Измена. Не люби меня (СИ) - Брис Руфина - Страница 4

Утром проснулась под звуки пробуждающейся улицы и сопение Насти. Подошла к окну и от неожиданности вытаращила глаза. На газоне напротив я увидела фразу "люблю тебя", выложенную алыми розами. Можно было бы предположить, что этот возвышенный жест не имел ко мне отношения, если бы не Виктор, спящий в позе восклицательного знака в конце признания.

Я накинула толстовку мужа на голое тело, всунула ноги в спортивные штаны и вышла на улицу.

— Вот это сюрприз! — воскликнула я, — Кто бы мог подумать, что ты такой романтик.

Виктор вздрогнул и сел, потирая опухшие глаза.

Я поцеловала мужа в лоб, чуть не задохнувшись от запаха перегара.

— Разбудила? Прости, — участливо попросила его.

— Нет, я уже давно проснулся. Затёк весь… Попить нету?

Я села на корточки и посмотрела на него. Муж имел потрясающе замученный облик. Волосы растрёпаны, взгляд сосредоточен, на щеках заломы от травы.

"Что же ты натворил," — пронеслось у меня в голове.

Виктор виновато улыбнулся и хрипло прошептал:

— Прости, вы с детьми должны уехать отсюда…

— Это ещё почему? — растерялась я.

— Вы не можете здесь остаться, понимаешь? Просто не можете. Это теперь квартира Лады. И машина тоже её. Я подарил. А вы с детьми прописаны у твоей мамы, помнишь? — уточнил муж.

Я посмотрела на него, как на сумасшедшего. Но муж не шутил. Он говорил абсолютно серьёзно. И это было ужасно. Он пришёл не для того, чтобы помириться, а чтобы выгнать жену и собственных детей из дома. Человек, которого считала родным, которому безгранично доверяла. Похоже, я его, и правда, не знала раньше.

— А ты любил меня хоть немного? — мой голос дрогнул, — ты сам говорил, что любишь. Даже здесь выложил признание этими ужасными цветами!

Я в ярости стала топтать розы, сгребая ногами их в кучу, ломая стебли с шипами, разрывая бутоны на лепестки, смешивая с травой, грязью.

Виктор вскочил, схватил меня за плечи, крепко прижал к себе и застыл. Сначала я пыталась вырваться, дышала громко, вперемежку со всхлипами и рычанием.

— Тихо, тс, тс, — шептал он мне на ухо.

Через некоторое время я замерла. Мы стояли и смотрели друг на друга. Я чувствовала тепло его тела, родной запах. Как это может быть с нами?

Виктор молчал. Я тоже. Всё это время я жила рядом с человеком, который умело притворялся. Примерным мужем, любящим отцом, защитником, главой семьи. Так долго прожить в безоблачной сказке. Пятнадцать лет мы вместе… Я подумала о том, что до недавних событий не могу вспомнить, когда мы ссорились в последний раз. Я удивлялась, как нам удаётся так дружно жить. И ни капельки не сомневалась в том, что и муж счастлив со мной тоже. Но теперь стало очевидно, что всё было совсем не так.

Около полугода назад он обронил странную фразу: "Если бы ты знала, насколько мы разные — не вышла за меня". Тогда я это восприняла, как шутку. Но теперь в полной мере ощутила, насколько он был серьёзен.

Виктор отвёл глаза и сказал:

— Как мне всё надоело. Когда же это закончится. Я не знаю, как всё исправить, понимаешь? Хотел вчера умереть, разбиться на машине, только бы навсегда остаться вместе с вами. Нет сил бороться…

Я ошарашенно уточнила:

— Ты вчера собирался убить наших детей?

— Да, но не смог… — муж схватился за голову.

— Никогда… Больше никогда я не хочу тебя видеть, — только и смогла прошипеть я.

Перед нами резко остановилась машина. Наша. Лада выпрыгнула с водительского сиденья и направилась к нам:

— А ну, отойди от него, Витюсик больше не твой! Вцепилась, как клещ. Витюсик ты что, не выгнал её? Мы же договорились, что я приеду и никого уже не будет.

Я отпрянула от того, кто по документам ещё был моим мужем. В голове царил хаос. Он что-то говорил, объяснял. Я ничего не слышала больше, какое-то жужжание. Развернулась, сильно толкнула в грудь соперницу, плюющую в меня ядом:

— Уродина мерзкая, лучше бы за собой следила. Вырядилась, как гопница и ведёшь себя так же. Витюсик, как ты терпел её всё это время?

