Рябиновая невеста - Зелинская Ляна - Страница 46

Они стягивали на ходу плащи, бросая их прямо у входа, и стряхивали воду с волос. Им навстречу бросились слуги, помогая раздеться и подавая наполненные кубки.

А герольд, шагнув вперёд и раскинув руки, словно крылья, громогласно прокричал:

− Славные воины короля! Не опустели ещё ваши кружки? И если опустели, так наполните их! Пришло время поднять их за самого храброго воина по обе стороны великих болот! К нам прибыл славный командор Игвар Нье'Айрх из клана Дуба! Это он со своим отрядом взял самую неприступную в Илла−Марейне крепость всего за одну ночь! И нет на Севере боле неприступных крепостей! Слава ему! Скёлль!

− Скё−ё−ё−л−ль! Скё−ё−ё−л−л−ль! Скё−ё−ё−л−ль! — понеслось со всех сторон.

Кто-то вскочил с лавок, кружки снова застучали, и вплеснувшийся из них эль залил уже все столы.

Десятки глоток скандировали победный возглас, музыканты рванули струны, а воин изо всех сил ударил огромным молотом по оставшимся щитам в углу. Всё смешалось в этой какофонии звуков, и даже король встал, чтобы поприветствовать прибывший отряд поднятым бокалом. Воины бросились обниматься, хлопали друг друга по плечам и демонстративно пили до дна, а слуги принялись собирать мокрые плащи и стягивать с прибывших кольчуги.

В этой суете Олинн показалось, что о ней, наконец, все забыли, и на вопрос короля можно не отвечать. Во всяком случае, прямо сейчас.

Вот только за эту передышку она должна будет сказать спасибо совсем новой опасности, имя которой только что прокричал герольд.

Игвар здесь! Он сейчас её увидит и…

Сердце замерло то ли от страха, то ли от предательски радостного предвкушения. Всё так переплелось, и она не знала, что именно чувствует. С одной стороны, ей хотелось просто нырнуть под стол, под красную скатерть, проползти как можно ближе к дверям и улизнуть из этого зала. Убежать, надеть свою одежду и спрятаться где-нибудь, всё равно где, хоть на чердаке! Хоть кладовой с зерном. И ускакать чуть свет на все четыре стороны. Потому что видеть Игвара после всего, что произошло, она не могла. Всё это вокруг… Всё началось с него. Из-за него. Да и к тому же она убежала из Олруда, и он будет очень зол. И теперь он здесь.

И что ей со всем этим делать?!

А с другой стороны, в этом зале, в этом замке, по эту сторону реки и вообще, кажется, на всём Севере, он единственный, кто готов был за неё заступиться. Он да ещё Торвальд. И сейчас в этом зале, среди всех этих людей, он единственный, кого ей не нужно бояться.

Или нужно?

Потому что от ожидания предстоящей встречи у неё запылало лицо, в пальцах запульсировала кровь, и даже губы пересохли. Звезда в ладони ожила, но она больше не жгла и не колола, она растворилась, превратившись в сгусток медового тепла, и потекла по венам, разжигая в теле томительный жар предчувствия. Она как будто рада ему! Или это сама Олинн рада, а звезда просто отвечает ей?

Олинн увидела, как ладонь засияла, и тут же сжала руку в кулак, сунув её под скатерть. И в это мгновенье неожиданно поняла, что это не звезда предупреждает её, нет! Это она своими чувствами заставляет звезду оживать, а та отвечает ей, как будто своей хозяйке. Когда тревожно, когда радостно, а когда томительно-сладко, вот как сейчас.

Будто мало ей того, что она и раньше чувствовала все беды?! Так теперь ещё и это!

Огромная фигура отделилась от толпы прибывших, и не узнать её было нельзя. Игвар широким шагом направился к королю. Но Олинн не нырнула под скатерть и никуда не убежала. Она, словно глупая лягушка, на которую смотрит болотный уж, пристыла к своему стулу и молча наблюдала, как приближается главный командор.

Игвар шёл между столами, принимая от других воинов дружеские хлопки по плечам и поздравления. Он уже стянул наручи, кольчугу и поддоспешник, отдав это всё слугам, и остался в одной мокрой рубахе, которая прилипла к телу. Олинн невольно вспомнила их прощание у реки и, чувствуя, как предательски замерло сердце, с ужасом ждала, когда же он её заметит.

