Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Ковальская Елена - Страница 130

Поговори с ней от своего имени, потому что мы находимся в затруднительном положении. Я согласилась, но была бы счастлива услышать от нее, что, хорошо подумав, она считает, что мне бы следовало остаться и помочь Сергею. Если возможно, я бы хотела получить ответ не позднее четверга, так как должна в зависимости от него устроить свои дела. Я не сказала Сергею, что пишу тебе — он немного сердит на А<ликс>, а я бы хотела, чтобы получилось так, будто это исходит от нее самой, если решение изменится. Ты же понимаешь — когда любишь свою сестру, хочется, чтобы она нравилась всем.

Целую тебя и детей.

Твоя любящая сестра

Элла.

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 173. Л. 3–6 об. — на франц, яз.)

В эти дни Елисавета Феодоровна приступает к отправке сестер милосердия своей Иверской общины на Первую греко-турецкую войну (за присоединение Крита к Греции). Необходимо получить согласие как императрицы Марии Феодоровны, которая возглавляет Российский Красный Крест (РОКК), так и государя.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

10 апреля. Москва

Моя дорогая Минни,

Посылаем тебе пасхальные яйца и три самых сердечных поцелуя. Надеюсь, ты славно провела время в кругу своих родственников в Дании и нашла их в полном здравии.

Можно ли, чтобы Дамский комитет Красного Креста[1141] послал несколько сестер <милосердия>, постели и пр. для раненых. Нам бы доставило такое удовольствие быть полезными. Если ты разрешишь, упомяни, пожалуйста, об этом предмете Ники, и если все согласны, телеграфируй мне ответ — тогда я подготовлю официальные бумаги по этому делу, где укажу число сестер, сумму денег, количество кроватей и пр…, которые Московский комитет может предложить для отправки раненым грекам и туркам. У нас уже все готово, жаждем принести пользу. Будет не больше 10-ти сестер, но и это помощь — мы выясним, куда их отправить, где они всего нужнее.

Погода у нас приятная; можно гулять без пальто, больше 12 градусов в тени.

Нежные поцелуи от Сергея и меня.

Твоя любящая сестра Элла.

Ники с Аликс пожелали, чтобы я приехала на те 3 дня, пока император Австрийский будет в Петербурге, так что я буду иметь удовольствие поцеловать тебя.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1582. Л. 17–18 об. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

11 апреля. Москва

Милый Ники,

Сердечно поздравляем с Пасхой, <трижды> целуем. Вчера я писала твоей Мама, просила ее поговорить с тобой: можно ли дамам из Московского Красного Креста подготовить сестер <милосердия>, постели, деньги и пр… и послать для ухода за ранеными. Если ты согласен, я приготовлю официальные бумаги для тебя и Мама и организую отправку туда, где более всего в них нуждаются раненые греки и турки. <Там> сейчас все довольно мрачно. Надеюсь, у тебя не было больше тревог в связи с этим.

Я уже неплохо играю на балалайке и смогу поиграть вам с Аликс, если нам выдастся свободная минута a trois. Вы увидите, это довольно просто, только я не повезу с собой инструмент; возможно, кто-то из солдат одолжит мне свой.

Могу ли я поделиться с тобой своими маленькими тревогами и заботами — ты всегда благосклонно меня выслушивал. По словам Аликс, мой отъезд будет понят так, что я еду, потому что вы оба этого желаете, так как я могу быть полезна. Здесь все счастливы знать, что Сергей остается, и что ты счел правильным, чтобы он остался здесь и исполнял свои Пасхальные обязанности. Казалось бы, все хорошо, но, увы, чего я и боялась, — в Петербурге его недруги уже lance le bruit (подняли шум — фр.), что ты настаивал на его приезде, речь даже шла о телеграмме, и что он-де отказался. Я говорю об этом только потому, что хочу попросить тебя упомянуть в разговоре, так, «entre autre» (между прочим — фр.), что я могла вырваться на три дня, и потому ты пожелал, чтобы я приехала, но зная, что Сергей имеет обязанности здесь, ты решил, что правильнее ему остаться. Я намеренно уеду тут же, хотя Ирен приедет через два дня[1142], — чтобы подчеркнуть, что я поехала по долгу и возвращаюсь к другому <долгу>. В это время Сергей принимает поздравления от военных[1143], и мне, как даме, при этом присутствовать не обязательно. Я так благодарна, что буду жить в Зимнем дворце, поскольку у нас дома все вверх дном; к тому же я смогу видеть вас чаще и, надеюсь, ты позволишь мне хлопотать и всячески помогать Аликс[1144].