У меня не было желания общаться с любовницей мужа. Мне хотелось вымыть руки после того, как я дотронулась до неё. Я молча ушла в подъезд.

Вошла в квартиру. В ванной хорошенько намылила руки и подставила их под тёплую воду. Посмотрелась в зеркало. Да, вид у меня был не очень: синяки под растерянными глазами, губы неестественно сжаты. Уши горели, спина была вся мокрая, казалось, что кожа сейчас слезет.

"Господи, почему так?" — билась в голове мысль.

Заспанная Настя заглянула в ванную:

— Красотка, красотка, заканчивай прихорашиваться, — неожиданно сестра заметила моё выражение лица, — Что происходит?

— Он выгоняет нас с детьми. Я не знаю, куда идти…

Сестра нахмурилась, подошла ближе, погладила меня по спине:

— Не волнуйся, всё будет хорошо. Собирайся, поехали ко мне. После всё решим.

Настя засуетилась на кухне, начала готовить на скорую руку завтрак детям. Я перед зеркалом в ванной изо всех сил старалась вернуть себе нормальный вид.

Вдруг в замочной скважине щёлкнул ключ, открылась дверь. Это был Виктор. Он молча вошёл. Не разуваясь, прошагал в ванную, запер нас изнутри и жёстко поцеловал меня взасос.

Глава 6

Я хорошо запомнила наш самый первый поцелуй.

Вечерний сеанс, вот только забыла, что за фильм смотрели. Последний ряд, так банально… Сначала Виктор положил руку на моё плечо. Я замерла от нахлынувших эмоций, это было так интимно и приятно. Через несколько минут он наклонился ко мне, и я почувствовала дыхание на щеке. Его запах сразу показался мне родным. Хотелось вдыхать его непрерывно. Первое прикосновение губ, робкое и тёплое, обволакивало меня туманом, сладким, как сахарная вата.

На тот момент я уже была влюблена в Виктора. Думаю, он всё понимал без слов. Не обращая внимания на оборачивающихся к нам людей, он жарко шептал:

— Я не могу тебя потерять. Ты мне нужна как воздух. Я хочу, чтобы ты была со мной. Мне кажется, что я схожу с ума.

Я почувствовала себя на седьмом небе от счастья и обняла его за горячую шею, прижалась, наслаждаясь близостью, самой первой в моей жизни, чистой и нежной.

Сегодняшний поцелуй был другим, совсем не таким, как тот, первый — яростным и грубым. Я вырывалась изо всех сил, выкручивалась, извивалась, стараясь ударить мужа коленями, локтями. Но он держал меня крепко.

— Ты же не думаешь, что я могу причинить тебе боль? Я не хочу этого, — прижав меня к ледяному кафелю всем телом, сквозь зубы проговорил Виктор.

— Нет, ты никогда не причинишь мне боль, конечно. Мы же созданы друг для друга.

Всё изменилось. Я больше не хотела его прикосновений, тем более поцелуев. А он впился мне в губы, как обезумевший вампир, и не отпускал, пока я не начала задыхаться. Я была готова его убить.

— Хочу тебя, — сказал он хрипло. — И ты хочешь. Я вижу по твоему лицу. — Он смотрел на меня в упор, не отводя взгляда.

— Очки надень, — пренебрежительно рыкнула я и отвернулась.

На самом деле этот поцелуй вызвал во мне только отвращение. Тепло его губ не будоражило, не манило, оно напоминало о том, что он недавно целовал другую женщину. Я была в бешенстве.

Виктор, тяжело дыша, взял меня за затылок и повернул моё лицо к своему:

— Посмотри на меня, посмотри.

Его взгляд был полон любви. Муж опять поцеловал меня, но на этот раз трепетно и нежно. Как на прощание. Неожиданно для себя я раскрыла губы навстречу его губам. Его язык проник в мой рот, я задрожала. Это было слишком для меня, растерзанной в клочья. Сердце бешено колотилось. От мужа исходило ощущение силы, опасности и желания. И, вопреки логике, я захотела его так остро, как никогда раньше. Мы жадно слились. Его руки прижимали моё тело к себе, а я больше не понимала, как освободиться, что вообще делать со всем этим. Поэтому бездумно продолжала двигаться в такт ему. Муж был сильным и горячим, а я так хотела опять стать слабой, хоть ненадолго. Я тихо застонала от нахлынувшей волны наслаждения, только после этого Виктор отпустил меня.