Кровавая невеста (ЛП) - Портер Бри - Страница 39

Я устроилась в просторной машине, держа в руках наши пальто: — Ты когда-нибудь участвовал в гонках?

— Машины? Нет. — Алессандро выехал из гаража с ревущим двигателем.

В зеркале заднего вида я увидела Range Rover: — Оскуро и Беппе, кажется, расстроились, что ты не взял Range Rover. Думаю, им больше нравится, когда они могут тебя защитить.

— Они преданные люди, — это было самое приятное, что я когда-либо слышала от него. — На твоем месте, жена, я бы меньше беспокоился о безопасности.

Мой язык прилип к небу: — Почему? Ты думаешь, у меня есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться?

Алессандро не ответил.

— Дон Пьеро хочет видеть тебя в церкви в это воскресенье, — сказала я. — Он недоволен тем, что ты не появлялся там почти три недели.

— Мой дедушка считает, что Бог скорее пустит его в рай, если он будет ходить в церковь.

— Ты не разделяешь это мнение?

— Нет, — мрачно усмехнулся он. — Не разделяю.

Я пожала плечами: — Тем не менее, это то, что мы делаем. Я думаю, что посещение церкви — это не просто смывание грехов. Это для того, чтобы завести связи, услышать последние сплетни.

— Это то, чем ты занимаешься?

— Конечно, — я склонила голову на бок. — Сомневаюсь, что Богу есть до меня дело.

Алессандро не сводил глаз с дороги: — Тогда Он дурак.

Я почувствовала, что мои щеки потеплели: — Не думаю, что Творца можно назвать дураком.

Он не ответил.

Я открыла рот, но он перебил меня: — Ты собираешься говорить все время? — спросил Алессандро.

— Сколько мы уже женаты?

К моему полному удивлению, Алессандро ухмыльнулся. Это было грубо и дико... но в ней не было ни голода, ни злобы. Только веселье.

Я почувствовала, как мои собственные губы приподнялись в ответ.

— Полагаю, ты права, — сказал он.

Когда я в последний раз видела Circuit di Chicago (прим. гоночная трасса в Чикаго) в феврале, там было тихо и пусто. Но когда мы подъехали к автодрому, трасса выглядела так, как я помнила ее в детстве. Машины заполнили парковку, некоторые даже вытянулись вдоль дороги. Повсюду собирались люди, одетые в командную атрибутику, и радостно выбегали на трассу.

Алессандро не стал парковаться рядом с публикой, а сразу направился к частной парковке. Там уже ждала очередь из дорогих машин с мигалками.

— Впечатляет, — сказал я, вылезая из машины.

— Это отлично, — ответил Алессандро.

Телохранители припарковали свой Range Rover неподалеку и присоединились к нам, когда мы направились к арене. Вместо того чтобы идти через главный вход, мы обошли его с задней стороны. Страшный на вид мускулистый мужчина ждал у отдельной двери, но почтительно кивнул Алессандро, когда мы проходили мимо.

Потребовался лестничный пролет и лифт, но в конце концов мы добрались до частной ложи. На трассе было много лож, предназначенных для VIP — персон, но ложа Роккетти была самой лучшей. Огромная серая гостиная выходила на трассу, рядом с ней стоял небольшой обеденный стол, справа — бар и холодильник. Отсюда были видны пластиковые скамейки, на которых сидела публика, и по сравнению с нашей личной гостиной она выглядела просто отстойно.

По меньшей мере дюжина Полноправных Членов бродила по помещению, держа в руках вино. В конце стола сидел Дон Пьеро. Когда он увидел нас с мужем, он поднялся с очаровательной улыбкой.

— София, я так рад, что вы смогли приехать, — мы поцеловались в обе щеки, прежде чем отстраниться. Обычно моего мужа приветствовали бы первым, но Дону Пьеро не нужно было так беспокоиться о традиции. Традиции делал он. — Я должен лично поблагодарить тебя за получение сертификата.

Я старалась не краснеть, но все равно почувствовала, что мои щеки потеплели: — Я рада помочь семье всем, чем могу.

Алессандро бросил на меня знающий взгляд, но я проигнорировала его.

— Иди и пообщайся, моя дорогая, — сказал Дон Пьеро. — Алессандро, на пару слов.

Алессандро слегка прижал руку к моей спине и жестом подбородка указал кому-то поверх моей головы. Мгновение спустя ко мне подошел убийственно красивый мужчина и одарил меня яркой очаровательной улыбкой. Такая улыбка может разрушить репутацию.

