Новая жена (СИ) - Фальк Мия - Страница 20

Мила кивает и останавливается напротив меня.

— Так и есть. Но Денис справился, — на ее лице я вижу гордость за мужа — от этого у меня на душе теплеет. — Доказал, что его дело пригодится в Кремле и он может быть куда более полезен, чем раньше. Словом, нанялся обратно. Только поэтому нам разрешили урегулировать вопрос.

Мила делает движение, чтобы идти дальше, но потом останавливается и снова оборачивается ко мне.

— Ты знаешь, что твой муж выкинул в клубе? — она выгибает бровь.

Я отрицательно качаю головой.

— Что-то страшное? — мой голос похож на шепот. — Он обдолбанный был.

— Это его в каком-то смысле оправдывает, — хмыкает Мила.

Мы идем по коридору, а я ломаю голову над тем, что могло случиться. Однако Мила смеется в кулачок и мне становится чуть легче. Судя по всему, это было не настолько жестоко, насколько абсурдно.

— Вел себя как адский Сатана, — наконец Мила хохочет в голос. — Я конечно знала, что Даниил — творческая натура и что под наркотой у многих срывает тормоза.

Мы останавливаемся перед тяжелыми дверями.

— Да что он сделал-то?!

— Пушку туда пронес, — пожимает плечами Мила. — Не знаю, какой у него был план до того, как его торкнуло. Потом он устроил там бал у Воланда.

— В смысле?

— Заставил дядек серьезных каяться в грехах. Судя по всему, в угаре он воспринимал себя кем-то вроде Учителя, — Мила вздыхает. — Перевоспитывать их собрался. Пушкой угрожал и читал наставления. Обдолбанный, блин, Иисус…

Я не могу совладать с нервным смехом. Теперь я понимаю почему Даниил мне в этом не признался.

— Все, Алин, времени у нас в обрез, — Мила хватается за ручку двери. — Не поторопимся — твой муж пойдет по этапу.

Секретарь без вопросов пропускает нас к начальнику. За дорогим деревянным столом седеющий мужчина в форме. Хорошо, что по его погонам я неспособна определить звание. Так спокойнее.

Я замираю у дверей. Еще недавно я посчитала бы встречу с генеральным директором моей фирмы большим событием. Теперь я в приемной у не последнего из полицейских чинов.

— Юдина? — мужчина смотрит мне в лицо.

Потом я замечаю, что его взгляд проходится по моим ногам. Он улыбается, а потом кивает.

— Натворил дел твой муженек. Оригинал, бляха-муха… — он смотрит в сторону.

— Знаю, — я говорю как всегда слишком тихо.

Набираюсь смелости и повышаю тон.

— Его подставили!

Мужчина снова переводит на меня взгляд. Тяжело вздыхает.

— Слышал я эту историю, — он смотрит на бумаги, лежащие у него на столе. — Господи, Юдина, вот пообещай, что ты его дома держать будешь и он больше никого жизни учить не попытается!

— Конечно!

Мужчина качает.

— Повезло вам со знакомствами, — он цокает языком. — Но отступные придется отдать, иначе обиженные не заткнутся.

Мужчина возводит глаза к потолку. А потом хмыкает.

— Веселое наверное было шоу, — после этого он снова становится серьезным. — Но это только между нами.

Мужчина протягивает мне листы.

— Вот тут и тут подпиши.

Я делаю это, не задумываясь над тем, под какими документами ставлю подпись.

— Юдин теряет свою фирму, — хмыкает собеседник. — Но хотя бы остается живым и свободным.

Потом он забирает у меня документы и смотрит в глаза.

— Знаю и про тебя, — мужчина высоко поднимает брови. — Из грязи в князи.

Я понимаю, что испытываю смущение, но взгляда не отвожу.

— Хоть с этим Юдин не прогадал. Кто еще добровольно отвалит за идиота такие бабки…

Мужчина вынимает из кармана телефон. Набирает чей-то номер и говорит в трубку.

— Оправдательный приговор. Оправдательный я сказал. Все!

После этого он откладывает телефон и опять смотрит на меня.

— Свободны. Оба.

Я выхожу на негнущихся ногах.

К счастью, Мила сохраняет присутствие духа. Она выводит меня из здания.

Я прихожу в себя только в машине.

— Всем бы таких жен, — улыбается Мила трогаясь.

