Лекарь безумной королевы + Бонус (СИ) - Пилипенко Мария - Страница 40

-- Простите, леди, но вы не можете войти в сад. Там отдыхает королева.

-- А вас оставила у дверей?

Эмиль ничего не ответил, уставившись в никуда поверх ее головы. Реагировать на колкости было ниже его достоинства.

Вайолет отступила к перилам, вглядываясь в парк и обдумывая, как ей лучше поступить. Ей даже не верилось в столь неожиданную удачу – остаться с капитаном наедине! Графиня нервно покусывала ноготок, но любовалась парком недолго, ведь рядом с ней было гораздо более увлекательное зрелище.

Девушка повернулась и стала рассматривать молодого мужчину. Он был смуглым, с благородными чертами лица. Неужели он и вправду сын того страшного Дьявола? От мыслей о Тенебра боязливо сжалось сердце. Она слышала, что бывший разбойник в молодости был вовсе недурен собой, имел черные, как вороново крыло, волосы и глаза, словно мрак преисподней. Вот и Эмиль такой же. Когда на него смотришь, сердце тоже замирает, но не от страха -- от предвкушения…

Ее взгляд жадно скользил по его лицу, путешествуя от красивого изгиба бровей к губам, по подбородку и снова к губам. И чем дольше она смотрела, тем дольше ей хотелось смотреть…

Наконец Эмиль не выдержал и, с трудом подавив улыбку, коротко взглянул на нее, тут же снова поспешно отводя взгляд. Он прекрасно чувствовал, как она разглядывает его. Не просто с любопытством. С восхищением! Капитан вышел из образа равнодушия всего лишь на мгновенье, но она успела заметить. И, воодушевившись, улыбнулась.

Желая заинтриговать капитана, Вайолет достала из сумочки-мешка, закреплённого на поясе, специально припасенное ею странное приспособление. Какую-то небольшую трубочку длиной с ладонь. Красивая полированная темная поверхность с золотыми узорами говорила о том, что это не простая вещица.

Повертев ее в руке, девушка взяла трубочку в рот, подошла к факелу и достала из сумочки небольшую лучинку. Запалив ее, засунула горящий конец лучины в трубку, немного подождала… и вдруг выпустила изо рта одну за другой несколько струек дыма. Видимо, трубочка была чем-то набита. Эмиль ощутил лёгкий приятный сладковатый аромат.

Между тем графиня вернулась к перилам и, удобно усевшись на них, поднесла трубку к губам. Слегка затянувшись, она выпустила еще одно невесомое облачко.

Эмиль невольно наблюдал за ней и за тем, что она делала, ведь он никогда ничего подобного прежде не видел. Вернее, видел, но давно, когда однажды сопровождал барона на встречу с иноземными купцами.

Те привезли много редких и дорогих товаров: специй, трав, каких-то порошков. Барон со знанием дела долго перебирал подозрительный товар, который был ему нужен не иначе, как для колдовства. И у одного из купцов вроде была подобная трубка, только побольше и потолще. И он тоже пускал дым изо рта.

«Вот же чертовка! Как есть колдунья!» -- размышлял Эмиль, не в силах оторвать взгляда от соблазнительных алых губ.

А Вайолет, сидя на перилах, беспечно покачивала ножкой и поглядывала на него с любопытством. Увидев, что он заинтересовался, очень довольная, она спрыгнула с перил.

-- Хочешь попробовать? – протянула она ему свою игрушку, -- Просто набери дым в рот и подержи. Это очень приятно.

Но Эмиль лишь мазнул взглядом по странной трубке, потом снова мельком бросил взгляд на ее губы, нежное белое лицо, тонкий нос и удивительные голубые глаза. Он всегда поражался их цвету. Говорят, у королевы Фреи были такие глаза. А теперь их можно встретить только у ее потомков – Волков с королевской кровью.

Ему, конечно, было любопытно, но он поборол себя и не пошел у нее на поводу.

Чуть склонившись к ней, Эмиль вдруг негромко спросил, кивнув на трубку:

-- А ваш отец знает про это?

Но графиня не растерялась и ответила ему. Тоже шепотом.

-- Нет, но ты ведь не скажешь ему? А я в награду за это расскажу тебе, что ты делаешь со мной по ночам в моих снах. Поверь, это очень интересные сны. Хочешь узнать подробности?

