Нежеланный жених (СИ) - Н. Штоллер - Страница 5

А раньше мы любили обсуждать мальчишек часами. Делились секретами. Рассказывали о своих мечтах. Я мечтала стать лучшим кондитером в мире, открыть свои кондитерские. Вика мечтала стать актрисой. Мы делились и проблемами. Я постоянно обижалась на мачеху. А Вика вообще выросла не в полной семье, отец ушёл, мать всё время пыталась наладить личную жизнь. Не до детей было. Вика с сестрой выросли в нищете. В их квартире всё время ошивались левые мужики.

— Ну, давай, пока, подруга!

— Пока, Вика.

— Будешь в Москве, забегай в гости!

— Ой, точно в ближайшее время я туда не поеду. Нам с Тарасом и в нашем городке хорошо, уютно.

Я решила до дома пройтись дворами. Так быстрее получится. Как-то резко похолодало. Похоже, сейчас начнётся дождь. Серые облака плывут слишком низко и быстро. Зря я выбрала этот путь.

— Запрыгивай!

Возле меня затормозил автомобиль Льва Алексеевича. За рулём сидел его водитель Валера. Это он предложил сесть к нему в машину.

— Подвезу до дома. Вижу же, что замёрзла.

Мне не особо нравится этот парень. Вечно вид у него такой, будто чёрствым кексом пришибленный. Но в остальном парень мирный, вежливый. Я успела замёрзнуть, потому не стала раздумывать и села на переднее сиденье рядом с водителем.

— Поехали, — раздался голос мэра с заднего сиденья.

— Выпустите меня, — я разозлилась на себя. Могла бы догадаться, что сзади кто-то может находиться.

— Здравствуй, Милана. Успокойся, пожалуйста. Мы отвезём тебя домой, ты переоденешься, и поедем в ресторан. Ты не забыла про приглашение?

— Я никуда с вами не поеду! — я попыталась открыть дверцу машины. Заблокирована. — Я буду кричать!

— Кричи, мы не против твоего милого голоса. Так ведь, Валера?

— Так куда едем, Лев Алексеевич?

— Ко мне в загородный дом, раз Миланочка не хочет в ресторан.

Валера послушал начальника. Он вырулил из дворов на главную дорогу и поехал в противоположную сторону от моего дома. А у меня сердце готово было выпрыгнуть.

— Милана, не беспокойся, я не причиню тебе вреда. Мы спокойно поужинаем вдвоём. У меня к тебе серьёзный разговор есть. А после Валера отвезёт тебя домой, — сладким голосом пропел мэр.

— Я не хочу, отпустите. — Губы задрожали, голос куда-то пропал, дыхание перехватило. Надо успокоиться и подумать, как сбежать из машины. Слёзы. Как не вовремя.

Всю дорогу я молчала, пытаясь придумать, как сбежать от двух мужиков, которые хитростью заманили меня в автомобиль и похитили. Кажется, подъехали. Какие ворота высокие, и забор. Попробую сбежать уже там, с дачи этого наглого перца.

Автомобиль сделал остановку в ожидании открытия автоматических ворот. Надо бы подолбиться в окна и дверь машины. Но смысла нет.

Вокруг пустота. Все жители дачного посёлка из-за холода по домам разбежались. Ну ладно, я ещё придумаю, как убежать.

Уже стоим во дворе, но ждём, пока ворота закроются. Хитрый этот Любатов.

— Вы меня похитили, я заявление на вас напишу!

— Деточка, думаешь тебе поверят? Тебе, а не мне? Пойми ты уже, я настоящий мужчина, своё слово держу. Обещал, не трону без твоего согласия, не обижу, значит так и будет. К тому же, Валера тебя ждать будет. Потом доставит в целости к тебе домой.

Лев Алексеевич выглядел умиротворённо, настроен доброжелательно. Может и правда, не нужно его бояться?

— Да, не пытайся сбежать. До города далеко. Пешком точно не доберёшься, транспорт не ходит в это время. А попутки ловить опасно.

Мы вышли из машины. Я вздрогнула от ледяного ветра, пробравшегося под лёгкую ветровку. Домик небольшой, двухэтажный, жёлтого цвета. Я когда-то давно была здесь с отцом. Что-то праздновали. Любатов ещё не был мэром, только начинал карьеру, и с моим папой общался, как с другом.

— Проходи, милая. — Любатов приобнял меня за плечи. Я резко вывернулась.

— Не трогайте меня!

— Как скажешь, дорогая.

Мэр пошёл впереди, я за ним. Сзади шёл Валера. Боятся, что сбегу. Любатов открыл одну дверь, вторую. Пропустил меня вперёд. Я оказалась в коридоре, уставленном зажжёнными свечами. Они образовывали светящуюся дорожку, уходившую в глубь дома. Заиграла медленная мелодия. Включился приглушённый свет. Весь пол оказался усыпан лепестками роз.

