Саша. Характер - сахар со стеклом (СИ) - Клин Катриша - Страница 16

- Алекс, а что вы думаете насчет байкеров? Вам нравится то, чем они занимаются? – Вот он! Вопрос года! И озарение зеленой вспышкой село на нос. Я чихнул. – Ой, у вас на них тоже аллергия? У меня с некоторых пор тоже! Мы с вами обязательно подружимся, Алекс! Я очень рада, что моя дочь связалась с таким, как вы! Вы хоть и молодой, но очень сообразительный. А я очень ценю это качество! – Она рассмеялась шелковым смехом и снова принялась услуживать гостям. Затем, внезапно что-то вспомнив, наклонилась ко мне и прошептала.

- Вы только берегите ее. Она еще совсем кроха. Как маленький колючий ежик.

После этих слов на кухне появилась она, виновница моих будущих кошмаров, которую я сразу же и похитил. Она должна была объяснить своим родственником, кто я такой! Что я вообще-то совсем свободен! И знакомиться ни с чьими родителями еще лет десять не собирался!

Хотя.… В голове появились опасные мысли, целый клубок сомнений. «Стоит ли срывать свой гнев таким образом? Стоит ли кричать, возмущаться, когда ты сам пришел сюда? Ты ведь сам хотел узнать эту девчонку, посмотреть ту атмосферу, в какой она выросла. Все было ради нее», - шептал внутренний голос. «Нет!».

- Ай, ну что еще? – мы остановились в темном коридоре между двумя дверьми. Я старался сжимать ее руку, как можно мягче, но злость…

И знаете, случается такой момент, когда мы вспоминаем все самые нелепые случайности в своей жизни, вспоминаем, как справлялись с теми или иными проблемами, заморочками. А глядя на этого колючего ежика, стоящего передо мной в длинной футболке, коротеньких шортах, с крайне недовольной моськой, я вспомнил наш поцелуй там, возле клуба. Вспомнил вкус ее губ и улыбнулся. Темные брови моментально нахмурились, а попытки выбраться из моего захвата только усилились. Она вела себя, как дичь, угодившая в невидимую ловушку.

Я наклонился ближе, заставляя ее отступить и прижаться к стене. Она вышла из себя, начиная зло шептать мне почти прямо в губы, попеременно сглатывая и облизываясь.

- Я буду кричать. Только попробуй, и Коша тебя отделает! – наклонился еще ближе, касаясь дыханием тонкой шеи с маленькой жилкой, бьющейся бешено под кожей. И зашептал в ухо, наслаждаясь моментом и ее беспомощностью.

- Давай.

Ее губы, мягкие и податливые, как губка впитали все разочарование и жжение в груди. Они постепенно растаяли, уступив место легкому покалыванию. Не знаю, что за магия витала в воздухе при таких вот поцелуях, что за магия тянула нас друг другу, кидаея в объятия, но мне она нравилась.

Отстраняясь, легонько щелкнул ошарашенную девчонку по носу и улыбнулся ей самой искренней и доброжелательной улыбкой. Но не помогло.

- Кретин! Придурок! – она замахнулась для удара, но промазала. Ударила по руке, а затем, будто обессилев, наклонила голову и уперлась лбом мне в грудь. – Зачем ты так?

- Я не понимаю, о чем ты. – Мои руки хотели зарыться в ее светлые мягкие волосы, провести по всей их длине, убрать пряди с лица, а затем притянуть ее в объятия, вдохнуть аромат ее тела, кожи.

- Ребят, а вы где пропали-то? – в коридоре появилась взволнованная мама Сашки.

- Уже идем, мамуль. – Саша быстро подняла голову, убирая волосы за уши и улыбаясь во все тридцать два.

Женщина еще задержалась ненадолго, осматривая наши смущенные лица, негромко цокнула и ушла.

- Хорошо, мы вас ждем.

Саша глубоко вздохнула.

- Думаю, тебе стоит пойти домой.

Она ведь это не серьезно? Что значит «домой»? Опять возвращаться в эту пучину страхов и ожидания? А что, если Лизка снова свалила куда-то? Опять искать ее, носясь по городу?

- Нет уж, я остаюсь. Этот вечер мне нравится все больше и больше.

***

Я проснулась от кошмара. Какое-то черное месиво засасывало меня под землю. И это было настолько реалистично, что, проснувшись, я не сразу сообразила, где нахожусь. Темная комната напоминала те комнаты, в которых героинь ужастиков непременно убивали маньяки или чудовища. Темные тени, спрятавшиеся по углам, наводили еще больше ужаса.