Так оно и было.

— Габриэль принесет тебе выпить. — сказал мне Алессандро. Он убрал руку с моей спины и сел к своему деду, что было явным отстранением.

— Маленькая София, когда я видел тебя в последний раз, ты была одета как сказочная принцесса и играла со своими куклами, — рассмеялся Габриэль. Он не изменился с тех пор, как я видела его в последний раз: те же кудрявые темные волосы и яркие ореховые глаза. Возможно, его лицо немного повзрослело, кости стали более рельефными, на лбу появились морщины, но в остальном он выглядел так же.

— В последний раз я видела тебя, когда ты убегал из спальни моей мачехи, а мой отец шел за тобой по пятам.

Габриэль ухмыльнулся: — Хорошие времена.

Я рассмеялась.

Каждая девушка в Наряде знала Габриэля Д'Анджело, и это считается правом на инициацию, быть влюбленной в него на какое-то время. Он был обаятельным и красивым, а также полным нарушителем спокойствия. Он разрушил больше браков, чем сидений для унитазов, и был близок к тому, чтобы покончить с этим. Из сплетен я знала, что Габриэля обычно держат подальше от Чикаго, чтобы он не натворил бед с Нарядом.

Почему Алессандро подпускает ко мне такого дьявольского человека? задавалась я вопросом. Если бы у нас с Габриэлем был роман, это ужасно отразилось бы на Роккетти и гарантировало бы смерть Габриэля.

Алессандро разговаривал с Габриэлем легко и властно. Возможно, Габриэль был приручен Капо Чикаго.

— Что ты хочешь выпить, София? — спросил Габриэль, когда мы направились к бару. Слышать от кого-то мое имя было странно. Я привыкла, что те, кого я не знала, называли меня миссис Роккетти.

— Только лимонад, спасибо.

Его глаза расширились: — Лимонад? Ты за рулем?

Нет, просто беременна. Я рассмеялась: — Сейчас одиннадцать часов. Только сумасшедшие пьют до обеда .

Габриэль принес мне лимонад, но настоял, чтобы в нем была хотя бы долька лайма. Он был отличной компанией, несмотря на то, что флиртовал со мной. Меня не волновали неприятности с Роккетти, но я не стала играть в это. Но было приятно поговорить и посмеяться с кем-то, кто был прост и восприимчив. Иногда общение с Алессандро заставляло меня потеть от напряжения.

И многое другое.

У меня все было хорошо, пока не вынесли тарелки с сыром. Сильный запах соуса и оливок вызвал у меня рвоту.

Просто сделайте глубокий вдох. Я втянула воздух.

Тошнота поднималась быстро и сильно. В горле першило, что означало только одно.

Я поставила свой лимонад: — Мне нужно в дамскую комнату.

Габриэль бросил на меня любопытный взгляд: — Это прямо по коридору. Налево.

Если бы я открыла рот, чтобы ответить, думаю, меня бы стошнило. Я выскочила из комнаты, стараясь выглядеть спокойной, но на самом деле чувствуя себя дерьмово. Телохранители, ожидавшие в коридоре, подняли головы при моем появлении.

— Вы в порядке, мэм? — позвал Оскуро.

Я отмахнулась от него с натянутой улыбкой.

Как только я вошла в уборную, меня сразу же вырвало. Сегодня я мало ела, так что в основном это был лимонад и соленые крекеры. Воняло, мягко говоря.

Я нависла над унитазом, быстро набирая воздух.

Не прошло и секунды, как мое тело снова забилось в конвульсиях, и меня вырвало во второй раз.

— Господи Иисусе, — пробормотала я. Все мое тело было липким.

Когда я убедился, что мое тело готово, я спустила воду в туалете и вышла из кабинки. Я даже не успела закрыть дверь, так торопилась. Чертовски повезло, что никто не решил зайти в туалет, иначе они зашли бы ко мне в один из самых низких моментов моей жизни.

Я умыла лицо водой, затем набрала немного воды в ладонь и жадно выпила. Это успокоило мое огрубевшее горло.

Я проверила свои волосы и свитер на наличие остатков завтрака, но, к счастью, я попала прямо в унитаз. Однако я чувствовала только запах рвоты и отчаянно жалела, что не взяла с собой сумочку. У меня почти оставался запасной флакон духов на крайний случай.