Я всегда была твоей (СИ) - Романенко Оксана - Страница 18

Я уже почти пересекла весь зал, как твердая рука поймала меня за локоть, разворачивая к себе.

— Что?! — выдохнула я, вынужденная обернуться.

— Останься. Ты нужна мне. — Алексей недовольно хмурился.

Я покачала головой.

Прежде чем он успел что — то сказать ещё, я вырвала руку, быстрым шагом спускаясь вниз по лестнице. В пустом холле получила пальто, — так рано никто из гостей ещё не покидал праздник и, застегиваясь на ходу, устремилась к выходу. Алексей снова схватил меня.

— Белка, тебе не кажется, ты ведёшь себя по — детски глупо?

— По — детски глупо?! Ты шутишь, Алексей? Это ты ни за что ни про что нахамил моему давнему знакомому, это ты мило фотографировался на камеру со своей бывшей женой, как будто меня не существует! Или она не бывшая?! Прекрасный новогодний вечер, просто отличный! Говорят, как встретишь Новый год — так его и проведёшь. Только знаешь, меня совершенно не привлекает перспектива учавствовать в любовном треугольнике!

— Какой ещё треугольник?! С чего ты это взяла? Нет никакого треугольника и не будет! Пойми, ну не мог же я взять и оттолкнуть её: вокруг люди, камеры, мои бизнес — партнёры, наконец!

— Ты не оттолкнул, а она взяла и воспользовалась! Причём, два раза! И уже завтра во всех глянцевых журналах напишут прекрасную лав стори о воссоединении любящих супругов! А впрочем, кто я, вообще, такая, чтобы предъявлять тебе претензии? Даже смешно. Всё, я уезжаю домой. Отпусти меня. Мне… неприятно.

На секунду лицо Алексея исказилось, словно я нанесла ему удар. Но черты его лица быстро разгладились. Оно стало непроницаемым и чужим.

— Как скажешь, Белка, — холодно сказал он, разжимая пальцы и отпуская меня.

Я повернулась, толкнула тяжёлую стеклянную дверь и вышла в морозную ночь, вздрагивая от резкой смены температуры.

Дойдя до тротуара, где были припаркованы такси, не удержалась и обернулась. Алексей всё ещё стоял за прозрачными дверьми и наблюдал за мной. Я подошла к ближайшей машине, быстро договорилась с водителем о цене

— С Новым годом, вас девушка! — весело сказал таксист, трогаясь с места. — Неужели праздник так быстро закончился?

— Для меня — да, — ответила я, чувствуя, как начинает давить в груди, а глаза наполняются слезами. Я тут же строго напомнила себе, что Алексей мне не принадлежит и устраивать ему сцену я не имела никакого права. Он никогда и ничего мне не обещал. Только было ли мне от этого легче?

— Бывает… — произнёс таксист с сочувствием. — Давайте я вас через центр провезу, на салют хоть посмотрите. Цена за поездку будет та же, не переживайте.

Горько про себя усмехнувшись, я подумала о том, что оплата за такси — самое последнее, за что бы я сейчас переживала.

17 глава

Сунув руки в карманы брюк, Алексей с непроницаемым взглядом, через стекляные двери, провожал отъезжающее такси. Он не волновался за безопасность Белки: все водители, что ожидали гостей возле особняка были наняты специализированным агентством, а иначе он бы просто-напросто её не отпустил.

Возвращаясь обратно в банкетный зал, он сжал губы в тонкую недовольную полоску: принесла же нелёгкая Янку! Он понятия не имел откуда эта стерва узнала о том, что он будет здесь и как смогла достать приглашение. Хотя, известно как: своим сногшибающим телом его бывшая жёнушка умела пользоваться покруче самой опытной проститутки. Он усмехнулся про себя, вспомнив, что она недолго оставалась ему верной женой и своего первого любовника завела уже через два года после рождения дочери.

Алексей сел обратно за стол, который заметно опустел: почти вся компания ушла развлекаться на танцпол. Деловой этикет вынуждал его оставаться на банкете ещё какое-то время, хотя он с большим удовольствием отправился бы домой спать.

Подозвав взмахом руки официанта, попросил того принести ему водки. Вышколеный официант если и удивился, то не подал вида — на столе в избытке стояли бутыки с лучшим коньяком и шампанским. Вскоре официант вернулся, неся на подносе небольшой графин. Алексей залпом выпил полную рюмку, затем вторую, даже не поморщившись.