Никогда Эмиль не слышал от женщины столь бесстыдных речей, и у него невольно зарделись щеки от стыда, возмущения и…какого-то еще непонятного чувства.

-- Будь я на месте твоего отца, -- выдавил, наконец, из себя капитан, -- хорошенько отшлепал бы тебя. За твое поведение.

Она приподняла бровки и прикрыла глаза ресницами.

-- А я не против. Когда и где?

Он вдруг нахмурился.

-- У тебя совсем стыда нет? А впрочем... Приходи. В девять. Ко мне в комнату.

Вайолет широко раскрыла глаза, забывая играть свою роль соблазнительницы, не веря своим ушам. Он это серьезно?!

-- Ты не шутишь? -- в глубине голубых глаз плескалось недоверие.

-- Я похож на шутника? В девять.

-- Я приду, -- она вдруг радостно обхватила рукой его за шею и шепнула на ухо так жарко, что у него невольно забилось сердце, -- мой строгий капитан!

И тут же убежала.

А Эмиль смотрел ей в след и думал, как жаль, что она ведьма.

Вообще-то он хотел проучить ее за приставания, но теперь засомневался. Возможно, зря он все это затеял, ведь с ведьмами лучше не связываться.

Глава 24. Легенда

Это был скучный длинный день. Эмбер не знала, куда себя деть. Пыталась гулять, читать книгу старинных легенд, подаренную королем, навестила Фалину. Мучилась и тосковала. Ничто ее не радовало.

День стал клониться к вечеру. Вдруг Эмбер осознала, что просто скучает по Алларду. По его вниманию и заботе. По ласковым словам, и по тому уважению, которое он ей оказывал.

Это осознание не принесло королеве облегчения. Внутренне она осуждала себя. Уговаривала выбросить эти глупости из головы. Король слишком стар, чтобы испытывать к нему какие-то трепетные чувства. И все же ничего не могла с собой поделать. Думала о нем каждую минуту. Потому что ничего нет прекраснее, чем чувствовать чью-то нежность и заботу. А от известия о том, что король вернулся, глупое сердце подскочило и затрепыхалось, словно беспомощная пойманная птичка.

Когда стемнело, Аллард позвал своих девочек, Фалину и Эмбер, прогуляться на балконе.

-- Прогулка в мороз на ночь глядя? -- Эмбер озадаченно смотрела на Метти, которая принесла ей теплые вещи: мягонькие вязаные чулки, меховые сапожки, юбки из тончайшей шерсти, бархатное толстое платье цвета горного малахита и белоснежную шубку. Все было таким красивым, теплым и удобным!

И все-таки…Гулять беременной женщине в холод, ночью...

Но когда Эмбер вышла на балкон, то просто ахнула!

Каменные плиты были застелены меховыми шкурами в несколько слоев. Повсюду горели факелы. У стены был обустроен настил, больше похожий на кровать. Мягкие матрасы, укрытые меховыми накидками, гора подушек. Стража, чтобы не мешать, стояла поодаль.

Рядом с настилом горели два очага, за которыми присматривали мальчики-слуги.

На низких столиках исходило паром горячее вино, прокипевшее со специями, а также вазы со сладостями и угощениями для дам.

Фалина тоже пришла, разодетая в золотистые меха, все еще бледная, но заинтригованная также, как и Эмбер.

Как только на балконе появились девушки, король не заставил себя ждать. Он первым взошел на импровизированную кровать, предлагая устроиться справа от себя племяннице, а место слева оставил для королевы.

"У сердца" -- вздохнула про себя Эмбер, и забралась поближе к нему.

-- Какая странная прогулка, -- удивилась вслух Фалина, принимая кубок согревающего напитка.

-- Вы же хотели услышать подлинную легенду о королеве Фрее и ее Волках? А где же ещё рассказывать сказки, как не в кровати ночью?

Эмбер ничего не сказала, только улыбнулась, глядя в темноту, и завернулась в меховое покрывало.

-- Ну что, готовы? -- король поднял руку, и вдруг факелы разом потухли. На балконе воцарилась темнота, но зато стали видны звёзды, а в свете луны зловещие очертания гор, покрытых непроходимыми лесами, стали казаться сказочной иллюстрацией в волшебной книге.

И Аллард стал рассказывать о далёких временах завоевания этих краев. О Первом Короле их лесного королевства и его прекрасной жене, голубоглазой волшебнице Фрее.