Обретая тебя вновь (СИ) - Ллойд Жози - Страница 42

— Милли, — произнес он тихим едва слышным голосом, а тон все еще был болезненным. Я сильнее охватила его шею рукой и погладила по шейным позвонкам.

— Я буду здесь, сколько потребуется, — ответила я. — Ведь ты всегда был.

— Не всегда, — сказал он и я едва дрогнула, когда мои глаза покраснели.

— Большую часть.

Этот момент вернул нас на несколько лет назад. Мы перестали быть родными незнакомцами. Он прижимался ко мне с такой нежностью, будто говоря о том, как нуждался во мне. И мне тоже было это трудно скрывать. Думаю он уже догадался, по тому, как ласково я гладила его кожу, пробираясь к волосам.

— Ты так приятно пахнешь, — сказал он и я горько улыбнулась. Я все еще не вижу его глаза, но его образ перед моими глазами. И эти минуты отчаяния и его боли приземлили меня. Я будто ощутила ту же боль, что и он. И поняла, что отдала бы все, чтобы унять её.

— Тшш, — я присела перед ним на колени. Его помутненный взгляд смотрел прямо на меня, и я не узнаю родной темный взгляд. Он такой глубокий, но полный боли, какой-то досады.

Взяв из аптечки антисептик и тампон, я принялась медленно обводить его рану, от, которой оставался рубец. Он слегка напрягся, его мышцы натянулись. Но я не переставала обрабатывать её, пока его взгляд не отрывался от меня. И в этом уже не было никакой неловкости. Здесь только я и он, и мне казалось, что этого достаточно, ничего больше и не хотелось.

Его рука медленно поднялась, и он провел ею по мои волосам, возвращаясь к моему виску. Я слегка замерла, от его прикосновения. В носу царили нотки его освежающего геля для душа.

Казалось, что в этот момент наши миры замерли вместе с нами. Мои пальцы отложили тампон и полностью обработанные антисептиком, водили вдоль его раны. Я разглядывала её и мое лицо переполняла тревога.

Пока его пальцы застыли в моих волосах. И он смотрел на меня глубоким взглядом. Практически обнаженный, в один темных боксерах. Я устроилась, прямо между его ног, и никто из нас уверена и не задумывался об этом. Лишь о том, насколько мы покалечены душой и телом.

— Он обижает тебя? — спросил он.

Я подняла свой вопросительный взгляд.

— Нолан, — добавил он.

Я на миг опешила, но потом покачала головой.

— Нет, — глаза вглядывались в его.

— Еще недавно мне так не показалось. Если он домогается или же хоть как-то вредит тебе…

Я не дала ему договорить.

— Он бы не посмел, когда здесь ты, — я усмехнулась, пытаясь увести нас от реальной проблемы. Я действительно переживала, но не хотела перекладывать это на чужие плечи.

— Кем бы ты сейчас меня не считала, — я бы этого не позволил.

— Знаю, — с тенью улыбки в голосе ответила я.

Рука тверже провела вдоль линии скулы и отпрянула. Мне на миг хотелось вернуть её обратно, но я не позволила. Вместо этого опустила глаза на его рану, вновь.

— Обещай, что по приезде, обратишься в больницу.

— Все нормально, Смит, — пытался успокоить меня он. Но я не собиралась прогибаться под его отговорки.

— Мы всегда говорим друг другу правду, Харрис, забыл?

— Разве мы не нарушили это правильно уже очень давно?

Мой взгляд потемнел. Прежние эмоции сошли с лица.

— Что думаешь, если нам вернуть эти правила? — спросила я, на что он фыркнул.

— Ты голодная? — он ловко увел тему. И мне осталось лишь охотно кивнуть.

— Тогда дай мне пять минут, я оденусь и пойдем.

Ох, я совсем забыла, что передо мной сидит почти обнаженный парень и я отчитываю и ставлю условия прямо между его ног. Встав, я поправила свои штаны и отвела взгляд подальше от его фигуры.

Парень поднялся следом и подцепил валяющуюся одежду на полу. Я уже оказалась у двери, когда он окликнул меня.

— Милли. Спасибо, — он кивнул мне с серьезным лицом. И следом появилась едва заметная улыбка с очертанием ямочки на щеке.

