Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Ковальская Елена - Страница 47

Скажи, пожалуйста, Саше, что мы все время пользуемся его ножницами, — какой неоценимо полезный подарок!

Нежные приветы от Квартета все вам, мои дорогие,

Сердечно целую, любящая тебя сестра Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1.Д. 1581. Л. 33–36 об. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — цесаревичу Николаю Александровичу

10 июля. Ильинское

Мой дорогой Ники,

Право, я не знаю, как благодарить тебя за твое прелестное внимание, за твой приезд в наш Полк в день моих именин — верь мне — я был глубоко тронут, и ты мне лучшего подарка выдумать не мог. Я тебе скажу прямо, без обиняков, что, действуя так деликатно и так сердечно — ты сумеешь покорить себе все сердца — я это тебе говорю, ибо это мое искреннее убеждение. Еще раз спасибо тысячу раз, друг мой. Твое письмо меня немало порадовало: я вполне понимаю тебя и все твои чувства и мысли — понимаю твое новое ощущение не то грусти, не то радости. Ты знаешь, как всё, что до тебя касается, близко моему сердцу — да поможет тебе Господь — вот задушевная моя молитва за тебя. Все, что я тебе пишу — хотелось бы мне тебе на словах передать.

Как должно было быть симпатично проветриться с Сандро на его яхте. Часто мысленно переношусь в Капорское и вижу тебя в домике Пица, где столько для нас хороших воспоминаний. Помнишь: «Здравствуй, гусар» и твое лазанье по крыше, а наш чай на прошлогодних маневрах! Что ты теперь читаешь?

Мы здесь наслаждаемся и глубоко наслаждаемся и свободой, и деревней. Погода по большей части чудная, холодов, как у вас, у нас совсем не было — перепадают иногда дожди, и бывают грозы, а температура теплая. Целыми днями просиживаемся с женой на балконе, а прогулкам конца нет; есть уже довольно много грибов, и даже Аликс начинает вкушать всю прелесть их искания. По вечерам совершаются катания по Москве-реке — воздух дивный, везде пахнет сеном. Братья Аликс вот уже третий день у нас гостят. И Ники[433], кажется, очень нравится. Ужасно грустно, что Оле[434] совсем не придется здесь быть, такая досада! Мы сами, признаюсь тебе, дрожим, что придется раньше уехать — это было бы крайне печально. Надо будет непременно, чтобы ты к нам сюда когда-нибудь приехал. Постройка дома в Усове идет успешно, и я думаю, будет красиво и уютно. Сегодня, напр., совсем жаркий день.

Пора кончать. Жена и я сердечно тебя обнимаем. Храни тебя Господь, если напишешь — обрадуешь. До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1340. Л. 73–76 об.)

После престольного праздника с. Ильинского — пророка Илии (20 июля) «квартет» вместе со своими греческими гостями едет в Петербург, на именины Марии Феодоровны (22 июля) и свадьбу вел. кн. Петра Николаевича и черногорской княжны Милицы Николаевны (26 июля).

Николай в своем дневнике ласково называет Елисавету Феодоровну Анти (англ. — Aunty — тетенька).

Дневник цесаревича Николая Александровича

21 июля. Петергоф. Д. Сергей, Анти, д. Павел и Аликс приехали к обеду. Ники и Минни[435] с ними вернулись из Ильинского…

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 223. Л. 26.)

«Квартет» вернулся в Ильинское 28 июля, где остались до 14 августа. Сергею Александровичу пришлось пропустить полковой праздник Преображенского полка (в этот день в Красном селе прошел высочайший смотр полка императором).

