Холодный ветер, строптивая вода (СИ) - Линдт Нина - Страница 72

- Тебя сейчас разорвет от эмоций, Алисия, - обняла ее я, когда она, плача и смеясь, махала Максимилиану, провожавшему нас на одном из кораблей. От счастья Алисия сильно похорошела. Глядя на нее, я подумала, что, возможно, Максимилиан разглядел в ней красавицу, которую не видел никто до него. Женщина, осознающая, что ее любит достойный мужчина, способна расцвести в одно мгновение.

- Ваше величество! Вы моя добрая фея, это просто сказка! Сказка! Так не бывает! Я все боюсь проснуться и понять, что все это только сон! – восклицала Алисия.

- Глупенькая! Если усомнишься, спроси у меня, и я скажу, что это самая настоящая реальность.

Я не стала говорить ей, что должность королевы далеко не так легка, как кажется. Лишь пожелала про себя, чтобы Алисии не выпали такие тяжелые испытания, как мне.

Наш корабль ломился от даров Виссарии и запчастей, что прикупил маэстро Фермин. Море было спокойным, как и в предыдущий раз, но плыли мы на день дольше из-за загруженности кораблей и необходимости держаться единым флотом.

Музыканты развлекали нас веселой музыкой и песнями, Алисия иногда грустила, иногда сильно радовалась, я с улыбкой наблюдала за ней. По мере того, как проходило мое ликование по поводу выполненной миссии, я снова со страхом смотрела в будущее. Сколько времени потребуется, чтобы подавить готовящийся бунт в Эмеральде, устранить соперников и решить вопрос с храмом Всевидящего ока и религией пяти богов? Сколько времени уйдет у Генриха и союзных войск на то, чтобы одолеть Рахмана? Я сильно скучала по Кате и Михаилу, но у меня появлялось ощущение, что они становятся призрачными, растворяются в моей памяти. И вот я уже не могу точно вспомнить любимый парфюм жениха, смех Кати… Я усилием воли представляла их в памяти, но они теперь были похожи на застывшие изображения, как на фотографиях. И я боялась, что и я исчезну из их памяти, превратившись в застывшую картинку без голоса и запаха.

Погода начала портиться, когда мы вплыли из реки в озеро Эмеральда. Оно было таким огромным, что замок мы увидели не сразу. Небо темнело, затягиваясь тяжелыми тучами.

- Кажется, будет гроза, - заметил маэстро Фермин, осмотрев чернеющий горизонт. – Надеюсь, мы успеем пристать к пристани? – обратился он к подошедшему капитану.

- Вполне успели бы, - сказал капитан, поклонившись мне. – Но, боюсь, что-то случилось в замке. Флаги приспущены. Мы уже послали голубей в замок и на дозорную башню города.

- Что это может значить? – спросила я маэстро Фермина. – Это же не значит, что король…

Я не могла даже произнести этого слова. Генрих – моя единственная надежда на возвращение. Запоздало и совершенно ни к месту я вдруг подумала, что даже не догадалась спросить у Верховного Жреца про черное зеркало. Генрих – единственная гарантия моей жизни в этом мире. Без него жить мне останется считанные часы.

- Необязательно, - поспешил уверить меня маэстро Фермин. – Вы сильно побледнели, ваше величество. Сядьте. Возможно, это в связи с кончиной архиерея? И народ до сих пор о нем скорбит?

Это предположение заставило меня выдохнуть.

- Но прошла уже неделя…

- Возможно, они до сих пор не избрали нового архиерея. Я не очень хорошо знаком с традициями храма. Кто знает, - успокоил меня маэстро Фермин.

Мы приближались к замку и пристани. Над озером сгущались тучи. Были слышны далекие раскаты грома. Было душно и практически безветренно. Алисия взяла меня за руку, и я только тогда поняла, что стояла, напряженно вцепившись в фальшборт судна.

- Ваше величество, - подошел капитан. – Боюсь у меня плохие новости.

Мы с Алисией переглянулись.

- Что с королем? – спросила я и не узнала свой голос. Из меня в одно мгновение ушла жизнь.

- Дело в другом. В городе началась странная эпидемия, сигнальщики с берега советуют пристать на дополнительной пристани за городом и разбить лагерь. Похоже, дело опасное.

