Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Ковальская Елена - Страница 238

Добрая наша печальница, великая княгиня Елисавета Феодоровна, не забыла нас в этот день и прислала следующую чудную телеграмму: «Особенно горячо помолимся сегодня за всенощной за мой полк пред иконой, которой черниговцы меня благословили при назначении меня шефом и которую сегодня вынесут для поклонения в нашу Ильинскую церковь. Да покроет Матерь Божия дорогой мой полк честным Своим покровом, избавит его от всякого зла и сохранит невредимым, доблестным на радость всем нам. Сердечный привет чинам полка по случаю полкового праздника; счастлива слышать об успехах моих драгун! Постоянно мои все мысли с вами, Бог помощь! Елисавета». На эту телеграмму командир полка ответил: «Телеграмма Вашего императорского высочества получена во время боя. Не нахожу слов выразить восторг и благоговение, с каким черниговцы выслушали на поле брани высокомилостивые слова своего обожаемого шефа! Да благословит Всевышний Ваше императорское высочество за материнское о нас попечение. Это горячая молитва каждого черниговца, вознесенная Господу на молебствии, отслуженном отцом Митрофаном отдельно в трех дивизионах и штабе полка под грохот ужасной канонады. Потерь почти нет. Полковник Зенкевич».

От великого князя Сергия Александровича получена тогда же телеграмма: «Сердечно поздравляю молодцов черниговцев с их полковым праздником! Отрадно слышать самые лестные отзывы о деятельности полка. Бог в помощь! Матерь Божия, сохрани полк под кровом Своим. Сергей».

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 134–136.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

2 октября. Ильинское.…солнце вовсю, а на душе невыразимо тяжело!.. Жена в город… В ½ 5 ч чай — был с Олей у всенощной. Когда жена вернулась, она туда же. Dieu! Се que jesouffre сest epouvantable!!!! (Боже! Как жестоко я страдаю!!!! — фр.)

4 октября. Ильинское… Депеша от Бильдерлинга — утешительна, но потери громадны… Нравственная пытка ежеминутная… В ½ 9 ч. частые сердцебиения…

5 октября. Ильинское.… В ½ 10 ч. мы оба в Москву на молебен в Успенский по случаю именин Цесаревича… Говорят, потери наши под Мукденом 36 т.!! Тяжело!!

6 октября. Ильинское.… пасмурно — жена чуть свет в Москву!!.. Мучаюсь неимоверно — сердцебиения почти постоянные…

10 октября. Воскресенье. Москва.…в 14 12 ч. с Джунк<овским> на крестный ход — обошел взводы и два часа ходили кругом Кремля; все отлично — дома в 14 3 ч… У всех волосы дыбом становятся от проделок Мирского!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 142,143,144,146.)

П. Д. Святополк-Мирский был назначен на пост министра внутренних дел после убийства В. К. Плеве. С первых же дней он провозгласил «эпоху доверия». Прусское общество… заговорило.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

11 октября. Усово.…Откровенный разговор с Кристи. Многим наговорил горьких истин по поводу теперешних шатаний — и пр. и Гербелю[1884] нач<альнику> хозяйств, зем. Деп. М. В. Д. — je ne suis pas gene de dire quelques verites sur son ministre!! (я не постеснялся высказать всё по поводу его министра!! — фр.)… В ½ 3 ч. на открытие народного дома — отличный…

(ГА РФ. Ф. 6483. Оп. 1. Д. 124. Л. 87.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

14 октября. Разговор за обедом <у вел. кн. Сергея Александровича> о Мирском. Говорили что против него возбуждение, это обычн<ая> враждао Сергей Александровичо Победоносцев.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5049. Л. ПО об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

16 октября. Усово.…Спал ужасно, ибо сердцебиения, днем тоже — все от нравственных терзаний преступной политики Мирского…

18 октября. Усово.…Жена в Москву… В Москве уже были эти дни студен<ческие> беспорядки — приятная перспектива возиться с этими подлецами… Жена к обеду…

20 октября. <10 лет со дня смерти Александра III>… 10 лет! Более чем когда-либо тяжелая годовщина! Что была тогда Россия и что она теперь! Сердце кровью обливается. Гулял с детьми, чай — в 14 10 ч. заупок<ойная> обедня; молилось со слезами на глазах…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 149–151.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

21 октября

От всего сердца благодарю за милые благословения, все наши молитвы были вчера с тобой. Сильнее, чем прежде, мы чувствовали страшную потерю. Да поможет всем нам Бог пережить это время великих тревог. Погода солнечная, прохладная.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. S3. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 октября. Москва…с женой в собор на молебен. Гр. Шереметев etc. завтракали. Долго говорил с Треповым — он в отчаянии — считает тоже положение безвыходным! Долго говорил с Кристи. Чай с детьми — говорил с женой — дети слышали — пришлось кое-что им объяснить из политики!!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 151.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

21 октября. В 11 ½ в Успенский собор. Чудная служба. В<еликий>К<нязь> и Е<лисавета> Ф<еодоровна> были. Потом за ними поехал в Г<енерал->г<убернаторский> дом — меня пригласили завтракать. Сидел по правую сторону Е<лисаветы> Ф<еодоровны>, по левую Булыгин… После обычный разговор укр. столика. Меня радовал Булыгин своим спокойствием. Ел<лисавета> Фед<оровна> любезна.

22 октября. Получил письмо от В<еликого>К<нязя> С<ергея> Александровича^ приглашает для разговора в 12 Ц, и опять завтракать. Принял немедленно и полчаса говорил на тему Мирского — расспрашивал, что за человек и как понять его действия? Он выражал сомнение в его добросовестности, гов<орил>, что он видимо желает «конституцию»(!) Я старался разуверить, что на него можно положиться — но не сочувствую приемам его, весьма странным и необъяснимым.

В<еликий>К<нязь> говорил возбужденно, но толково и верно — указывая на факты, требующ<ие> со стороны правительства разъяснений, о преступности недомолвок в вопросах подобных <?> возбуждаемым… Отвечать было трудно — тем более, что лично склоняюсь к порицанию приемов М<ирского> кроме начала, кот<орое> было нужно после духоты Мин<истерства> Плеве… но дальнейшая болтовня была лишняя… За завтраком Е<лисавета> Ф<еодоровна> опоздала — а потом уехала скоро с Растопчиным[1885], а С<ергей> А<лександрович>, посидев у столика, — прощаясь, сказал мне, чтобы о разговоре с ним я сказал бы Имп<ератрице> М<арии> Ф<еодоровне>: «Ведь вы ее увидите!» Я ответил утвердительно, хотя и не предполагал в этот раз ехать в Гатчино. Никогда еще я не говорил о таких материях щекотливых с С<ергеем> А<лександровичем>как в этот день — касаясь до самых верхов…

25 октября. СПб. От Витте прямо проехал к Мирскому — и передал ему о разговоре с С<ергеем> Александровичем> и о том, что собираюсь в Гатчину.

26 октября. <Разговор с имп. Марией Феодоровной в Гатчино. Разговор около получасу. Я скоро подошел к главному предмету, передал Имп<ератрице> поручение С<ергея> А<лександровича>, и все время разговор шел о Мирском[1886]… Имп<ератрица> за него, но и она не одобряет многого.