У нас очень теплая погода, прямо-таки настоящая весна. Английский архиепископ производит глубокое впечатление — присутствует на всех службах, замечено его глубокое благочестие, он даже осеняет себя крестом.

Благослови тебя Бог, дорогой мальчик.

Твоя любящая сестра

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1253. Л. 60–61 об. — на англ. яз.)

Началась Страстная седмица.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

10 апреля. 10° т. В 9 ч. к обедне — радостно было приобщиться именно сегодня — много было причастников… Ездили женой Чудов и Архангельский собор. Чай и читали Didon[1145] — первая земляника из Ильинского… В 7 ч. — 12 Ев<ангелиям> — так хорошо — около 9 ч. кончилось. После обеда занимался у себя, масса бумаг. Господи благодарю тя!

11 апреля.… В 12 часов служба — выносили плащаницу с Даниловым, Степ<ановым> иГадоном… В ½ 4 ч. с Степ<ановым> на хоры Спасителя вынос плащаницы — un beau coup dbeuil — 1 archeveque d<e>’Yorky assistait (красивое зрелище — присутствовал архиепископ Йоркский — фр.) Чай и читал с женой Didon — прелесть… В 7 ч. трогательная служба — обносили плащаницу по дому с теми же — много народу…

12 апреля. Великая Суббота.…В ½ 12 ч. к обедне — молилось горячо!.. В 3 ч. с женой в Вознесен<ский> мон<астырь> — прикладывались к плащанице и к мощам. В 4 ч. красили яйца… Помолились у плащаницы. После обеда с женой друг друга обдарили — симпатично и от Пица вещи — больно мне его отсутствие. Без 5 м. 12 ч. с Гадоном в собор, 5° т. — выходил в мундире — епископ Йоркский был — дома в ¾ 2 ч. конец обедни — разгавливались очень много — настроение хорошее! Христос Воскресе!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 33. Л. 104–106.)

Имп. Александра Феодоровна, Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

13 апреля. Петербург — Москва

Воистину воскресе. Сердечно обнимаем Вас обоих.

Аликс, Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.81.А. 76.)

Елисавета Феодоровна уезжает в Петербург одна, без Сергея Александровича, для встречи австрийского императора Франца-Иосифа.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

14 апреля.…Христосовались с нашим деревенским духовенством. В 11 ч. к обедне — был архиеп. Йоркский — он остался очень доволен службой… В 2 ч. общее христосование — более 400 ч. утомительно! Mais tres vertueux (Но весьма благочестиво — фр.)… ВЦ 11 ч. жену свез на гору — прескучно, но надо было уступить просьбе Alix, чтоб жена ублажала имп<ератора> Австрийского — enfin (в конце концов — фр.)!..

15 апреля… Депеша от жены… В ½ 3 ч. христосование в бальной зале с вахм<истрами> и фельдф<ебелями> — 215 ч. — все начальство было — я в обыкн<овенной> форме…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 33. Л. 108,109.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

15 апреля. Петербург — Москва

Только что приехала. Ники, Аликс здоровы, шлют тебе поцелуи, очень благодарны. Погода прелестная, но ветрено. Я в Сашиных комнатах… Нежно целую. Так печально в разлуке с тобой. Видела мадам Нарышкину[1146]. Старый Эманнуэль[1147] все еще болен, он не знает, что «Бычкова гора» вчера ночью сгорела. Всем приветы.