То, что она сидит за королевским столом, это же ой как плохо!

Игвар ведь подумает, что она специально сбежала к королю. А если он узнал о пропаже бумаг… Даже если не узнал, то всё равно узнает и подумает, что она сделала всё это специально, чтобы выйти замуж за короля.

Ох, Луноликая! Как же стыдно!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Король поставил бокал и, обогнув стол, вышел Игвару навстречу. И когда они обнялись как очень старые друзья, взгляд Игвара скользнул по гостям, и он заметил Олинн, сидящую за столом.

И даже сквозь полумрак, царящий в зале, зелень его глаз обожгла Олинн, проникла в самое сердце, заставляя почти перестать дышать. Она не в силах была отвести взгляд и лишь ощущала, как пунцовеют щёки и её единственным желанием было провалиться сквозь пол.

— С прибытием! — король разжал объятия и, похлопав Игвара по плечу, пригласил за стол, указывая на место подле себя. — Идём, выпьешь со мной вина! Теперь, когда все в сборе, мы должны отпраздновать победу по-настоящему. Жаль только, Риган пока не с нами.

— И то правда, — буркнул Игвар, шагнув в сторону прохода между столами, — надо разбавить этот дождь чем-то погорячее воды!

А Олинн увидела, как качнулся у него на груди хольмгрег. Его хольмгерг. Тот самый, с сильно расплющенным солнцем, который она сняла с него в избушке Тильды и по глупости спрятала в какой-то горшок. А ему соврала, что никогда его не видела. Выходит, он его нашёл. Не зря же хотел разобрать избушку по брёвнам. Значит, разобрал. И теперь он знает, что она соврала. Знает, что, скорее всего, она видела звезду Севера и может быть даже её взяла.

Вслед за Игваром к королевскому столу направился ещё один гость, и Олинн издалека узнала красную рубаху Хейвуда.

Вот только его тут не хватало!

В памяти сразу всплыла их единственная встреча в Олруде, когда она ударила его коленом. А он, оказывается, важная птица, раз собирается сидеть рядом с королём! И это был ещё один недруг в окружении, а врагов за этим столом было и так с избытком.

Судя по всему, Хейвуд чувствовал себя если не хозяином, то уж точно не последним человеком. Он подошёл вразвалку и, как-то небрежно поклонившись королю, уставился на Олинн.

− Хм, надо же, «Рябинушка» уже здесь и как раз сидит на моём стуле! Ладно… надеюсь, Риган не отправит меня на костёр за то, что я займу её место, − буркнул он с кривой усмешкой, обошёл стол с другой стороны и занял оставшийся стул.

И взгляд, которым он одарил Олинн, был многообещающе неприятным.

Появление Хейвуда стало последней каплей. Как бы там ни было, но сейчас Олинн чувствовала себя за столом, как утка, которую собираются насадить на вертел. Не хватало только печи. Но, судя по словам короля, красноволосая колдунья просто «пока не здесь», а значит, печь ещё впереди. И об этой стороне нынешней ситуации Олинн подумала с ужасом. Вспомнила слова Свена, который рассказывал об аловласой колдунье, способной жечь воду. И… слова Игвара о ней. А ведь он тоже предупреждал.

«Я её видел. И лучше бы никогда больше не видеть. Она призывает огонь.»

Но сегодня он сидит за этим столом как ни в чём не бывало. А тогда, у серебряного дуба в саду эрля, его слова звучали правдиво и зловеще. Он не врал. Но сегодня он обнимается с королём, как с лучшим другом. А тогда у реки он предлагал ей бежать, и тогда он тоже не врал. Но зачем и куда бежать? А главное, почему? Ведь, похоже, что сидеть рядом с колдуньей и королём для него обычное дело.

Нехороший холодок предчувствия зародился в ладони и пополз по венам. Всё это было так странно и запутанно.

Ей нужно срочно уйти отсюда, куда-то на воздух, чтобы в голове прояснилось, и решить, что делать дальше, если она не хочет оказаться между молотом и наковальней.

− Простите, Ваше Величество, − она наклонилась к королю и произнесла тихо, стараясь ни с кем не встретиться взглядом. — Могу я попросить у вас разрешения удалиться? Что-то мне нездоровится. Мы в Олруде не привыкли к вину, а я… кажется… выпила лишнего…