Потом все равно надо будет встать раньше и требовать, чтобы Новак отвез меня домой. Не идти же на работу в жеваных вещах. Кстати… я, кажется, забыла вытащить их из стиралки.

На последней мысли меня и поглотил беспокойный сон. Другим он быть и не мог. А я так надеялась, что обойдется вообще без сновидений…

Проснулась рано утром от резкого пиликанья будильника. Испугалась, дернулась, словно тело пронзило током, и случайно заехала рукой Новаку по лицу. И чего, спрашивается, он продолжает ко мне прижиматься? Отодвинулся бы подальше и не получил бы.

— Ты в себе, Лаврова? — проворчал Матвей, потирая ушибленное место и заспанно смотря на меня. — Пока еще да, — вздохнула и попыталась подняться, но этого мне сделать не дали, снова ухватили рукой за талию и придвинули к себе. — Слушай, Новак, — недовольно заговорила, хмурясь, — если тебе хочется кого-нибудь обнять, обнимай плюшевого медведя. Я подарю тебе его на день рождения. Кстати, когда он у тебя, этот день?

— Полгода назад был, ты опоздала, — последовал ответ. Затем меня ощутимо укусили за мочку уха.

Я снова дернулась, но на этот раз обошлось без размахивания руками.

— Я не опоздала. Просто хочу поздравить тебя заранее.

— Не стоит.

Рука, которая до этого обхватывала талию, заскользила ниже, пробралась под дорогую ткань рубашки и коснулась нижнего белья. Я замерла, расширившимися глазами смотря прямо перед собой. Ох, нет… Неужели он решил, что плату за мое спасение можно взять прямо сейчас?

— Новак, — процедила, — убери руку, не…

Договорить не успела. Прикусила губу, чтобы не вскрикнуть от неожиданности. Рука мужчины ловко пробралась под тонкую ткань белья и уж слишком легко и свободно проникла внутрь… меня.

— Я знаю не так много способов, чтобы заткнуть тех, кого не хочу слушать, — проговорили в самое ухо. — Но с тобой я начинаю изучать новые. И мне они нравятся.

Говоря все это, он вытворял своей рукой такое, что у меня слишком быстро закружилась голова, а низ живота стало тянуть от желания. Желания, которое я вообще редко когда испытывала. Но с Матвеем всегда было слишком остро, слишком жестко и… слишком чувственно. Не знаю, как он умудрялся вызывать во мне столько противоречивых чувств. Особенно, если к ним примешивалась еще и ненависть. Которой я сейчас, впрочем, не испытывала.

Его движения постепенно становились все более резкими. И когда я уже была готова к разрядке, он убрал руку. Но не успела я возмутиться столь жестокой пытке, как в меня снова проникли, наполняя собой полностью. Как оказалось уже через пару секунд, я хотела этого ничуть не меньше, чем сам Новак.

Я чувствовала легкие укусы на шее, скольжение рук, горячее тело за своей спиной. И наслаждение, которое накатывало волнами, то причиняя легкую боль, то продолжая кружить голову. Мне хотелось большего. Хотя я и так получала не мало. Сама не заметила, как стала сначала стонать, потом требовать, чтобы Матвей продолжал. Чтобы не останавливался.

Его резкий толчок вперед, мой громкий вскрик. Перед глазами на какое-то время все потемнело. Или я просто их закрыла… Не знаю. Я вообще плохо соображала. Однако, сразу почувствовала пустоту, которая осталась после того, как Матвей все-таки отстранился.

— Это было незапланированно, — проговорил он, одновременно с этим пытаясь восстановить дыхание. — Но было неплохо. Я бы даже повторил. Но не сейчас.

— Хорошая новость, — съязвила я, оборачиваясь на него. Закуталась бы в покрывало по самую макушку, но Матвей придавил его своим телом. Я еле могла прикрыть стратегически важные места.

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — скосили на меня темный взгляд. — Особенно, когда ты выкрикивала мое имя и просила не останавливаться, а то накрутишь мне хрен на шею.