Лекарь безумной королевы + Бонус (СИ) - Пилипенко Мария - Страница 70

-- Я давно должен был поговорить с вами, дорогая Эмбер…

Какое-то время он собирался с мыслями, а королева хранила молчание. Она догадалась, о чем пойдет речь. Она и вправду безумна, если считала, что он простит ей этого ребенка. Да и можно ли это простить?

Королева молча ждала, что он скажет.

-- Не буду вас мучить, спрошу только главное. Любите ли вы отца вашего ребенка? Хотели бы вы прожить с ним свою жизнь? Если да, то я освобожу вас от обета, подарю замок и вы уедете вместе…

-- Нет, нет! Это была ужасная ошибка! Я сделала это нарочно, ослепленная злобой! Я его не люблю, не желаю знать! – Эмбер снова упала перед ним на землю, обнимая его колени, -- я так виновата! Я знаю, вы не простите, не сможете простить! Только позвольте быть около вас, пусть не женой, вашей служанкой! Я люблю вас! Люблю только вас!

Аллард тут же поднял ее с колен, притянул к себе, пытаясь остановить нежностью этот поток бессвязных речей и горьких слез.

-- Боги, тише, что ты говоришь… Не плачь! Не нужно плакать. Я тоже…тоже люблю тебя. И люблю нашу девочку, -- он осторожно положил руку на округляющийся живот и королева мгновенно притихла.

-- Девочку? – осторожно переспросила она после паузы.

Аллард мечтательно улыбнулся.

-- Знаешь, во время болезни мне приснился удивительный сон. Я увидел нашу дочь. Она сидела на моей постели и улыбалась мне. Солнце играло в ее золотых волосах, а присутствие девочки согревало меня. Она коснулась моей руки, и болезнь отступила.

На словах про золотые волосы Эмбер заметно напряглась, но ничего не сказала. Потом внимательно взглянула ему в глаза и спросила.

-- Ты меня прощаешь?

-- Никогда и не сердился. Не мне тебя судить.

-- И любишь? – серьезно спросила она, что-то прикидывая в голове.

-- Да…

Не успел произнести заветное слово, как королева, обхватив его шею руки, прильнула губами к его губам, целуя умело и страстно. Он почти испугался. Не поцелуя, а своих чувств. Хотел отстраниться, но она не позволила.

А попугай нашел в цветах последний орешек, вернулся на свою перекладину и стал деловито прохаживаться по ней, поглядывая на целующихся. Возможно, он и сказал бы сейчас что-то очень умное, но клюв был орешком занят.

Глава 45. Лед и солнечные блики

На следующий день в зимнем саду королева устроила посиделки для придворных дам. Она желала поближе с ними познакомиться, а также порадовать их после тяжелых дней карантина и изоляции.

Вокруг фонтана поставили лавки с подушками, столики с напитками и изысканными сладостями. Среди цветов под деревьями расселись музыканты. Пригласили красавца-факира, завораживающего своими экзотическими танцами и показывающего чудесные трюки. Все женщины смотрели представление, угощались и болтали.

Леди Вайолет совершенно не хотела идти на этот праздник. Кроме того, что придется выслушивать этих глупых трещоток, так еще и сидеть, как на блюдечке, перед капитаном Рендалом, чтобы он от нее нос воротил.

Однако отец ее уехал по поручению короля, и Вайолет, чтобы избавиться от чувства одиночества, все-таки решилась откликнуться на приглашение королевы.

Но все оказалось не так страшно, как она себе нафантазировала. В саду было невероятно красиво, дамы любезничали друг с другом, музыка была негромкой и приятной, факир – умелым, а капитан Рендал стоял так далеко, что почти терялся за деревьями.

Вайолет спокойно уселась в сторонке с книгой в руках, то опуская глаза в нее, то поднимая их и рассматривая все вокруг, в том числе и стражу, что стояла у дверей сада. Сегодня она выбрала в библиотеке отца книгу с мудрыми изречениями, изложенными в стихах. И действительно, зачем ломать голову, мучиться над проблемами, если на то есть мудрецы, у которых найдешь ответы на все вопросы.

"Не тот твой друг, кто за столом с тобою пьет,

(тут леди покосилась на хохочущих рядом дам)

а кто в несчастии любом на выручку придет.

Кто руку твердую подаст, избавит от тревог.

И даже вида не подаст, что он тебе помог."