Я задумалась. Что это было? Правда или уловка? Могла ли за две недели вспыхнуть эпидемия? Или замок захвачен? Или случилось еще что-то? Или… Они ждут появления Микеле Вислы, и мое прибытие в замок означает занять позицию раньше и не дать перевороту завершиться? Почему нет новостей от Витторино? Он бы уже прислал весть, если б речь шла о болезни...

Я прикинула свои возможности: рисковать людьми Виссарии я не могла. Их определенно стоило хотя бы временно отправить за город, прежде чем переправлять на фронт. Но если я окажусь за городом, а мои враги в столице, то я не смогу удержать позиции и потеряю Эмеральд и трон. Если же болезнь существует, то мне нужно было выяснить все детали, но, похоже, ее считали такой заразной, что боялись даже отправлять нам птиц. Если болезнь существует, я рискую заразиться и умереть. Если это уловка, я потеряю трон и умру.

- Вот что, капитан. Спустите на воду шлюпку, пусть подвезет меня к дворцовой пристани и уходит обратно. Вы плывете вместе с остальными кораблями во второй порт и разбиваете там лагерь. Если кто-нибудь захочет присоединиться ко мне, я буду рада.

- Я еду с вами, - ту же вызвалась Алисия.

- Нет, Алисия, - я с улыбкой остановила девушку. - Ты теперь невеста короля-регента и едешь с капитаном в порт, а затем возвращаешься к тетушке в Гефест. И ждешь, когда я тебя вызову. Я не могу рисковать тобой, - прервала я ее уговоры, - я обещала Максимилиану позаботиться о тебе.

Алессио вызвался ехать со мной, маэстро Фермин тоже, но я назначила его проследить за грузом. Вдвоем с Алессио мы сели в шлюпку и шестеро матросов опустили весла в воду. Нас подвезли к безлюдной пристани: сигнальщики стояли в стороне, но не приближались.

- Почему вы не испугались и поехали со мной, Алессио? – спросила я у секретаря, когда мы поднимались на пристань.

- Я поклялся королю, что буду служить вам, что бы ни случилось, - нехотя ответил мой молчаливый секретарь.

- Непривычно, - сказала я, когда лодка отплыла, оставив нас на пустом деревянном мостике. – Здесь всегда так шумно и оживленно…

Я заметила, как Алессио сжал ладонь на мече. Странно, он не взял папок с документами, оставил все на корабле, а оружие взял. Хотя сейчас меч пригодится получше любых бумаг.

Похоже, в Эмеральде действительно эпидемия: никого на улицах, тихо, так необычно… если бы не сигнальщики, я бы подумала, что город оставлен.

Мы шли к замку, замечая лишь тишину и пустоту вокруг. Гром гремел все громче: приближалась гроза.

Первые крупные капли упали на каменный мост, когда мы приблизились к воротам замка. Я уже начала сомневаться, что там кто-то есть, когда в воротах приоткрылась небольшая дверца и наружу выглянула Валери.

- Ваше величество!

Она торопливо пропустила нас, и стражники закрыли тут же дверцу на засов. Я огляделась. Двор замка пустовал, из конюшен выглянул сын Валери, но снова скрылся. Стражники держались от нас на расстоянии.

- Что происходит, Валери? – спросила я, пока мы пересекали двор.

- Мор, ваше величество. Кровавый мор в городе. У нас в замке больных мало, но болезнь распространяется. Поэтому мы закрылись от горожан. Больных разместили в отдельном крыле. За ними ухаживают несколько добровольцев.

- Витторино? – коротко спросила я.

- Болен, - вздохнула Валери.

- Как быстро появляется болезнь?

- Примерно на следующий день после контакта с больным.

Я быстро приняла решение.

- Проводи меня в то крыло. Принесете туда чистой питьевой воды, если я не выйду оттуда через два дня, значит, я тоже заболела. Алессио, пошлешь тогда весть королю Генриху.

- Я с вами.

- Нет, Алессио. Это приказ.

- Я иду с вами.

Упрямый секретарь не отставал ни на шаг.

- Да как же так, ваше величество, - всплеснула руками Валери. – Ведь это опасно!

- Опаснее ничего не делать. И потом, вспомни, я королева, а есть поверье, что прикосновение к монарху излечивает.

У меня была только одна надежда: что моей магии хватит, чтобы излечить больных. Я даже испытывала некое облегчение оттого, что это не переворот. С болезнью еще можно договориться. С предателями – нет.