С мрачным выражением лица, он наблюдал как то тут, то там мелькает Яна, переходя от одного стола гостей к другому, не забывая время от времени бросать на него призывные взгляды. Знает, что не стоит к нему сейчас подходить, поэтому и держится на расстоянии. Пока. Алексей был уверен, что пройдет ещё немного времени, и она снова попытается его аттаковать, надеясь на алкоголь: под воздействием спиртного он всегда становился добрее. Вот только он не намерен давать ей такую возможность. В последнюю их встречу Яна получила все подготовленные бумаги его юристом для развода и неделю для размышлений. Пусть теперь разговаривает с его адвокатом, а ему сказать ей больше нечего.

Теперь — то он отчётливо понимал сколько вреда могут нанести бездумные сексуальные отношения, переросшие в такой же бездумный, даже безумный брак, бракованный во всех смыслах. Провинциальная девушка из военного городка всеми силами хотела вырваться в столицу. И это ей удалось, подумал он с горькой усмешкой, вспомнив, как она из кожи вон лезла, чтобы забеременеть от него, а затем — женить. А он не сильно-то и сопротивлялся, одурманенный её совсем не провинциальной красотой и раскрепощённостью. Всё время их романа, его бывшая жена тщательно скрывала многочисленные отвратительные стороны своего характера, которые во всей своей мерзости обнаружились уже во время свадьбы.

Истерику, которую она закатила прямо за столом, после того, как там появилась Белка, гости помнили ещё долго, правда Яна быстро оправдалась своим беременным состоянием, но всё равно, надолго её покладистости не хватило. После свадьбы он узнал свою молодую жену заново.

Алексей взглянул на то место, на котором ещё недавно сидела Юля, и вздохнул.

Белка.

Он улыбнулся, когда вспомнил её маленькой. Смешная девочка с пшеничными волосами, тихим голоском, угловатая и очень застенчивая. Он всегда воспринимал её ещё как одну свою младшую сестрёнку, пока она, в один прекрасный день, чудесным образом не превратилась в красивую девушку.

Он вспомнил, как у него глаза чуть на лоб не вылезли, когда однажды увидел её загорелую, яркую, в коротком платье, с кукольным личиком. Вспомнил и свою чисто мужскую рекцию на неё: не ожидал, что кровь резко рванёт в паху, ошпаривая накатившим желанием. Это его ошеломило. Он в тот день даже решил остался дома, хотя должен был идти на свидание к своей тогдашней девушке. Но внимательно наблюдая за Белкой, его пыл заметно охладился: она всё ещё оставалась той девочкой, которую он знал чуть ли не с пелёнок. Это быстро отрезвило его.

Повторое чувство он испытал, когда увидел её на выпускном, куда, с какой-то дурости, решил вдруг пойти. Он действительно думал, что стоило бы приглядеть за младшей сестрой, но увидив Белку в открытом вечернем платье, про сестру тут же забыл, не на шутку увлёкшись яркой девушкой. И опять стремительное влечение постепенно начало угасать…

Он намеренно держал дистанцию между ними, хотя видел как Белка тянется к нему, обижаясь на его показную холодность и отстранённость. И хотя он желал её, больше не видя в ней маленькую девочку, но что-то останавливало его сделать шаг к ней навстречу. Белка смотрела на него как на бога своими кукольно-голубыми глазами, но он не был богом. Он был обычным здоровым парнем, который очень любит секс, взрослых раскованных девчонок и весёлые компании. Он знал, что Белка девственница, и никак не мог решиться взять на себя такую отвественность. Он не хотел причинить боль девушке, к которой искренне относился и по-родственному любил. Алексей надеялся, что новая студенческая жизнь закружит Белку и её влюбленность со временем сойдёт на нет, только вот его самого вскоре закружил ураган по имени Яна…

На свадьбе, когда он утешал рыдающую девочку, какоё-то смутное чувство шевельнулось в его душе, и в следующий миг его озарило: это — сожаление. Слёзы Белки выворачивали его душу наизнанку. И он понял, что не хочет этой свадьбы. На какую — то секунду ему захотелось послать всё к чёрту, схватить её и убежать вместе с ней куда глаза глядят. Он видел, как сильно Белка страдает, и боль в её огромных голубых глазах, наполненных слезами, остро и мучительно царапала и его сердце тоже. Но было уже поздно…