— Тьфу, какая гадость! Вы дешёвых сериалов пересмотрели, Лев Алексеевич.

— Иди по этой дороге любви!

Я пошла по лепесткам роз. По обе стороны непрерывной дорожкой стояли свечи, которые привели меня в ванную комнату. Намёк понят, помою руки. В ванной стоял огромный букет красных роз.

— Жалко вас. Росли бы себе кучу времени на кустах. А так послезавтра уже завянете.

О, никаких свечей, и свет ярко светит. Ага, вижу дорожку из лепестков в гостиную. Я даже заранее знаю, что там. Точно! Везде букеты роз, свечи, сервированный на двоих стол.

Я вздрогнула, сзади, как из воздуха материализовался Любатов.

— Нравится?

— Нет. И есть я не хочу. Пить тоже. Говорите свой серьёзный разговор и расходимся.

— Проходи за стол. Тебе не идёт грубость, Миланочка. Ты такая утончённая, женственная. Настоящая красавица. И умница, к тому же.

Пришлось сесть за стол, иначе не отстанет. Хоть я и стараюсь не показывать страх, внутри же всю трясёт. А как же есть хочется. С обеда не ела. А время, наверное, часов семь уже. Рюкзачок, где у меня смартфон, предусмотрительно «забыли» в машине.

— Милана, прости за всё!

Кажется, у нашего Лёвы в глазах слёзы. Он встал и идёт ко мне.

— Вот только не надо на колени тут вставать.

— Держи, это тебе в знак извинения и примирения.

Любатов взял мою руку и, словно фокусник, надел мне на палец кольцо. По виду, очень красивое и дорогое. Надо снять! Не снимается! Ладно, потом.

— Мне не нужно от вас ничего.

— Ты можешь его не носить.

— Обязательно сниму.

— Жалко, что не угадал с размером, — мэр противно зацокал и скорчил жалостливую физиономию.

— Говорите уже, что хотели.

Любатов разлил красное вино в бокалы. Как же он всё медленно делает, тянет время. Зачем?

— Поешь хоть немного. Я знаю, ты голодная. Салат с креветками очень вкусный. Давай я за тобой поухаживаю. Пару ложечек. Кушай, родная. Иначе с ложечки буду кормить, — мэр угарно погрозил мне пальцем.

Так и сидели. Пока я не съела салат, мэр не произнёс больше ни слова. Сам он тоже уже успел расправиться со своей порцией.

— Милана, возьми этот бокал. Сейчас осуществится твоя мечта. Я предлагаю тебе свою душу и сердце!

— Ээ, это как?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой! — торжественно закончил Любатов.

— Это точно не моя мечта, — мне захотелось сильно и долго смеяться.

— Я не договорил. Как только ты станешь моей женой, у тебя будет всё, что пожелаешь. И в первую очередь, сеть кондитерских, — мэр хитро подмигнул.

— С чего вы взяли про кондитерские?

— Я знаю о тебе всё! Выпьем за наш союз!

— Я не давала согласия, вы что! Вы же сказали, отстанете от меня. Извинялись даже за своё поведение. Да я Тараса люблю!

— У тебя нет выбора, дорогая. — Лев нахмурился, в голосе появилась угроза. — Ты молодая, умная, деятельная, с амбициями. Сможешь родить мне наследников. Как раз такая мне и нужна. Ты — моя жена, я — твой спонсор. Всё честно.

— Нет.

Ты не слышишь меня. У тебя нет выбора. Не пойдёшь за меня, я испорчу жизнь тебе, твоему Тарасу, отцу. Ты не сможешь закончить — техникум, устроиться на работу, а о своей кондитерской и не мечтай! У меня весь город вот где! — Любатов крепко сжал увесистый кулак.

— Да я сейчас. Да чтобы вы…Да чтоб ты протух!

Меня затрясло от нервного напряжения, и, наверное, страха. Я, не давая отчёта своим действиям, схватила бокал вина и выпила залпом, не почувствовав вкуса. Легче не стало. Мэр всё говорил и говорил о том, как он испортит жизнь моим близким. Его голос стал будто бы удаляться, закружилась голова, в глазах поплыло. Он что-то подмешал в вино!

Глава 4

Похоже, головокружение прошло. Я открыла глаза и тут же снова зажмурила. Яркая лампа ослепила меня. Прикрыв ладонями глаза, я села. Сквозь пальцы оглядела помещение. Я нахожусь в небольшой комнате, лежу, то есть теперь уже сижу на огромной мягкой кровати. О нет! Ослепила меня не лампа, а солнечный свет. Уже утро! А мне показалось, что я всего на пару секунд выпала из реальности.