— Всегда рядом, — добавила я с искренней полуулыбкой, уже выходя за дверь. Вспоминая, как он говорил мне эти слова, когда-то очень давно, в то время, которое уже казалось таким затуманенным. Но сегодня мы смогли разглядеть дорогу в полном тумане.

Глава 15

Милли

В теплом и уютном кафе, в центре главной улочки, среди магазинов и прочих домов, мы провели некоторое время, чтобы поесть. Нам принесли горячие блюда, я настаивала на том, чтобы взять порцию поменьше, так как мой аппетит молниеносно пропал.

Эйдан же заказал нам салат и пару горячих блюд с закусками. Наевшись, я откинулась на мягкие подушки за спиной и рассматривала проходящих людей. Улыбка проскользнула на моем лице, когда я увидела девочку лет шести бегающую за собакой. Они весело проводили время. Я тут же подумала о Тоби и о том, что папа мне пока так и не ответил.

— Почему ты не пошла с ними? — спросил парень, когда заканчивала с едой.

— А ты? — спросила я в ответ. Он хмыкнул.

— Серьезно? Будем закидывать друг друга вопросами? — возразил он и видя, как я замолчала, продолжил. — На самом деле сегодня моя нога с утра не давала мне покоя. Поэтому решил не идти с ребятами и не пугать их очередным приступом боли. И не думал, что ты застанешь меня вот таким.

Он сказал последние слова, будто чувствовал себя уязвимым, неполноценным в такие моменты. На что я отрицательно покачала головой.

— И хорошо, что я осталась дома. Страшно подумать, чтобы было, если бы твоя рассеянная голова, забывшая таблетки в машине, делала, — добавила я, качая головой с укором.

Он утаил ухмылку.

Нам как раз принесли десерт. Медовик с зеленый чаем. Официант молча поставил его перед нами и исчез так же быстро, как появился.

Я обогнула чашку своими пальцами. Здесь казалось, что я вечно мерзну. Мурашки молниеносно промчались по коже, и я невольно пожала плечами.

— Келси сказала, что они вернутся вечером, — я медленно не решительно посмотрела на него. — А чем мы займемся? — спросила я, все тем же неуверенным тоном.

Он кажется задумался. Но вдруг увел разговор на другую тему.

— Милли, ты закончила свою рукопись?

Вопрос меня озадачил. Я помню, как когда-то делилась с ним первыми задатками своих черновиков, и он давал весьма неплохие советы.

— Не совсем. Точнее нет. Недавно смогла выдавить из себя лишь некоторые строки. Я очень давно забросила это.

Он нахмурил брови.

— Я думал та книга, — он вероятно вспоминал, с каким восторгом тогда я рассказывала ему и показывала свои первые строки, — Давно закончена.

— Ох, нет, — я поджала плечи. — Пока не могу понять чего же я хочу для своей героини.

— Она изменилась?

— О да, и её мировоззрение тоже. Кажется, я потеряла связь с ней, не могу понять, как она мыслит. Чего бы ей хотелось, понимаешь? — спросила я. И он, замедлившись в итоге кивнул.

— А ты?

— Мм? — он поднял глаза, когда отпивал из чашки.

— Ты больше не рисуешь?

— Нет, — коротко бросил он. И у меня не хватило смелости расспросить, как так случилось. Я всегда восхищалась тем, что он творил в своем дневнике. Сара, тоже пыталась, но у неё никогда не выходило. Даже повторить то, что набрасывал Эйдан.

— А тот набросок! — вдруг вспомнилось мне. — В тот день на пляже, помнишь, ты обещал, что перенесёшь его на холст. У тебя удалось?

Ложбинка легла меж его бровей и становилась все глубже, будто он вспоминал.

— Кажется нет. Наверное, так и остался в дневнике, — ответил он спокойным голосом.

Я вздернула подбородок и приподняла брови, будто все поняла.

— Ох, ясно.

Мой взгляд вернулся к чашке и пальцам, что все еще пытались отогреться. Я повернулась и мое внимание привлекла елка неподалеку в центре зала, украшенная множеством елочных игрушек. Скоро наступит Рождество, и я вновь казалось останусь одна.

Я была не очень этому рада, но кажется свыклась с этой мыслью. Неприятный осадок все еще оставался во мне с того самого Рождества, когда мы с Томом расстались. Но сейчас я совсем об этом не переживала, это осталось позади и я искренне желала ему счастья, пусть тогда он и испортил мой год.