«Всем бы таких друзей», — думаю я.

Мила доставляет нас к зданию суда. Там толпятся люди. Спутница вызванивает моего мужа и объясняет, как найти нас. Вскоре я замечаю, что толпа перетекает к нашему внедорожнику. В центре нее шагает Даниил. Выражение лица у него напоминает каменную маску.

Муж распахивает заднюю дверь внедорожника, садится на сидение.

— Без комментариев! — говорит он прессе и едва не попадает одному из корреспондентов в глаз ногой, прежде чем захлопнуть дверь.

Мила трогается.

Даниил откидывается на спинку сидения и закрывает ладонями лицо, когда машина выезжает на дорогу.

Я смотрю на мужа в зеркало заднего вида и все еще не могу поверить в то, что Даниил здесь. Рядом. Все обошлось. Он сейчас кажется мне необходимым и желанным. Мне очень хочется коснуться его кудрей. Но я не смею.

Я ведь даже не посоветовалась с ним на счет фирмы, прежде чем пустить по ветру имущество.

Даниил издает рык и снова растирает глаза.

— Как? — говорит он. — Я был уверен, что если меня не убьют, то надолго закроют, после всего, что я сделал. Думал, окончательно пропал. Все заседание они клонили к обвинительному приговору, я гадал, сколько получу лет, потом слышу, что оправдан. Я даже переспросил пару раз судью.

Мы встречаемся взглядами в зеркале заднего вида.

— Как? — сдвинув брови, повторяет Даниил.

Глава 19

— Я отдала твою фирму, — не вижу причин молчать об этом сейчас.

Оборачиваюсь к Даниилу и с тревогой смотрю ему в лицо.

— Отступные. Только так мне разрешили…

Муж улыбается.

— Спасибо, Алин, — слышу я, и камень падает с души.

— Ты не…

Он качает головой, потом разваливается на заднем сидении, раскидывая в стороны руки. Я озадаченно смотрю на то, как Даниил весело хохочет и растирает лоб пальцами.

— Не огорчен? — я считаю необходимым договорить.

Он отрицательно качает головой, а потом опять закрывает лицо руками.

— Ты наверное сейчас не поверишь, — я слышу его приглушенный голос, — накануне нашей с тобой встречи я был в депрессии.

Даниил отрывает руки от лица и смотрит на меня. Глаза его блестят.

— Мне врач прописал таблетки, только я не собирался пить их. Я сел и задумался, что все в моей жизни неправильное. Я прям искренне хотел, чтобы что-нибудь такое произошло! Из ряда вон! Чтоб я бросил уже чертову фирму и поехал путешествовать по миру, например. Я не видел выхода из той черной дыры, куда меня засосало. Вся эта передряга с аварией, тюрьмой. Я как будто получил новую жизнь. Поэтому спасибо.

— Но это же такие деньги…

Он улыбается, глядя в потолок.

— Знаешь, вот сегодня на скамье подсудимых я понял, что деньги это наживное, — он улыбается, — свободу — вот чего не купить. Еще заработаю. У меня это всегда хорошо получалось.

Мила тем временем останавливает машину около нашего дома.

— Передохни, Дань, — она улыбается. — Денис при правительстве устроился. Немного уляжется тот шум, который Аня подняла, и мы подумаем, где ты можешь быть полезен. А пока дома.

Он дружески сжимает плечо Милы.

— Спасибо. Я уж не надеялся, что обойдется.

— Мы своих долгов не забываем, — улыбается Мила.

Потом мы с Даниилом выходим из машины.

— О каком она долге? — поворачиваюсь я к мужу.

Он передергивает плечами.

— Я дал денег Лютову на старт его дела.

Киваю.

— На мечту практически, — мы проходим в подъезд. — Все тогда думали Денис сбрендил, а я верил в него. Просто верил и все.

Я улыбаюсь. Они ведь настоящие друзья!

— Только обидно, что мы потом рассорились. Но я деньги не стал обратно забирать.

Мы с мужем оказываемся в квартире.

Даниил устало смотрит мне в глаза.

— Алин. Дай я немного выдохну. Мне надо все переосмыслить.

Я молча смотрю на то, как он скидывает верхнюю одежду и топает в ванну. Мне нравится размеренная вальяжная походка Даниила. Как у уверенного в себе льва.