Культы Дорсета (СИ) - Фролова Ксения - Страница 16

Сейчас кое-что изменилось, но это не значит, что стало хуже. Саммерфилд постепенно начал просыпаться, всё больше походя на себя прежнего, шумного и полного гостей. Скоро будут танцы, крокет, много смеха и последние сплетни, которые неизменно привозили Мария и Сара. Ещё будет много неловкости, потому что приедут Томас и капрал. Этот факт заставит оживиться даже Джейн.

К завтраку Касс спустилась прилично одетой — в тёмно-сером домашнем платье со спущенной талией и длинными рукавами, — и даже причёсанной. Светлые густые волосы она заплела в косу и из неё свернула тугой пучок, который делал её похожей на гувернантку или медицинскую сестру без чепчика. На лестнице ей попалась Полин.

— Доброе утро! Вы уже начали готовить гостевые комнаты?

— Да, мисс, — француженка улыбнулась, — осталось только застелить постели.

— Чудесно. Пожалуйста, не ставьте в комнату мастера Терренса цветы, они его расстраивают. Лучше положите дополнительное одеяло, он не выносит холода.

Старшая горничная кивнула.

— А для Марии понадобятся грелки.

— Да, мисс.

— Тогда хорошего утра, — Кассандра широко улыбнулась и поспешила вниз по лестнице. Надо бы придумать какие-нибудь занятия для Джейн, чтобы она была при деле и не нервничала в предвкушении приезда Беннета. Она, конечно, будет делать вид, что ей решительно всё равно, но Касс-то знает, что капрал ей нравится, и нравится очень сильно.

Саммерфилд-парк в отличие от своей хозяйки выглядел вполне проснувшимся. Несмотря на конец октября, окна в дальних комнатах были открыты, а мебель, слишком многочисленная чтобы удовлетворять потребности двоих девушек и десятка слуг, была уже лишена чехлов. Всё удивительно совпало — приезд Тео, ежегодный сбор шепчущих, её решимость всё исправить. Как минимум дому это пошло на пользу. Он почувствовал себя снова живым и нужным, и очень старался утвердиться в этом качестве. Призраки Саммерфилда притихли или пошли на сотрудничество с хозяйкой и её адиутором — в библиотеке гостиной больше не летали энциклопедии и сборники античных трагедий. Вторая ванная лишилась своей кровавой госпожи и была готова встречать Марию и Сару, которые будут ей пользоваться в самом ближайшем будущем. И, конечно, родительские портреты вернулись в нормальное состояние, что не могло не радовать.

Надо будет придумать способ задержать Тео в доме подольше. Вряд ли он что в случае удачи, что в случае провала её плана останется здесь навсегда. Кассандра определённо связывала изменения Саммерфилда не только формальные, но и более тонкие, еле ощутимые, именно с монахом. И со своим изменившимся самоощущением тоже. Это была не просто лёгкая влюблённость или вязкая тёмная страсть, основанная на приверженности к оккультизму, как в случае с Томасом. Кассандра ощущала, что в кои-то веки готова не просто рутинно выполнять свои обязанности, а созидать, творить и быть той, кем она должна была стать.

— Ну что, от завтрака ещё что-то осталось? — хозяйка дома вплыла в малую гостиную, где надеялась застать лучшую подругу и Тео. Но если первая невозмутимо жевала тост своими половинчатыми губами, то второй отсутствовал. Касс потянулась, повернувшись к окну и широко раскинув руки. Не будь здесь монаха она бы ограничилась наброшенным на ночную сорочку широким китайским халатом, но учитывая, что в доме завелось лицо мало того, что мужского пола, так ещё и религиозное, пришлось вспомнить, как быть леди. Удивительно, как быстро они с Джейн одичали в отсутствии других людей!

— Что найдёшь — то твоё, — невозмутимо ответила Джейн, намазывая на хлеб янтарно-тягучий абрикосовый джем, — кофе ещё горячий.

Вот за что Касс её обожала, так это за то, что экономка, она же лучшая подруга, никогда не относилась к ней с вассальной покорностью. Ну, наверное, сложно воспринимать как сюзерена того, с кем ты спал в одной кровати в грозу, кто делил с тобой все детские проблемы и тайны вроде забытой кем-то из родительских гостей похабной книжонки, того, кто мог лихо тебя окоротить одним тычком под рёбра, если ты вдруг решила задрать нос.