Вскоре Ильинское покинули Павел Александрович и Александра Георгиевна. 14 августа они вместе с царской семьей отправились в Данию на яхте «Держава». Напомним, что 4 года назад, в 1885 г., такое же путешествие совершили Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — цесаревичу Николаю Александровичу

9 августа

Милый Ники,

Эти несколько строчек передаст тебе Аликс, в них сердечные приветы от нас с Сергеем. Как ты думаешь, будет ли у тебя возможность приехать к нам после Дании? Хотя бы на два-три дня, и то было бы славно. Надеюсь, к этому времени у меня уже будет собака. Я просила уэльских кузенов[436] подыскать колли, но они были так заняты свадьбой Луизы[437], что им было недосуг. Поскольку у бабушки[438]много псарней, я просила Аликс обратиться к псарям, у которых они берут собак. Надеюсь, она раздобудет мне красавца[439].

Будешь ли ты проезжать через Берлин, и едет ли тетушка Вики[440] с кузинами в Данию? Может быть, Ольга[441] могла бы повидаться со своей невесткой[442], и Аликс[443] это тоже было бы приятно. Так грустно, что они с Павлом покидают нас; мы так славно, так тихо проводили время. Надеюсь, они недолго будут вдали от нас. Вам наверняка будет хорошо там всем вместе.

Мы ежедневно делаем чудесные походы за грибами, несколько раз набирали больше 300. Погода в целом стоит ясная, порою дождь и <снова> чудесная погода.

6-го августа мы выезжали в полковых мундирах, как будто мы в Красном < Село, но все же приятно, что мы здесь. У нас теперь установили гигантские шаги[444], и на днях я чудно разбежалась — никогда мне не удавалось разбежаться и прыгнуть так высоко, чтобы меня не подтягивали веревками. Я просто летела — так великолепно, но трудно.

А теперь, дорогой Ники,

С наилучшими пожеланиями, нежно любящая тебя тетенька!! Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1253. Л. 11–12 об.)

Дневник цесаревича Николая Александровича

11 августа… Получил письмо от т. Эллы и Георгия…

12 августа… Весь день почему-то думал и грустил по ком-то!!!

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 223. Л. 227,228.)

Цесаревич Николай Александрович — вел. кн. Сергею Александровичу

11 августа. Петергоф

Дорогой дядя Сергей,

Извини меня, что я тебе еще не написал о полковом празднике, но я никак не мог собраться, так как последние дни в лагере находился постоянно между Красным и Капорским. Нам совсем не везло с погодой: Папа и Мама возвращались с морских маневров, опоздали на целый день из-за бури, вследствие чего зоря с церемонией и объезд были отменены. Вместо 4-го Папа и Мама приехали в Красное 5-го прямо на кавалерийский маневр, где и мы действовали. На другой день 6-го о! ужас шел такой дождь, что Папа чуть было не отменил парад Преображенцам — для меня это было страшно грустно, полковой праздник, а парада нет! Но к счастью дождь немного унялся, и все мы поехали туда. Действительно грязь была невозможная, но по крайней мере сверху было сносно. Парад прошел отлично, о чем неоднократно заявлял Кутковскому. Он так был хорош Евг. Серг., что меня забавляло смотреть на него. За завтраком, разумеется, я сидел с офицерами; этот раз между Порецким[445] и Гадоном. К счастью обязательные скачки были также отменены, но призовые были, и, слава Богу, совсем удачно. После театра все старые преображенцы стеклись под крышею полковой артели, чтобы лихо отпраздновать дорогой для них день. Все они оставались очень долго до 2-х, а один штабс-капитан засиделся до 5 с ½! Я тебя, разумеется, должен благодарить за ужин, потому что он был от тебя!

Уопекс были, Леночка также была и пела, но не с таким одушевлением как 5-го июля прошлого года!!! Седьмого я был совершенно без затмения, и самочувствие было превосходное. Два дня подряд были малые маневры в больших размерах, я раз был под командой М. П. Данилова[446] и действовал под Царским. Вчера был чудный парад, и затем производство в офицеры. А теперь прощай! Жаль, что не увидимся, вы приезжаете, кажется, 14-го на свадьбу Юрия[447]. Крепко обнимаю тебя и дорогую тетеньку.

Твой Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 70. Л. 78–79 об.)