Полёт мотылька (СИ) - Лин Брук - Страница 49

— Заткнись, мразь! Заикнись! Это я должен ненавидеть тебя за все, что ты вытворяла с нашей семьёй!

— И буду вытворять до тех пор, пока не получу развод! — срываюсь с цепи и больше не желаю церемониться с ним. — Сколько не пытайся удержать меня, я все равно буду с Давидом!

Он хватает меня за волосы и, оттягивая, швыряет в стену. Вскрикиваю от больного удара и падаю на колени. Он приближается, хватает меня за плечи и прижимает к стене.

— Если ещё хоть раз с твоего рта вырвется это имя, я задушу тебя! Клянусь, задушу!

Отпускает меня и идёт обратно к шкафу. Все внутри разрывается на части. Хочу пасть от бессилия на пол и молить его остановиться, но гордость не позволяет. Поэтому, я просто разворачиваюсь и начинаю убегать, что есть сил. Уже плевать, пусть лучше звери загрызут меня в лесу, нежели я ещё хотя бы день проведу рядом с этим обезумевшим человеком.

Но успеваю лишь выбежать из дома, как сзади меня резко хватают за руку и выворачивают её. От боли издаю истошный крик и пытаюсь из последних сил вырваться "из плена". Но чем больше я сопротивляюсь, тем больнее мне становится. Он грубо тащит меня к машине, но как только мы выходим из ворот, замечаем, как на земле лежат двое наших охранников.

— Какого черта? — возмущается Альберт и на миг забывает обо мне, расслабляя хватку.

А в последующую секунду я вижу, как какой-то неизвестный мужчина бьет арматурой по спине Альберта, и тот падает. Вскрикиваю от страха и с ужасом смотрю на высокого мужчину, в ожидании такой же участи, как и у Альберта.

— Не бойтесь, Амели, я от Давида.

От этих слов начинаю плакать сильнее. Но теперь это слезы радости и облегчения. Имя Давида звучит, как услада для моей души, и теперь я чувствую себя в безопасности.

— Вон там моя машина, — указывает взглядом.

Оборачиваюсь следом за ним и вижу чуть поодаль припаркованную машину. Заметив, как Альберт начинает приподниматься, я рефлекторно начинаю убегать в её сторону. Что-то мне подсказывает, что с незнакомцем, который уложил троих мужчин на пол, мне будет безопаснее, нежели с "мужем".

Сев в машину, начинаю судорожно молить Небеса о моем возвращении к родителям. Думаю сейчас только о них и о том, что могло произойти, что Альберт вновь так резко изменился. Через несколько минут дверь в машину открывается, и я вздыхаю с облегчением, когда вижу неизвестного.

— Все хорошо? — интересуется он, садясь за руль и заводя машину.

— Надеюсь, что теперь да.

— Я сейчас отвезу вас домой к родителям, — протягивает мне бутылку воды и влажные салфетки. — Приведите себя в порядок, они не должны видеть вас в таком состоянии.

— Спасибо вам большое! — делаю небольшую паузу, переводя дыхание от слез. — Они живы? Альберт с охраной…

— Да, — отвечает спокойно.

— А Давид? Как он?

— Все хорошо.

— Откуда он узнал, что мне нужна будет ваша помощь?

— Он не знал. Просто попросил присмотреть за вами.

На лице появляется лёгкая улыбка от мысли, как вовремя Давид решает обезопасить меня. Не знаю, что ещё может произойти в моей жизни, но уверена, ничто не сумеет вырвать из сердца мою любовь к этому мужчине. Она вросла в меня пожизненно и теперь является частью меня.

Андрей оказывает довольно таки приятным и забавным человеком. Он заставляет меня забыться о случившемся, и погружает в мир интересных историй его жизни. И до самого дома, он не позволяет мне и на миг задуматься о другом и загрустить.

Доехав до дома, я благодарю мужчину за свое спасение и увлекательное путешествие по его жизни, а после спешу выйти из машины, чтобы поскорее встретиться с семьёй.

Увидев родные ворота, начинаю безустанно радоваться. Даже не верится, что я стою у своего дома, где за дверями находятся мои мама и папа, по которым я с тоской и болью скучаю. Одна мысль, что я могла их сегодня потерять, возможно, раз и навсегда, приводит меня в ужас, и на глазах появляются слезы.

