Дай мне шанс (СИ) - Токарева Алена - Страница 19

— Что ты всё лежишь? — однажды недовольно проговорил он, вернувшись из университета. — Пошла бы и подогрела мне обед…

— Не барин, сам подогреешь! — вступилась за дочь Тамара Сергеевна, которая в этот момент оказалась дома. — Видишь, она плохо себя чувствует!

— Она теперь всегда плохо себя чувствует! — поморщился Макс. — И что же делать?

— Взрослеть, Макс, взрослеть! — воскликнула тёща. — Становиться мужчиной и главой семьи, а не маменькиным сынком!

Тамара Сергеевна и сама могла бы накормить зятя, но ей не хотелось обслуживать этого эгоиста, который совсем не сочувствовал его девочке.

— Ладно, видно тут я никому не нужен! — взъярился Макс и ушёл, хлопнув дверью.

— Макс! — слабо позвала Лена и попыталась встать с кровати, хотя её ужасно мутило.

— Вот и ягодки пошли… — задумчиво проговорила мать.

— Мама, зачем ты с ним так? — она чуть не плакала.

— А как? — воскликнула Тамара Сергеевна. — Разве ты не видишь, каким он стал? Вернее, он и был таким, только раньше сдерживался, а теперь всё это вышло наружу…

— Почему он так переменился? — тихо заплакала дочь. — В чём я виновата?

— Успокойся, девочка, — обняла её мать. — Твоей вины тут нет. Но… будем смотреть правде в глаза — он не любит тебя и никогда не любил, к сожалению. В этом причина.

Дальнейшая их совместная жизнь стала похожа на кошмарный сон. И чем дальше, тем больше. Макс сначала стал задерживаться, потом приходить за полночь, а потом, и, вообще, иногда не ночевал дома. Лена частенько находила на его вещах следы губной помады, но молчала и боялась выяснять отношения.

— Не забывай, ты сидишь у меня шее! — не раз напоминал ей муж.

К тому времени они уже защитили дипломы, Лена была на сносях, а Макс в полную силу начал работать в айтишной компании и делал там первые успехи. Он мог отсутствовать по несколько дней, явиться подвыпившим, учинить ей резкий нагоняй за невыглаженную вовремя рубашку.

— Какая-то ты скучная, Ленка… — говорил он, оценивая её разочарованным взглядом. — Правильная, аж противно…

Она молчала, опасаясь, что своими возражениями спровоцирует вспышку гнева.

— Хочешь, я его выгоню, к чертям собачьим? — не раз спрашивала дочь Тамара Сергеевна, видя её мучения.

— Нет, мама, что ты… — испуганно говорила Лена.

Она всё ещё надеялась, что с рождением ребёнка муж одумается и подобреет. Но с появлением маленькой Оксаны стало только хуже. Начались бессонные ночи, пелёнки, молочная кухня и прочие заботы. Первый год Макс ещё терпел, стиснув зубы, а потом совсем распоясался. Однажды, когда Тамары Сергеевны не было дома, он в ярости ударил Лену, и та сильно ушиблась о стену. Именно тогда, в момент удара, она вдруг осознала, что больше не любит его и не хочет терпеть эти издевательства и унижения. К счастью, подруга Галина предложила Лене сбежать и пожить в её доме, в маленьком приморском городке.

— Поезжай, дочка! — посоветовала ей мать. — А я сменю замки, выгоню твоего благоверного и через какое-то время приеду к вам. Может, тебе удастся начать новую жизнь.

На том и порешили. Лене повезло — и дом оказался уютным, и работа нашлась (в ближайшей школе требовался учитель английского языка). Первое время с Оксаночкой помогала Тамара Сергеевна, а потом соседка, приятная старушка, согласилась за небольшую плату поработать няней, когда Лена была на занятиях. По всему ощущалось, что в её жизни началась светлая полоса. Будущее обретало простые, ясные и предсказуемые очертания. Вот только этот странный парень Антон Соколов, который почему-то стал её смущать…

Глава 14

— Ну, вот мы и пришли… — Лена остановилась возле небольшого каменного домика, во дворе которого буйно цвели вишни. — Спасибо вам за помощь, Антон!

Она протянула руку, чтобы забрать у парня свою учительскую сумку с книгами и тетрадями, а он, передавая её, слегка коснулся большим пальцем запястья Лены. Щёки женщины предательски порозовели, но она сделала вид, что не заметила.

