Сочная жертва (ЛП) - Уайт Рэт Джеймс - Страница 16

            Сбор трофеев уже не ограничивается ювелирными украшениями и фотографиями. Начинают изыматься части тел, для последующего использования в некрофилической деятельности, или на память об убийствах. В некоторых случаях трофеи становятся главной причиной убийств, как в случае с Джеффри Дамером, испытывавшим маниакальное желание обладать своими жертвами. Некоторые убийцы находят уединенные места, где не только убивают своих жертв, но и хранят сами тела, чтобы осуществлять контроль над жертвами даже после смерти. Этот дегенеративный цикл приводит к самым экстремальным проявлениям психосексуального поведения. Каннибализм находится на вершине этой кривой. Употребление жертв в пищу является высшим выражением контроля. Поедая их, убийцы получают над ними вечную власть. Жертвы становятся их неотъемлемой частью.

            Говоря все это, профессор, казалось, смотрел Джо прямо в глаза, словно вел лекцию исключительно для него. Как будто знал что-то. Джо нервно ерзал на стуле, потирая потными руками. Слова профессора прозвучали для Джо словно обвинение, и он внезапно почувствовал, будто сидит на скамье подсудимых. Будто его поймали. Он пристально смотрел на профессора Локка, пока этот элегантный пожилой джентльмен описывал внутренние механизмы его разума настолько подробно, будто читал его мысли. Будто видел каждую зловещую фантазию, испытывал каждое трепетное чувство. Будто озвучивал демонов его души перед толпой незнакомцев.

            Джо захотелось закричать и выбежать из помещения. Вместо этого он изобразил на лице улыбку и стал сдерживать этот натиск слов, пока, наконец, не вытерпел.

            - А что если дело не в контроле? - вдруг выпалил Джо.

            Все повернулись к нему, и он внезапно почувствовал себя невероятно уязвимым.

            - А в чем же тогда, Джозеф? Человек убивает, насилует и поедает незнакомца. Что еще движет им, как не жажда власти и господства? Подчинение другого человека своей воле? Эти люди - садисты!

            - Нет!

            Все снова повернулись и уставились на Джо. Он нервно встал и сделал глубокий вдох, чтобы успокоить голос.

            - Я имею в виду... возможно, не все они. Не все пытают своих жертв. Некоторые быстро убивают, прежде чем сделать с ними что-то. Возможно, не все хотят причинять боль.

            - Тогда почему они делают это, Джозеф?

            - Может, из-за любви?

            Раздался гомерический хохот, и Джо, покраснев, стал беспомощно озираться.

            - Из-за любви?

            - Да. Что есть любовь, если не желание объединиться с объектом любви? Потому люди и женятся, чтобы две души слились в одно целое. Конечно, это чисто символический, несовершенный акт. Брак это всего лишь иллюзия истинного объединения. При каннибализме все по-настоящему. Возможно, это есть высшее выражение любви.

            Профессор Локк посмотрел на Джо с выражением явного беспокойства. Весь зал уставился на него, утратив дар речи. У некоторых на лицах были ухмылки, у других - гримасы отвращения. Очевидно, все они думали, что Джо - сумасшедший. Джо встал, вытянув перед собой руки, словно умоляя профессора понять его.

            - Я... я извиняюсь, профессор.

            Джо плюхнулся на свой стул.

            - Тебе нечего стыдиться. Я уважаю твой энтузиазм и твою... э... интересную точку зрения. Возможно, ты находишься ближе к пониманию этих монстров, чем думаешь. Ты абсолютно прав. Именно так некоторые из этих чудовищ оправдывают свои действия. Джеффри Дамер, например, заявил, что просто нуждался в друге, который никогда его не бросит. Но коли на то пошло, это всего лишь попытки оправдаться. Эти монстры делают это, потому что это их возбуждает. Потому что им нравится мучить и унижать людей. Им нравится власть. Нравится контроль.

            Говоря это, он снова смотрел Джо прямо в глаза. Джо открыл было рот, чтобы сказать что-то, но не нашел походящих слов. Внутренне он содрогнулся, словно от удара. Я - чудовище, - подумал он и оглянулся вокруг, чтобы убедиться, что не сказал это вслух. Он закрыл рот и откинулся на спинку стула.

