Сердолик - камень счастья (СИ) - Корнова Анна - Страница 22

— Алин, что-то случилось? — сестра в последнее время почти не звонила Инне.

— Выговориться надо. Ты сейчас где?

— На занятиях.

— Сбрось адрес, я через час подъеду.

— У меня ещё занятия не закончатся.

— Значит, останешься недоучкой, — у Алины не было принято менять свои планы. — Через час жди у входа.

Инне пришлось уйти с фармакологии, сославшись на плохое самочувствие. Никто не усомнился в её словах, ведь известно, что Рождественская никогда не пропустит занятия без уважительной причины.

Алина в ярко-красном коротком плаще и таких же ярко-красных туфлях на высоченных каблуках ждала на скамейке у входа в корпус. Какой-то студент-медик сидел рядом с ней, пытаясь завязать знакомство.

— Привет! Какая ты нарядная! — Инна не уставала восхищаться сестрой.

— Так весна, — Алина чмокнула Инну в щеку, кивнула студенту: — Саня, до вечера!

— Ты с ним сегодня встречаешься? — изумленно прошептала Инна, когда они отошли на несколько шагов.

— Нет, конечно. На фиг он мне сдался, — фыркнула Алина. — Но я же добра до невозможного, люблю дарить людям приятные минуты. Пусть мальчик наслаждается мечтой, что вечером он встретится с прекрасной незнакомкой.

— Ты неисправима, — вздохнула Инна. — Что у тебя произошло?

— Пока не знаю, но кажется, что что-то происходит. Пойдём, где-нибудь посидим.

— Пойдём, только недолго. Я с Ритой встречаюсь. У Мити сегодня вечером футбол, он по пятницам в футбол играет. У них команда, они спортзал на Таганке арендуют…

— Про Митю я поняла. Про Риту тоже. Пошли вон в «Шоколадницу» кофейку попьём, а Риту на сегодня отменим.

— Я с Ритой договорилась, что к ней приеду. Она дома на больничном, ей аппендицит вырезали.

— Ладно, поедешь к своей Рите, только позже.

И вот сестры сидят за столиком в кафе, а Алина рассказывает о том, что между ней и Климом что-то разладилось. Пропал драйв, отношения замерли, в них закрался холод.

— Клим всегда был безэмоционален, но сейчас это стало безразличием, я чувствую, что он отдаляется от меня.

— Может, тебе домой к родителям вернуться? — предложила Инна. — Поживёте какое-то время поврозь и поймёте, нужны вам эти отношения или нет.

— Инн, ты нормальная? Что значит «нужны вам эти отношения»? Я дышать без него не могу, мне воздуха не хватает.

Говорили долго. Алина не ждала советов, что тут посоветуешь, и сочувствие ей было не нужно, но было необходимо выплеснуть, не держать в себе это изматывающее предчувствие беды.

Позвонила Рита:

— Ну, ты где?

— Я попозже приеду, я с Алиной.

— Я с тобой к Ритке поеду. Домой сейчас не хочу, — заявила Алина.

— Рит, а можно я с Алиной к тебе приеду? — Инна не знала, захочет ли подруга принимать её сестру, про которую говорила: «Твоя Алина вся на понтах и пафосе».

— Да, конечно, приезжайте. У меня плов есть.

Но Алина, услышав про плов, презрительно пожала плечами и повела Инну покупать шампанское, фрукты, пирожные, вызвала такси.

— Здесь на автобусе пятнадцать минут, — попыталась её остановить Инна.

— Фигею от тебя, — Алина скорчила смешную гримасу, — жить с сыном Виктора Васильевича Нестеренко и ездить на общественном транспорте! Зашквар какой-то.

У Риты подруги засиделись допоздна. Болтали о парнях, о моде, о косметике… Когда шампанское было выпито, а пирожные съедены, Рита убрала со стола оставшуюся еду и достала карты:

— Девчонки, давайте на любовь погадаем.

— Мне не надо, — испугалась Инна. — Можно счастье прогадать.

— А мне надо! — Алина решительно придвинула стул поближе к столу. — Какой рукой снимать?

Рита, бормоча какую-то скороговорку, разложила на столе карты, как заправская гадалка, и задумчиво произнесла:

— У твоего короля денег немерено. Девчата, где вы таких богатых мужиков находите! А сейчас у тебя, Алин, проблемы в казённом доме.

