Измена. Я тебя прощаю (СИ) - Джель Тина - Страница 23

— А меня видеть не хочешь, совсем? — обнимаю её.

Красивая она у меня. Говорят, я на неё очень похож — должен быть счастливым, по любому.

— Когда привезёшь, Петь? — не унимается, — соскучилась по ней. Давно не видела. Она мне говорила, что будет завязывать с гастролями.

— Когда? — вырвалось.

— Серьёзно? — смеётся, — не шути так, а то подумаю, что живёте в разных домах. Руки мойте и за стол.

У меня сердце почему-то защемило в этот момент.

— Вы надолго? — отец появляется вслед за мамой.

— Завтра вечером уезжаем. — обнимает меня.

Я показательно обвисаю, как в детстве, типа сломал. Здоровый он. Высокий. Я так и не дорос до него.

— Тогда с утра на озеро сгоняем? Там и поговорим. — смотрит на маму. — Не хочу её беспокоить.

Пошёл после ужина собак своих проведать. Валера с родителями остался. Они его тоже давно не видели. Редко сейчас к нам заезжает. А так-то мы с ним с детства, они его хорошо знают, даже жил какое-то время у нас. Как второй сын, можно сказать.

Родители у меня совсем молодыми были, когда познакомились, и всю жизнь вместе. Отец души не чает в матери, кроме как «Наденька моя» — никак её не называет. Не слышал никогда, чтобы они ругались. Ну так, мама может пожурить немного, чтобы не расслаблялись, как она говорит. Но чтобы ругаться? — никогда.

Почему у них больше детей нет? Даже не задумывался раньше никогда на эту тему. Время конечно было тяжёлое, но это же не причина?

Выпускаю собак пробежаться. И сам с ними, как в старые добрые времена.

Домой, в город, забрал только Олли, как-то не смог с ней расстаться, да и Динаре она понравилась. Остальные собаки живут у отца.

Воздух свежий, травой пахнет — бежать приятно.

Возвращаюсь, мокрый весь. У собачьего вольера отец с Валерой стоят — не выдержали до утра. Решили сейчас поговорить.

— Не понимаю, — тихо говорит отец, — должна быть причина. У нас договорённость.

Валера смотрит на меня.

Снимаю футболку с себя, вытираюсь, время тяну. Впервые понял, что непросто это — правду рассказывать.

— Динара знает, — первый вопрос, после моего рассказа.

— Знает, — киваю. — На развод подала.

— Допрыгался, — смотрит куда-то в даль, не на меня даже. — Такую девочку просрал…

Спокойно говорит. От этого ещё хуже. Лучше бы ударил.

Валера незаметно растворился в пространстве…

— Плохо мне, па…

— Ну так хорошо, тебе было не хорошо, — молчит. Думает о чём-то своём. — С Макаровым я поговорю. Послушаю, что он скажет. Не хотел, конечно, я с ним в этой жизни встречаться, но если надо — встречусь. А ты Динаре дом оставь. Ей там удобно. Она привыкла и до работы недалеко. — наконец, поворачивает голову в мою сторону. — Да и заслужила она.

— Я не дам ей развод.

— Это не от тебя зависит. — разворачивается и идёт домой.

Догоняю…

— Я верну её…

Останавливается, плечами пожимает:

— Попробуй…

Глава 21

Динара (Япония)

— Ты чего припёрлась? — ласково встречает меня Венер, когда я возвращаюсь в номер, в последний день нашего пребывания в Японии.

— Я здесь с тобой живу, если ты забыл. Сам-то чего не спишь? Вставать уже скоро.

— Ну мы только разбежались. Мама нас всех разогнала по номерам, чтобы незапланированного цунами не случилось. А твой тебя отпустил что ли?

— Мы погуляли. Поздно же уже, вставать рано…

— И всё, а незабываемая страстная ночь в японском стиле? — он сел. — Последний день же.

— Ненормальный что ли? Он же знает, что я ещё не развелась, я ему говорила об этом…, - не успела я договорить…

Венер с шумом упал на свой футон, накрылся с головой одеялом и громко застонал…

— Дин, слушай, — наконец он вылез из под одеяла, всё ещё показательно постанывая, — если он завтра приедет тебя провожать, то я не знаю … Тогда ты просто обязана будешь замуж за него выйти, после всего, что ты с ним сделала…

Я не стала его слушать и отвечать ему не стала, взяла пижаму и пошла в ванную.

Я тоже не знаю… Я даже не знаю приедет он завтра или нет. Самой интересно. Он, как всегда, ничего не сказал.