Осторожно высвободив ноги из скомканного одеяла, прошла к двери. На кухне до сих пор горел свет, туда-то я и отправилась. Сейчас мне нужна была компания, любая.… В освещенном помещении сидели двое, Маришка и Коша. Их лица были пусты и будто даже безжизненны. Белые маски. Я села напротив и помахала у них перед глазами руками, но они даже не шевельнулись. Внезапно громкий крик разорвал оцепенение, кто-то умирал в соседней комнате, но я даже не шелохнулась. Голос был не знаком, а тело больше не подчинялось мне. Напряжение огромной тучей сгустилось вокруг нас. Свет мигнул и потух. А затем Коша взял что-то в руки, крик повторился. Но кричали не в другой комнате, кричала я….

- Я никогда в жизни не видела настолько реалистичных снов, это была будто картинка из глупого ужастика с тупыми главными героями, которые полтора часа совершают только глупости и лишь последние десять минут спасаются сами и весь мир в придачу! – в трубке молчали. Затем зевнули. - Почему ты молчишь? Ты считаешь меня больной на всю голову? Маша!

- Просто Гриша позвал меня на свидание, и я не знаю, что надеть. Может, вы сегодня с Иркой ко мне? Заодно и накрасите.

- Ох, Маша, - я отключаюсь. Ну, о чем, скажите, о чем можно говорить с девчонкой, чью голову и мысли целиком и полностью занимают мальчики? Набрала другой номер. В ответ раздались лишь длинные гудки. Ирка не слышала, или опять посеяла трубку. М-да…Лизке я звонить не стала. У нее итак слишком много проблем, не стоило нагружать бедную девчонку еще и своими.

Подумав немного и выглянув за окно, я со спокойной душой снова улеглась спать. Не стоило накручивать себя из-за пустяков. Это был всего лишь сон. Ничего больше. Реальность страшнее.

- Сааш, просыпайся. Сааашааа… - нудные звуки на одной ноте не давали мозгу окончательно проснуться. Желая остаться подольше в комфорте нереальных сновидений, я посильнее укутался в одеяло. Но, к сожалению, это не помогло.

- Саша! Мама приехала!

- Что? – как я поднялся так близко? Понятия не имею, но известие о том, что моя заблудшая матушка решила наведаться в обитель своих детей слегка пугала. Ха-ха. Слегка.

Потряс головой, потер глаза и посмотрел уставшим замученным взором на сестру.

- Выпроводи ее и ложись спать, рано еще.

Но причесанная и даже накрашенная Лизка слушать не желала, что-то пробормотав под нос, достала телефон из заднего кармана джинсов.

- Алло, Саш, тут такое дело. Мама приехала. Мне психиатр не разрешает с ней общаться, брат вставать не желает, может, ты приедешь и поможешь?

Нервные движения Лизки приводили меня в еще больший депресняк. Синяки на ее руках, только - только начавшие сходить, мутили. Что это? Заболел что ли?

- Лиз, принеси антигрипинчика, а. И замолчи, от твоего голоса блевать тянет.

- А хотя, знаешь, не приезжай. Я приеду. Не хочу его больше видеть.

Девчонка развернулась так быстро, что я заметил лишь кончик ее косичек, и выбежала из комнаты, по пути запнувшись об оставленные мной на пороге кроссовки.

- Твой сын – свинья, мамуля! – послышалось из соседней комнаты, а затем, громкий хлопок двери сообщил, что сестрица покинула квартиру. Ну и славно. Меньше головной боли!

***

- Чай будешь? - предложила я возбужденной Лизке.

- Да, с удовольствием. - Согласилась та.

- Сашуль, напомни, почему я все еще не скололась?

- Потому что у тебя есть я, твоя опора и защита. – Мы весело рассмеялись, довольные друг другом, и, взяв стаканы, полные теплого коричневого напитка в руки, уставились в мелькающие картинки на экране.

Не знаю, что было в Лизиной голове, но в моей поселился пожар. Пожар ненависти к тому, кто не может держать своих слов и свое истинное лицо в узде. Он опять все портил! Опять подталкивал ее в пропасть, из которой она всеми силами пыталась выбраться. Зачем? Это что, любовь у него такая? Нет, я этого так просто не оставлю!