— Конечно у неё проблемы, — сразу же подхватила Инна, — она из-за этого короля учёбу совсем забросила. Удивляюсь, как её ещё из универа не выгнали.

Рита ещё много чего наговорила про встречи-расставания, трефовые разговоры, крестовые хлопоты и неожиданно объявила:

— Скоро у тебя будет удар: вон как пики над головой стоят. И хорошо ударит.

— Какой удар? Из-за чего?

— Поживем-увидим, — равнодушно произнесла Рита, собрала колоду, и спокойно добавила: — А у твоего короля какая-то трефовая дама.

— В смысле? — спросили сестры хором.

— В смысле не ты у него в мыслях и сердце, а какая-то трефовая дама. Постель у них и всё остальное. Давайте чайку попьём.

— Ну, ты и зараза, Ритка, — возмутилась Алина. — рассказывай про эту даму.

— Карты не полиция, фамилий не говорят. Это ты про неё рассказывай. Ты её знаешь, там рядом восьмерка трефовая была.

Веселье сразу утихло. Рита попыталась отшутиться:

— Да хватит вам расстраиваться. Мало ли что карты покажут. Нашли чему верить!

Но Алина замкнулась, погрустнела, и сёстры стали собираться.

— Алин, правда, выбрось эту глупость из головы, — утешала Инна сестру, когда сестры вышли из гостей. — Рита после наркоза, вот ей шампанское в голову и ударило, поэтому и болтала всякую чушь.

Но Алина не могла просто забыть про гадание — слова Риты упали на благодатную почву. Алина стала каждый вечер внимательно осматривать Клима: нет ли следов помады, не пахнет ли он чужим парфюмом.

В университете близилась сессия, Алина кое-как сдала зачёт по сравнительной культурологии, второй иностранный язык и перевод завалила. Но это её не сильно расстроило: пару дней посидеть, и всё пересдаст — надо просто сосредоточиться. Май бушевал цветением сирени, тонкий аромат плыл городом. Захотелось не спеша пройтись по майским улицам, вдыхая этот запах, головокружительный и пьянящий. Проходя мимо помпезного здания гостиницы, Алина увидела Клима, взбегающего по мраморным ступенькам. Скорее всего, у него там деловая встреча, но надо убедиться — трефовая разлучница третью неделю не выходила из головы. Девушка быстро зашла следом, но в просторном холле гостиницы Клима уже не было. Ничего, она разберется, какие у Клима здесь дела. Сев в глубокое кресло напротив входа, Алина достала телефон и приготовилась ждать. Краем глаза она наблюдала за лифтом, чтобы не упустить момент, когда из него выйдет Клим. Но, в очередной раз оторвавшись от экрана мобильника, она увидела стоящую перед лифтом Лидию. Первым желанием было подбежать к матери, узнать, что у неё за дела в этой гостинице, но ведь тогда придётся рассказать про слежку за Климом. Самолюбие не позволило Алине признаться даже матери, что она, как какая-то ревнивая дура, подсматривает за своим возлюбленным, и девушка осталась сидеть в кресле.

Прошло больше часа. Алине надоело томиться ожиданием, и она собралась уходить, но тут лифт открылся и из него вышли Клим и Лидия. Первая мысль была: как отлично всё сложилось, мать с Климом случайно столкнулись в этой гостинице, а значит, можно, ничего не говоря Климу, вечером выяснить у матери, что он здесь делал. Алина знала, что мать и Клим перезваниваются — Клим консультировался у Лидии Алексеевны по каким-то бухгалтерским вопросам, а встретившись в гостинице, Клим наверняка сказал, по каким делам он здесь оказался. Но в следующую секунду Алина с изумлением увидела, как Клим что-то сказал Лидии, а она потерлась щекой о его плечо. И ещё Алина поняла, что эти двое вместе, они не случайно столкнулись в лифте, а именно вместе — они не замечают никого вокруг, они поглощены друг другом. Как загипнотизированная, Алина встала и пошла за этой парой. Неподалеку от гостиницы она увидела мамину машину. Рядом с ней стояли Клим и Лидия. Алина с ужасом наблюдала, как Клим ласково гладит мамину щёку. Даже если бы они слились в страстном поцелуе, не было бы в этой сцене такой интимности, такой всепоглощающей любви и нежности. Мать села в машину, а дочь так и осталась стоять у дверей гостиницы рядом с цветущей в кадке карликовой сиренью. Алина поморщилась: какой вульгарный, навязчивый запах! Как всё вульгарно!