Измена. Не люби меня (СИ) - Брис Руфина - Страница 18

У Виктора опять зазвонил телефон.

Глава 26

Прошло две недели.

С Дмитрием мы за это время ни разу не встречались. Я невольно искала его взглядом в доме, когда выходила во двор. Наверное, он избегал меня: уезжал в офис очень рано, а когда возвращался — не знаю.

Я никому не рассказала о том поцелуе, даже Насте. Но часто вспоминала его. Тёплые губы, сильные руки на своей спине. И сама себе твердила: глупости, выброси из головы, не думай, забудь.

Я предполагала, что Дима и сам в растерянности. Что произошло тогда? Последствия стресса? Попытка снять напряжение? Мне хотелось тактильной поддержки, вот и всё. Наверное.

Пару раз я получала от Димы вопросы в мессенджере, всё ли нормально, не нужно ли чего. Мне ничего не требовалось. Появились собственные средства, в студии ремонт почти завершился, мы уже собирались возвращаться к занятиям там.

Свидание с Виктором я оттягивала изо всех сил. Так не хотелось опять погружаться в негатив, когда уже настроилась на перемены.

И всё-таки мне было страшно думать о разводе. Не о расставании с мужем, а о том, как объяснить всё детям. На их вопросы я отвечала, что папа в командировке. Но понимала, что всю жизнь так отмазываться не смогу. Когда-то придётся рассказать о том, что мы разошлись. И тогда нам с детьми необходимо будет где-то жить. Я же не могу бесконечно пользоваться добротой Димы, пора и честь знать.

И я решила переступить через себя и согласиться на свидание. Почему я должна снимать квартиру, пусть он переезжает. А я занимаюсь воспитанием наших детей. Важно, чтобы им было привычно и удобно.

Я позвонила Виктору:

— Я согласна на встречу. Нет, сегодня уже поздно, давай завтра. Пришли мне время и геолокацию в мессенджер.

Отключилась и сразу набрала другой номер:

— Насть, можешь зайти?

Сестрёнка уже закрутила отношения с Никитой. Букетный период превратил её в очаровательную хохотушку.

— Привет, — Настя улыбнулась мне, — чего хотела?

— Такое дело, только не осуждай. Завтра собираюсь на встречу с Виктором. На свидание.

Сестра широко раскрыла глаза:

— Прости, конечно… Ты — дура? Ты поняла, что по-прежнему любишь его и думаешь, что пора мириться?

— Нет, нет. Всё не так. Я не дура и не хочу идти.

— Тогда зачем?

— Понимаешь, он обещал оформить на нас с детьми квартиру. Пора уезжать отсюда. К тому же я, наверное, уже смогу выслушать его. Убедиться, что на правильном пути.

— А ты стала сомневаться?

— Нет, нет, — ответила я. Слишком быстро ответила.

На самом деле иногда у меня возникали подобные мысли. Я стала копаться в себе, размышлять. А вдруг я, действительно, сама подвела Виктора к измене? Мало уделяла времени. Не замечала проблем в отношениях. Расслабилась, перестала мужа удивлять и радовать…Может это просто кризис, который часто проходят другие семьи? А если вдруг окажется, что я всё ещё люблю Виктора, а он меня, может, стоит дать ему шанс всё исправить? Вот только люблю ли я? Короче, мне нужна была эта встреча. В частности чтобы понять себя.

— Ладно, — неодобрительно покачала головой Настя и широко улыбнулась, — значит завтра шопинг. Ты должна быть самой неотразимой. Чтобы распластать его и добить окончательно.

Я хотела возразить, но услышала громкие шаги в коридоре. Два нетерпеливых стука, и Дмитрий вихрем влетел в комнату.

— Насть, оставь нас, — рявкнул он, потом понизил тон, — пожалуйста.

Сестра удивлённо вытянула лицо и бочком пробралась к выходу из комнаты. Подмигнула, улыбнулась и вышла.

— Виктор сказал, что ты завтра согласилась пойти с ним на свидание. Это правда? — низкий голос Дмитрия звучал угрожающе. Он стоял передо мной, тяжело дыша, глаза опасно поблёскивали.

