Лекарь безумной королевы + Бонус (СИ) - Пилипенко Мария - Страница 77

И в какой-то момент она ощутила, что он вошёл в нее уже не пальцами.

Ему хватило нескольких коротких ударов в ее разгоряченное лаской тело, чтобы получить разрядку.

Ее удовольствие росло с каждым его движением, с каждым толчком в ней. Стремительно нарастало, достигая невероятных размеров, пока, наконец, не лопнуло, заставляя ее тело содрогаться от наслаждения.

Девушка ослабела в его руках, голова ее откинулась, обнажая беззащитную нежную белую шею, к которой он тут же прижался губами.

Он пришел в себя только тогда, когда выпустил из цепких рук ее вздрагивающее, обессиленное тело.

Опомнившись, Лестер отстранился и дрожащими руками поправил свою и ее одежду.

Фалина сползла со стола, она едва могла стоять на ногах. Оправила юбки и неожиданно наткнулась взглядом на свое отражение в зеркале. Растрёпанная, вся в красных пятнах, с совершенно пьяными глазами, на кого она была похожа!

Лестер быстро приводил себя в порядок. С одной стороны, он стыдился своего поступка и своей несдержанности. Ему ведь уже не 16, чтобы вытворять такое. Но с другой стороны, получилось действительно горячо.

Он взглянул на жену.

С растрепанными волосами, горящими щеками и искусанными губами, она являла собой самую бесстыдную чувственную картину. Мужчина удовлетворенно улыбнулся.

-- Вы даже не представляете, душа моя, как вы сейчас прекрасны. Я готов жениться на вас снова, -- шепнул он ей.

А она поправила волосы и подумала, что вот от таких вот пилюль точно бывают дети.

Глава 49. Награда

В тронном зале Мунстоуна зажгли факелы.

На деревянные резные лавки, стоящие вдоль стен, положили мягкие подушки красного бархата, гобелены украсили гирляндами из еловых веток, под потолком и на стенах развесили флаги королевства – зеленые полотнища с красной каймой, по центру которых золотом был вышит грозный профиль оскаленного медведя.

Королева и приближенные ожидали появления короля с минуты на минуту. Он должен был явиться с доброй вестью – Волки согласны на переговоры.

Нетерпение и волнение не давали Эмбер возможности спокойно ожидать супруга, сидя на троне. Она ждала его стоя, и по ее примеру стоя ожидал возвращение повелителя весь королевский двор.

-- Ваше величество, -- лорд Уэйд подошел к королеве, встал совсем рядом и зашептал ей на ухо, -- король прибыл в замок. Но есть одно обстоятельство… Только прошу вас, не переживайте.

Голос канцлера звучал негромко и спокойно, но у Эмбер отчего-то оборвалось сердце.

-- Во время применения «Летящего огня» его величество лично осуществлял поджог волшебного порошка. Одна из вспышек была непредвиденно сильной…

-- Он ранен, получил ожоги? – Эмбер вцепилась в руку лорда, пошатнувшись от волнения.

-- Нет, с королем все в порядке. Его телохранитель, капитан Рендал, сумел предотвратить несчастье. Пострадали только волосы его величества. Их пришлось немного укоротить. Я говорю вам об этом, чтобы вы успели себя подготовить.

Эмбер тут же представила волну мягких серебряных кудрей, волнами струящихся по плечам мужа. Так красиво и необычно. Не у всех мужчин с возрастом сохранялись красивые волосы. У ее отца, например, были отвратительные жиденькие короткие волосенки. Эмбер вздохнула. Она примет Алларда любым, хоть ей и будет жаль. Она любила его волосы.

-- Брат жив?

-- Он не пострадал. Все хорошо, не волнуйтесь. Всего лишь небольшой инцидент во время применения нового оружия.

Эмбер действительно нужны были эти пару минут, чтобы укрепить свой дух и встретить короля достойно, не выказав удивления.

Она благодарно улыбнулась канцлеру.

В этот момент двери в зал распахнулись и твердой походкой вошел король. В походном одеянии и длинном теплом меховом плаще, слегка припорошенном снегом, огромный и крепкий.

«Слава Богам, он не ранен», -- подумала Эмбер. Она взглянула в лицо Алларду и… просто не узнала супруга! Его прекрасные седые волосы все также красиво падали волнами, но теперь едва доставали ему до плеч. Но самое удивительное, что вместе с волосами он лишился и усов. Теперь король выглядел гораздо моложе, и все могли видеть его улыбку.