Мы просто поужинали, а потом просто гуляли по побережью. Он держал меня за руку и перебирал мои пальцы своими. Сегодня он был разговорчив. Неожиданно. Спрашивал меня обо всём: о России спрашивал, о том, что мне нравится спрашивал, о себе рассказывал.

А потом он просто меня проводил.

Не верится, что завтра летим домой. Месяц пролетел, как один день. Столько всего произошло за этот месяц — не счесть. Я столько всего узнала здесь. Про себя многое узнала, да и про других тоже… Раньше как будто на другой планете жила, не задумывалась о многих вещах.

Домой хочу. Соскучилась очень по всем.

И не хочу домой, в то же время, — боюсь. Не знаю, что меня там ждёт.

— Дин — позвал меня Венер, как только я вышла из ванной, — ты как вообще смогла до своих лет так сохраниться, стесняюсь спросить, да ещё и в нашем развратном коллективе? — спать он точно сегодня не планировал.

— Напоминаю тебе, что я с первых дней с тобой в паре стою. Ты забыл что ли?

— Ну так ты в первый же день перед носом моим кольцом помахала. Я оценил его стоимость и решил с тобой не связываться, мне моя жопа дороже, — ржёт придурок.

Я точно тут что-то весёлое пропустила, если их даже Зубайда разгоняла, то было на что посмотреть. В последний день у нас все отрываются. Зато потом есть что забыть, как Венер говорит.

— Дин, давно тебя хочу спросить, — он вдруг становится серьёзным и трезвым, — у тебя подруга есть. Ты с ней несколько раз приходила: высокая такая шатенка, с зачётными сиськами. Её Зоя, кажется, зовут. Давно что-то её с тобой не видел

Я напряглась…

— Дай мне её телефон, а?

В жар бросило, как будто кипятком окатило.

— Зачем? — голос хрипит.

— Нравится она мне. Очень нравится, — честно отвечает он, — Искал её везде, не получилось. Помоги, а?

Ничего не могу сообразить. Паника неожиданно накрывает…

— Венер…, - слова пытаюсь подобрать. Он же друг мой. — она не очень хорошая. — самой смешно, ну вот как ему объяснить? — ты понимаешь..

— Дин, да ты не парься, — перебивает, — я знаю, что она не очень хорошая, — передразнивает, — что деньги любит, которых у меня не очень много, но может я смогу ей дать что-то другое, а? — усмехается.

— Так зачем тогда, если ты про неё знаешь? — никак понять не могу его.

— Да ни зачем Дин. Просто думаю про неё постоянно, с того самого момента, как увидел её в первый раз, когда она с тобой пришла. Так понравилась, что даже подойти побоялся, а ты же знаешь, мне так-то пофиг на всё, не стрёмно ничего. Так что не бойся. Я сам хочу этого. Хочу ошибиться, если так понятнее. Сгореть хочу, если нужно будет…

Смотрю на него, не знаю, что делать. Вот как я сейчас дам ему телефон, у неё же любовник. Богатый любовник. Ведь поиграет и бросит. А может даже и разговаривать не будет. Обидит.

Он не ждёт моих объяснений, продолжает:

— Вот ты любишь своего мужа?

Киваю…:

— Очень его люблю…Любила, — поправляюсь, а сама не уверена ни в чём сейчас. Не понимаю ещё ничего.

— Отказалась бы ты от всего того, что у вас с ним было? Представь, что ничего бы не было, что не встретилась бы ты с ним никогда, не любила бы его, не была бы счастлива с ним, и не страдала бы сейчас. Отказалась бы от всего этого, а?

Я задумалась…

Как можно от этого всего отказаться? Никогда не забуду, как я летела к нему, обо всём на свете забывая. Как целовал он меня, пошлости на ухо шептал, а у меня мурашки по коже разбегались от его голоса. Как ждала его, а потом забывалась в его объятиях…

— Нет, не отказалась бы. Никогда бы не отказалась.

— Ты счастливая Дин. Ты смогла полюбить, не побоялась. А это ведь не всем дано. Многие живут всю жизнь и никого не любят, не знают, что это такое. А ты знаешь. Не злись на мужа своего. Если бы не он, может ты бы тоже никогда про любовь ничего не узнала. Прости его. Он не виноват. А ты точно будешь счастлива, если не с ним, то с другим. Ты смелая. Таких, как ты мало, очень мало. Восхищаюсь тобой. — Он наконец делает паузу, — я тоже хочу это испытать. Не жадничай. Помоги. Дай мне шанс. Я очень этого хочу.