Джейн появилась в Саммерфилд-парке в пять лет. Хмурая испуганная девочка в платье не по размеру, с тяжёлым не по годам взглядом и поджатыми губами. Кассандра тогда была очаровательной пухленькой хохотушкой, полнокровным сердцем поместья и родительской радостью. Пока слуги и старшие Галеры относились к Джейн как к смертельно больной, Касс со всей своей детской непосредственностью взялась за её внедрение в жизнь Саммерфилда. Сначала половинчатая гостья смотрела на маленькую хозяйку большого дома как на что-то враждебное, угрожающее её скорби и комфортному пребыванию в пучине страданий, но постепенно и она увлеклась всеми теми бесконечными забавами, которые охотно предлагала маленькая мисс Галер.

— Кофе — это восхитительно, — хозяйка дома плюхнулась за стол, вовсе не как леди подбирая под себя ногу, — у нас всё готово к приезду гостей?

— Ну да, за исключением того, что твоё увлечение лазает по дому. Подумать только, он вчера пытался пробраться в подвал. И у него была фляжка со святой водой.

Касс представила, как Тео, словно злодей с картинки из детской книжки, крадучись спускается по лестнице, кривя в ухмылке свои слишком идеальные губы. Леди Галер хихикнула.

— Не вижу ничего смешного. Завтра утренним поездом приедет Мария, так что сейчас ты упускаешь последний шанс отослать нашего гостя восвояси.

— Боишься, что она его съест? — Касс с громким хрустом откусила свой кусочек поджаренного хлеба с ветчиной, — думаю, он может за себя постоять.

— Между прочим, я вас слышу! — сквозь стену донёсся голос монаха. Судя по направлению звука, он был на лестнице. Может, приводил в порядок другие поражённые порчей портреты или просто читал. В любом случае, получилось забавно.

— Тогда хватит там сидеть и сделай что-нибудь полезное!

— Он не твой слуга, — фыркнула Джейн, — ты не можешь вот так им командовать.

— Теперь ты его защищаешь! Всё, Тео остаётся.

— С каких это пор он для тебя просто «Тео»?

— С вашего позволения, я лучше поищу Гарри на улице, — за стенкой монах затопал по ступенькам. Судя по интонации, дружеская девичья перепалка его смутила. Что, в общем-то, и неудивительно, учитывая, что он явно привык к другому обществу. Теобальд Крейн сначала был деревенским парнем, потом удачливым военным, после — монахом, откуда бы ему знать, как всё устроено в женском мире? Кассандра всё понимала, но хихикать ей это не мешало. Как и Джейн — закатывать глаза. Вернее, глаз. Второй-то всегда оставался неподвижным.

Когда его шаги наконец стихли, Касс серьёзно посмотрела на подругу. Та нервно стучала ноготками по своему фарфоровому запястью.

— Ты же понимаешь, что я закрываю глаза на твоё увлечение исключительно потому, что ты — это ты, и будь на твоём месте Сара или даже Мария, я бы уже доложила Трёхглазому лису? — тихо продолжила Джейн, глядя в сторону.

Касс поджала губы. Слова подруги ранили её в самое сердце. Она не понимает, что Тео — это не просто увлечение, он — их общий путь к тому, чтобы всё привести в порядок. Но на то, чтобы подготовить своих последователей к этой светлой мысли, потребуется слишком много времени. Боль и тайна каждого слишком велика, чтобы за те несколько дней, что им остались, объяснить культистам, что боги, пришедшие со звёзд, безразличны к раку, уродствам и бесплодию. Их интересует только хаос, ибо сами они из него и сотворены.

— Я думаю, старик как-нибудь переживёт без знания о том, кто пользуется моей гостевой ванной, — Кассандра попыталась разрядить обстановку и, протянув руку через стол, перехватила пальцы подруги, — всё будет в порядке. Он мне верит.

Ей не нравится лгать, пусть даже и во спасение. Ей не нравится думать, что эта воронка будет становиться всё больше, затягивая новых и новых людей. Кассандре придётся притворно улыбаться смертельно больному Терренсу и испещрённому шрамами капралу, ей придётся обманывать несчастную Марию и внушить Саре с Томасом уверенность в том, что от так желанной власти их отделяет один ритуал.