От его близости у меня затрепетало внизу живота. Так вот они какие, бабочки… Я готовилась к разговору, репетировала в ванной перед зеркалом. Но сейчас куда-то разлетелись все заготовленные фразы, и мои губы онемели. Я не могла разговаривать, даже если бы очень захотела. Я смотрела на рассерженного Диму и понимала, что это не просто любопытство. Он ревновал, в этом не было сомнения. Значит, я ему небезразлична?

Дима подошёл вплотную, взял меня за подбородок и поднял лицо. Жёстко спросил:

— Ты пойдёшь?

— Да, — с трудом выдавила я из себя, глядя на его губы. Притяжение между нашими телами стало осязаемым. Не знаю, кто сделал первый шаг. Но через секунду мы страстно целовались. Я закрыла глаза, полностью отдавшись ощущениям. Его пальцы погрузились в мои волосы, потом руки спустились ниже.

Дима оторвался от меня всего на мгновение и прерывисто выдохнул:

— Не ходи.

Его губы тотчас вернулись к моим, несколько секунд терзали их, а потом нежно спустились по шее в подключичную ямку, продолжая брать меня в сладкий плен. Он с упоением гладил моё тело, оно отзывалось помимо воли. И я совсем не хотела сопротивляться.

— Я должна, — мои руки сами начали расстёгивать его рубашку, скользнули внутрь. Я пробежала пальцами по спине, вернулась к животу, по кубикам пресса вниз.

Дима легко вздрогнул:

— Не должна. Ну, что ты со мной делаешь?

Он приподнял меня за ягодицы, я обхватила его ногами. Осыпая поцелуями, Дима понёс меня к дивану.

— Где ты был так долго? — я с тихим стоном откинула назад голову и позволила его губам опуститься к груди. Мы оказались на диване. Его тело нависло надо мной, и я потеряла способность думать о чём-то, кроме его прикосновений, его запаха, его вкуса.

— Не мог, — повисло в воздухе. И осталось только жаркое дыхание, жадные руки и ток между разгорячёнными телами.

Я почти справилась с ремнём на брюках Димы, как раздался громкий стук и голос дочери:

— Мам, ты здесь? Ты обещала искупаться с нами в бассейне.

Я резко вернулась в реальность. Сердце ещё колотилось, но в глазах прояснилось. Я с усилием отодвинула Диму в сторону.

— Да, идите, догоню, — я постаралась сделать голос как можно более ровным.

Получилось не очень.

Я шёпотом попросила Диму:

— Остановись. Пожалуйста.

Он отклонился от меня, тяжело дыша.

— Нет, только не сейчас. Не могу.

Я прижалась к нему, пытаясь успокоить:

— Пожалуйста, дети ждут меня.

Он чуть отдышался и тихо спросил:

— Что о нас?

— Это всё неправильно, мы не должны, — я почти успокоилась.

Его лицо исказила гримаса боли. Я ласково провела указательным пальцем по появившейся морщинке между бровями, по лбу, вниз по щеке. Он прикрыл глаза. Я отдёрнула руку:

— Прости, я пойду.

— К детям?

— Да. И завтра к Виктору.

— Нет, — покачал головой. Его волосы были немного взъерошены, а глаза смотрели на меня с тревогой.

— Пойду.

Дима помрачнел и резко встал. Мне стало холодно. Он застегнул рубашку и, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты.

Глава 27

Я проснулась от ощущения сильной руки на своей груди. Опустила глаза и стала заворожённо наблюдать за тем, как длинные настойчивые пальцы забираются ко мне под майку и нежно путешествуют с места на место, вызывая у меня лёгкие судороги и желание выгнуться навстречу. Рука опустилась ниже, на талию. Дима притянул меня к себе. Я почувствовала спиной стук его сердца, он отдавался пульсацией в моей груди и ниже. Дима прижался носом к моему виску, с наслаждением вдохнул и замер. Я чувствовала, что хочу продолжения, но боялась шевельнуться и потерять это блаженное состояние.

Дима чуть прикусил мне мочку уха и прошептал:

— Вставай, погнали.

И тут я проснулась на самом деле.

— Вставай, погнали, — Настя теребила меня за плечо.

— Куда? Выходной же, — я села в постели, пытаясь сосредоточиться. Ничего себе сон. Такой реалистичный… Да, плохо дело. Кажется, мне нужна разгрузка.

— Одежду тебе покупать, — улыбаясь во весь рот, сообщила Настя.

— Не надо ничего, пойду в футболке вон той, — неопределённо махнула я в сторону шкафа и улеглась обратно.