Вайолет рассмотрела красивую закладку с мифическим драконом -- символом мудрости.

Есть ли у нее такой друг? Конечно. Это папа. И даже вида не подаст, что он тебе помог... Милый папочка!

Капитан выглядел неважно. А вот если бы он позволил, как бы нежно она его утешила, как бы заботилась о нем. Сестре, видимо, не до него, он теперь совершенно один...

Вайолет вздохнула и снова опустила глаза в книгу.

"Один не разберет, чем пахнут розы.

Другой из горьких трав добудет мед.

Дай хлеба одному -- на век запомнит.

Другому жизнь пожертвуй -- не поймет."

Вайолет задумалась.

А капитан Рендал стоял у дверей сада вместе с другими стражниками. Рассматривать дам было неприлично, и капитан не смотрел в их сторону. Особенно он не смотрел в сторону графини Найтингейл. Вот только почему она последнее время такая невеселая? Не может же быть, чтобы это было связано с ним? Обиделась? Скучает? Ждет от него внимания? Плохо себя чувствует? Два дня ее не было видно на утренней молитве. Болела? Он смотрел, как изящно подпирает графиня белой ручкой голову, как красиво волосы, заплетенные на висках в косы, падают на плечи. Платье струилось по ее грациозному телу легкой бледно-голубой волной -- ее любимый цвет.

Последнее время он часто видит ее с книгой. Она читает. Что она там читает все время?! После их ночного свидания капитан опасался, что теперь графиня будет еще больше донимать его своим вниманием, но нет. Совершенно с ним не общается, только иногда посмотрит печально и все. Самое удивительное, оказалось, что ему не хватает разговоров с ней и ее внимания. Вот вроде бы он его совсем не хотел, а теперь ему как-то... пусто без нее. И что это значит? Значит ли это, что…

-- Да, хороша, -- вздохнул рядом кто-то, и Эмиль вздрогнул. Рыжеволосый стражник с мечтательной улыбкой рассматривал его Вайолет. Просто пялился на нее бесстыдно. Ощупывая взглядом знатока ее фигуру, оценивал формы. И что-то там себе фантазировал, паршивец.

-- Эй, -- Рендал толкнул его в плечо, и парень очнулся, -- не смей пялиться на дам. Ты на посту, -- тихо, но строго отчитал его командир.

-- Я не пялился.

-- Пялился.

-- Простите, командир. Это я просто замечтался.

Эмиль глянул на графиню. Луч солнца упал на ее волосы и позолотил плечи.

У капитана Рендала была постыдная тайна.

Каждую ночь проклятая ведьма искушала его, пробираясь кошкой в его сны и в его постель. Несмотря на молитвы и увещевания, оказавшись в его объятиях, она оборачивалась нагой обольстительной женщиной, и он снова и снова не мог перед ней устоять. Он умолял оставить его, но она была безжалостна, подвергая его сладким пыткам, заставляя делать ей больно и мучить, не отпуская до утра. А под утро он уже сам умолял ее не покидать его. Но раз за разом просыпался в постели один. Сгорал от стыда и ненавидел себя за свою слабость.

От мучительных и жарких воспоминаний сердце заколотилось в груди.

-- Вы сами пялитесь на дам, капитан, -- широко улыбнулся рыжий парень, и все его веснушки весело заплясали у него на лице, подсмеиваясь над Эмилем. Парень был симпатичный, крепкий, сразу видно, что деревенский, пышущий здоровьем и молодостью.

-- Не на дам. На одну даму. И смотрел совсем недолго.

-- А, ну, недолго -- можно.

-- Прикуси язык, Лэнс.

-- Понял, -- еще шире улыбнулся стражник. -- Капитан, разрешите дать вам один совет?

-- Что?!

Но парень по-дружески к нему наклонился, и в его зеленых глазах вспыхнули солнечные блики.

-- Уж больно вы грозно смотрите на нее. Вы... знаете, что? вы ей... улыбнитесь.

-- Чего?! -- Эмиль от возмущения слов не находил, а парень, как бывалый сердцеед, продолжал свой урок.

-- Да-да. Просто улыбнитесь. И увидите, что будет, -- он снова сверкнул зелеными глазами, многозначительно кивнул и солнечно улыбнулся Эмилю. Тот посмотрел на его улыбку, молча моргая, и ему вдруг стало очень грустно. Он ведь вот так не умеет. Улыбаться от всего сердца. Да и умеет ли улыбаться вообще?