Эмбер от удивления неосознанно приложила ладонь к груди, туда, где зашлось в восторге сердце.

-- Лорд Уэйд, а…сколько королю лет? – как ни странно, она впервые задалась подобным вопросом.

-- Этим летом его величество отпразднует четверть века со дня коронации, -- вежливо ответил канцлер.

Эмбер прекрасно помнила рассказ Метти, что короля короновали в 22 года. Значит… только 47? Она была потрясена, потому что представляла себе короля ровесником своего отца, которому было под 70.

Только теперь для нее начало проясняться, что седой не равнозначно старый. А поседел король в год покушения, после того, как собственноручно казнил своего брата. Ему тогда еще и 30-ти не было. Длинные седые волосы и усы были словно маска, которой он отгородился от жизни. И вот теперь маска спала, открыв для нее совсем не старого еще мужчину с красивой улыбкой и добрыми серыми глазами.

Тем временем Аллард подошел к своей королеве, взял ее руку, поцеловал в ладонь, затем преклонил колени и склонил голову. И Эмбер вернула ему венец власти. Король поднялся и обратился к подданным.

-- Возблагодарим Богов, сподвигнувших короля Эмерхарда дать согласие на переговоры с нами. Кронпринц Деймонд и принц Лисандр уже на пути в Мунстоун. Мы ждем их со дня на день. Долг гостеприимства велит нам встретить королевских послов радушно и с достоинством. Да помогут нам Боги!

Следом шло награждение отличившихся воинов. И первым король вызвал капитана Рендала. Если бы не его молниеносная реакция накануне, лежать бы Алларду теперь на еловых носилках, а не венчаться с любимой.

-- Благодарю тебя, мой друг. Ты спас мне жизнь и заслужил награду, -- король повесил золотую цепь с бриллиантовым знаком отличия на грудь спасителя.

-- Теперь ты будешь гордо именоваться королевским телохранителем. Но позволь сказать тебе пару отеческих слов.

Король склонился к уху Эмиля и понизил голос.

-- Во время боя ты был отчаянно храбр, это правда. Но быть воином не значит быть самоубийцей. Ты рисковал напрасно и гневил Богов. Тебе повезло, что ты жив. Ты спас меня, и этим смягчил мое сердце. Иначе бы я наказал тебя, удалив с поля боя. Есть сердца, счастье которых в тебе. Всегда помни об этом. Иди.

Эмиль низко склонился перед королем, чтобы скрыть румянец стыда на щеках. Король угадал его замысел, и теперь телохранителю было неловко, словно его уличили в малодушии.

Это стыдно. Это слабость. Желать избежать проблем таким способом. Эмиль быстро отошел за спины королевской четы и опустил глаза, надеясь слиться с интерьером. Всю жизнь унижаемый, он ненавидел внимание, не ценил и принижал себя. Выросший в провинциальном замке, там, где по двору бегали куры, об образовании не мечтали и ценили только грубую силу, он так и остался необразованным, зажатым, стыдящимся прояления нежных чувств.

-- Поздравляю, капитан!

Эмиль обернулся, услышав знакомый шепот.

Рядом рыжеволосый Лэнс сиял улыбкой.

-- С чем?

-- Ну, как же! Вы ведь герой! Вы молодец!

-- Да брось… Чего это ты так сияешь?

-- Так я это… уезжаю я!

-- Куда?

-- К себе в деревню. Вот заключат мир, и я сразу оружие сдам. У отца хозяйство большое, помощь нужна. Да, и Анну, Анну с собой беру!

-- Какую Анну?

-- Так невесту мою! Она тут горничной работает. Вместе едем, -- парень просто светился. Было видно, что он искренне счастлив.

-- Это ты молодец, тебя надо поздравить, -- попытался улыбнуться Эмиль.

-- Спасибо! – парень трогательно засопел и сжал командиру руку. – У вас тоже все будет хорошо, капитан!

Эмиль только кивнул. Он искренне считал, что у него все тоже было бы хорошо, если бы он выбрал женщину по себе. Вот такую же простую горничную, как выбрал себе Лэнс. И не понимал, что Лэнс сиял бы всегда, при любом раскладе. Обладая гораздо более скромными способностями и внешними данными, он лучился обожанием родителей и их любовью, в которых купался с детства, и которых у Эмиля не было никогда.