— Как быстро… — с сожалением проговорил Антон. — Я ещё хотел спросить вас…

Он замолчал.

— О чём? — она слегка напряглась.

— О перфектах! — выпалил он, а в его глазах заиграли смешинки.

Лена непроизвольно улыбнулась.

— Я же вам сказала — попробуйте разобраться сами! А если не получится…

— Что тогда? — быстро спросил он.

— Тогда и будем думать, — она решила поскорее завершить этот странный разговор, от которого почему-то начала волноваться. — Ещё раз спасибо! И — до свидания.

Лена открыла калитку, зашла во двор и быстро направилась к дому. У порога не выдержала и оглянулась. Антон не ушёл. Он стоял на том же месте и смотрел ей вслед. Она заскочила в дом и поспешно закрыла за собой дверь. Это было похоже на бегство. Только от кого или от чего? Лена прислонилась спиной к двери и несколько минут не двигалась, оглушённая новыми мыслями и ощущениями, которые внезапно обрушились на неё.

«Что со мной? — она в смятении прислушивалась к себе. — Он же совсем мальчишка, а я — взрослая женщина и, между прочим, уже мать! Мне должно быть стыдно…» Но всё равно вспоминала, как обернулась и увидела в тени каштана высокую ладную фигуру Антона, как он не спешил уходить и провожал её взглядом.

— Хватит, прекрати! — приказала она себе вслух и тряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения.

В последующие дни Лена общалась с Антоном подчёркнуто вежливо, сухо и лишь по делу. Она старалась не смотреть ему в глаза, скрываясь за дымчатыми очками, которыми пользовалась ещё на первом курсе университета. Они были уже не слишком модными и не очень-то ей подходили, зато служили хоть какой-то защитой от горячего взгляда этих синих глаз, который, казалось, проникал в самое сердце.

Антон часто бродил у дома Лены. Старясь быть незамеченным, он наблюдал за ней. Ему просто хотелось лишний раз увидеть её. Иногда он допоздна скрывался в тени деревьев и любовался женским силуэтом на фоне светящегося окна. Как-то раз она, думая, что находится в одиночестве, открыла окно и присела на подоконник. Сначала тихо всхлипывала, так что Антон, притаившийся рядом, в кустах сирени, уже хотел выйти из укрытия и спросить, что случилось. А потом грусть сменилась мечтательной улыбкой, и он успокоился.

Но однажды всё-таки потерял бдительность, и Лена заметила его возле своего дома. Кровь прилила к её лицу, по телу пробежала дрожь, но она усилием воли взяла себя в руки.

— В чём дело, Соколов? — официальным тоном спросила Лена, решительно приблизившись к нему. — Почему вы здесь?

— Просто проходил мимо… — смутился парень и опустил глаза.

— Странно как-то… — задумчиво проговорила она. — Ступайте домой!

Повернулась и быстро пошла прочь.

В один из рабочих дней Лена возвращалась домой, как вдруг издалека увидела на лавочке возле своей калитки Антона и у него на коленях — собственную дочь!

— Что случилось? — подбежала к ним запыхавшаяся Лена.

— Здравствуйте, Елена Михайловна! — Антон встал, бережно посадив малышку рядом. — Понимаете, я случайно проходил мимо и смотрю — маленькая девочка плачет, открыла калитку и вышла на улицу… одна… Я подумал, что, если она убежит куда-то без взрослых, то это может быть опасно… Вот я и остался… Мы сидим тут, на лавочке, и ждём вас…

— Спасибо вам большое, Антон! — Лена с благодарностью взглянула на него. — Вы — молодец!

— А это ваша дочь? — улыбнулся он.

— Да… Её зовут Оксана. Она ещё совсем маленькая… Но где же Софья Марковна? Почему она оставила Оксанку без присмотра?

Лена нахмурилась.

— Софья Марковна — это кто? — сразу спросил Антон.

— Это наша соседка и няня дочки… — объяснила Лена. — Она никогда не отпускала её одну, а тут… Не представляю, что случилось. Софья Марковна!

Лена позвала старушку, думая, что та, может быть, где-то в саду, но никто не отозвался. Тогда она прошла в дом, но и там никого не было.

— Заходите, Антон! — позвала Лена с порога.