Стремительно направляюсь к входу во двор, желая поскорее увидеться с родными и забыть обо всем случившемся, как о страшном сне.

Войдя во двор, меня встречает охрана и сразу же сообщает об этом по рации.

— Как вы, Амели Григорьевна?

— Спасибо, Дмитрий, все хорошо. Как вы? Как дети?

Не успевает мужчина ответить, как из парадной двери выбегает мама и, увидев меня, начинает бежать ко мне.

— Извините, — прошу прощение у Дмитрия, чтобы удалиться.

Он с пониманием кивает, и я быстрым шагом направляюсь навстречу к маме. Я так скучала по ней, так болела за неё душой, и не представляла, как бы я смогла прожить без неё свою жизнь.

Как только подбегаю к ней, сразу же кидаюсь в её объятия.

— Мамочка, как же я скучала, — вдыхая любимый аромат её волос, вздыхаю с облегчением.

Все позади. Теперь уж точно.

— С тобой все хорошо? — она нервно начинает рассматривать мое лицо и в это мгновение я вижу, как к нам подбегает побледневший папа.

— Папуль, — радуюсь его возвращению.

Я не видела его слишком долго и скучала до изнеможения. Он кажется сломленным и опустошенным, и это пугает меня. Неужели это из-за моего недавнего сообщения?!

— Моя родная, — он заключает меня в свои объятия. — С тобой все хорошо? Что он делал с тобой?

— Теперь все хорошо. Но я не хочу больше жить с ним, — произношу со всей уверенностью в голосе. — Он сошёл с ума!

— И не будешь, родная! Я этого подонка…

— Георгий — перебивает мама, чтобы он не продолжал.

— Пап, не стоит. Главное, что я теперь снова с вами, — улыбаюсь и заключаю их двоих в свои объятия.

Мы проходим в дом, и там меня встречают все родные люди, среди них я замечаю и Марту. Все кажутся слишком обеспокоенными, а увидев меня, бросаются ко мне с объятиями и возгласами облегчения. Удивляюсь такой реакции. Неужели одно мое сообщение собрало на целых три дня всех этих людей вместе, и все они так взвинчены и встревожены?

— Что происходит?! — интересуюсь, как только мы все присаживаемся на диваны.

Из-за неожиданных слез тёти и мамы, которые пытаются их спрятать руками, я начинаю чувствовать себя очень виновато. Жалею тысячу раз, что написала тогда это сообщение и довела родных до такого состояния.

— Доченька, тебе нужен покой, иди ложись спать, а завтра мы обо всем поговорим — заботливо проговаривает папа, игнорируя вопрос.

— Нет, объясните. Альберт что-то натворил? Поэтому в такой спешке собирался улетать?

Замечаю, как все начинают переглядываться, и понимаю, что права. Что-то, помимо моего сообщения, произошло за эти дни, и поэтому Альберт хотел увезти меня из страны.

Но что же?

Глава 26

Я сижу в комнате с мамой и жду, когда она начнёт свой рассказ. Сгораю от любопытства и от чувства тревоги, что протекает по венам и сочится в каждый уголок моей души.

— Ох, Амели, даже не знаю с чего начать — она капает себе валокордин и делает глоток.

— Начни с самого начала, наверное.

— Этот брак был фикцией. Как мы с твоим папой только не заметили это — виновато проговаривает она.

— Ты о нас с Альбертом?

— Да. Для больших перспектив твой отец взял его в свою компанию, а Вартан с радостью расстался с ним. Тогда мы думали, что он рад карьерному росту сына, а оказалось это и было их план. Альберт вошёл в доверие отца и делал свою работу на высшем уровне. А оказалось, что за его спиной, подкупив финансового директора, они строили махинации и перестали выплачивать людям их зарплаты, пока Георгий заграницей решал другие вопросы компании.

Сердце сжимается от страха, так как уже понимаю, к чему ведётся этот рассказ.

— Когда ты написала мне сообщение, я позвонила твоему отцу и прочитала его. Он сразу же приехал, а уже на следующий день в компанию наведалась проверка. О, Амели, — вздыхает мама. — Понятия не имею, что там они творили за спиной папы, но теперь мы остались без всего. Компания разорена и со дня на день приедут коллекторы и будут взимать все наше имущество, — с глаз мамы начинают течь слезы, а я пребываю в ужасе от услышанного.