            Профессор Локк улыбнулся и повернулся спиной к классу, чтобы стереть с доски. Он качал головой, будто смеялся над собственной шуткой. Джо собрал книги и выбежал из помещения. Едва не сбив несколько сокурсников, он выскочил на улицу и попытался восстановить дыхание. Мир словно сжимался вокруг него в кольцо. Как будто все что-то знали. Чувствовали монстра в своих рядах. Солнце ослепило его, словно лампа в камере для допросов, раскрывая все его тайны. Теперь он понимал, почему вампиры избегают света.

            Прошло немало времени, прежде чем Джо сумел взять себя в руки, чтобы пойти на следующий урок. Это было курс по социологии, базирующийся на трудах Джозефа Кэмпбелла, озаглавленный "Человек и Миф". Он выбрал этот класс в надежде узнать больше о вампирах, оборотнях и других демонах из разных культур. Профессор все обещал перейти к этим темам, но пока разговаривал только о драконах, феях и мифах о воскресших спасителях вроде Христа, которые, казалось, встречались во всех мировых культурах. Джо вжался в стул, стараясь вести себя как можно незаметнее. И все же ощущал на себе взгляды всех присутствующих. Некоторые студенты с этого курса посещали тот же курс психологии, что и он. И Джо слышал, как они шепчутся у него за спиной. Среди них был его сосед по комнате.

            Джо проводил в общежитии так мало времени, что едва знал этого парня. Он знал лишь, что его папаша был каким-то компьютерным гением, который зарабатывал раза в два больше родителей Джо и в конец испортил своего изнеженного, социально неадаптированного сыночка. Парень был чистой воды ботаником. Всегда сидел за компьютером. Буквально жил в нем.

            Джо по пальцам мог пересчитать, сколько раз они с этим парнем общались. Но тогда он почти не бывал дома. В те дни большую часть времени он проводил в своей квартире в заброшенном здании к югу от Маркет-стрит, либо в библиотеке. Теперь, когда в том старом доме находится связанная Алисия, он будет бывать там еще чаще.

            - Блин, у меня от него мурашки. А мне еще приходится жить с этим парнем!

            Джо уловил случайные обрывки разговора и внутренне буквально кипел от ярости. Этот богатенький, не вылезающий из ролевых игр компьютерный задрот занимался тем, что подпитывал слухи и сплетни.

            - Я его почти не вижу. Он уходит сразу после занятий. Иногда вообще не возвращается в общагу, а иногда отсутствует по нескольку дней. Однажды вечером я видел его в библиотеке, он читал книгу о серийных убийцах. Когда я вернулся на следующий день, он все еще сидел там, в той же одежде, и читал ту же самую книгу, словно никуда не уходил. Странный парень.

            - Ага, странный и охренеть какой огромный! Наверное, шею сломает одной рукой, - вставил худощавый черный парень из легкоатлетической команды, как раз в тот момент, когда профессор начал царапать что-то на доске.

            Джо посмотрел на то, что писал профессор Дуглас, и сразу же пришел в возбуждение. Наконец он отошел от драконов и святых и обратился к наиболее интересной для Джо теме.

            - Оборотни. Вервольфы. Лугару. Вендиго. Бедная проклятая душа, которая превращается в волка при свете полной луны. Мы все слышали о человеке-волке. Но существуют упоминания и о других оборотнях в мифах и легендах со всех уголков земного шара. Они присутствуют в фольклоре и мифологии почти всех культур. У эскимосов есть легенда об Адлет, расе людей-собак, появившейся в результате спаривания между эскимосками и большим красным псом. Поговаривают, что эти оборотни по-прежнему бродят по северной Исландии в поисках человеческой плоти. Вы увидите, что тема спаривания людей и животных, в результате которого на свет появляются монстры, многократно повторяется во всех культурах.

            Возможно, эти рассказы возникли как предостережение от порочных сексуальных практик с участием животных. У славян существует легенда о том, что красивые женщины, злоупотребляющие своими природными дарами ради соблазнения мужчин и причинения им вреда, могут возвращаться из могилы в виде соблазнительных оборотней, называемых "русалками". Они, как и в легендах о наядах и сиренах, заманивают мужчин в море, где те находят свою погибель. Здесь тоже легко просматривается предостережение. Большинство легенд основаны на страхе, а страх перед властью женской сексуальности крайне силен и по сей день.