Дорогая Эмили (ЛП) - Стилс Труди - Страница 48

Я слышу, как открывается входная дверь, и Кирстен зовет меня.

— Табби! Где ты?

Я провожу рукой по лицу, вытирая слезы рукавом.

— Здесь, в спальне.

Она врывается в дверь и останавливается, чтобы рассмотреть сцену.

— О, милая. Дорогая, я здесь. Чем я могу помочь? — она бросается на кровать и крепко прижимает меня к груди.

— Отвези меня в университетскую больницу. Схватки учащаются. — Очередная волна боли пронзает мой живот, и я чувствую огромное давление. — Они становятся чаще.

Кирстен помогает мне подняться и выйти к ожидающему такси.

Мы едем в больницу.

Я не готова прощаться.

Глава 37

Карли

Спринг-Лейк, Нью-Джерси

Настоящее

29 лет

— Кайл! — кричу я в свой телефон. — Табита рожает!

О! Мой! Бог!

Я визжу от возбуждения.

— Кар? Успокойся. В какую больницу она поедет?

Я смотрю в лица двух зомби, вампира и птички Твити. Хватаю гигантские пригоршни конфет и бросаю их в их пакеты для сладостей.

— Университетская больница, — возбужденно говорю я. — Она уже едет туда.

— Ладно, я еду. Буду у тебя через пятнадцать минут!

— Ладно, Кайл, поторопись!

— Кар, я люблю тебя! Обещаю, что все пройдет идеально.

Боже, этот человек всегда точно знает, что мне сказать.

— Тоже люблю тебя, Кайл. И да, так и будет. Я чувствую это.

Вешаю трубку и ставлю огромную миску с конфетами на крыльцо. Я пишу записку, которая гласит: «Возьмите одну, пожалуйста. Нас не будет всю ночь». И кладу ее поверх миски.

Пытаюсь найти свои шлепанцы и хватаю сумочку, чтобы подождать Кайла снаружи. Я сижу на крыльце, мое сердце начинает бешено колотиться. Смотрю, как все семьи и дети бегают по окрестностям, визжа от восторга. Я представляю, как Эмили через несколько лет будет делать то же самое. Ее первый Хэллоуин — это ее день рождения! Как удивительно! Впервые я смогу заменить ужасные воспоминания, которые ассоциируются у меня с Хэллоуином и моим изнасилованием. Эмили навсегда принесет счастье в этот день!

Лезу в сумочку и трогаю подарок, который купила для Табиты несколько месяцев назад. Надеюсь, что она полюбит его так же, как и я.

Слезы наворачиваются на мои глаза, когда я думаю о том, от чего она отказывается. Мне так жаль Табиту и ее приближающуюся потерю. Я начинаю всхлипывать, когда вижу, как внедорожник Кайла показывается в зоне видимости. Дети разбегаются по всей улице, а Кайл пытается их объехать.

Я смеюсь сквозь слезы, вскакиваю и бегу к машине.

— Ты готова? — спрашивает он, когда я сажусь на переднее сиденье.

Он протягивает руку через центральную консоль и хватает меня за руку.

— Я готова, Кайл. Больше, чем ты думаешь.

Сжимаю его в ответ, когда он подносит мою руку к своим губам и целует ее.

Мы выезжаем с подъездной дорожки и направляемся в Филадельфию.

О Боже, мы скоро станем родителями.

Глава 38

Табита

Филадельфия, Пенсильвания

Настоящее

Возраст 22 года

Черт! Последняя волна схваток была такой сильной. После крика о болеутоляющем мой врач, наконец, поставил мне эпидуральную анестезию, так что теперь я не чувствую ничего, кроме легкого давления.

Кирстен ушла несколько минут назад, чтобы вернуться в книжный магазин. У нее сегодня вечером автограф-сессия, и она больше не может оставаться со мной в больнице. Ей неуютно покидать меня, но действительно, что она могла сделать?

Я пообещала ей, что буду в порядке, пока не приедут Карли и Кайл.

Честно говоря, мне нужно немного побыть одной.

Я слышу сердцебиение Эмили на мониторе.

Глубокий всхлип вырывается из моей груди, когда я кладу обе руки на живот.

Эмилия.

Я чувствую, как она движется под моими руками, когда давление снова нарастает в моем животе и спине. Доктор сказал, что скоро у меня начнутся более тяжелые схватки, но, к счастью, я их уже не чувствую. Раскрытие на восемь сантиметров, и станет десять в любой момент. Эмили уже почти здесь.

Когда слезы текут по моему лицу, я закрываю глаза и представляю, что могло бы быть, если бы Алекс был отцом моего ребенка.

Я ясно вижу лицо Алекса, и он держит на руках маленького ребенка. На ее голове розовая шапочка, и она сжимает его мизинец. Он улыбается от уха до уха, прижимаясь носом к ее носу. Нежно целует ее в лоб и смотрит на меня.

— Я люблю тебя, Табс, — шепчет он. — Она идеальна. Наша дочь Эмили просто идеальна.

Он протягивает мне руку и прижимает меня к себе. Я касаюсь теплой щеки Эмили и улыбаюсь.

Я открываю глаза и возвращаюсь к реальности.

Боже, что я наделала? Забираю этот возможный образ у Алекса. У Эмили. Я даже не даю им возможности узнать друг друга. Разрушаю это возможное будущее. Сокрушая его одним этим решением. То, что я делаю сейчас, несправедливо по отношению к Алексу.

Чувство вины переполняет меня, и я начинаю рыдать в подушку. Едва могу дышать. Почему я не сделала другого выбора? Я бы никогда не поцеловала Сета. Алекс был бы здесь со мной сейчас. Если бы он был отцом, мы бы родили этого ребенка вместе. Так, как это и должно было быть.

Чувствую давление в животе и еще одна волна схваток ударяет меня.

Я обхватываю руками своего ребенка в животе, когда горе поглощает меня.

В палату входит одна из моих медсестер.

— Табита, ты в порядке? Дорогая, почему ты плачешь? — спрашивает она.

Я рыдаю так сильно, что мне трудно отдышаться.

— Не готова попрощаться, — только и могу сказать я. Плачу сильнее и, кажется, просто не могу остановиться.

— Дорогая, ты готова поговорить со своим социальным работником? Передумала? Это нормально, если ты поменяла решение. Ты здесь управляешь ситуацией, Табита. Тебе решать.

Я едва слышу слова, которые она говорит мне. Что действительно достигает моего мозга, так это то, что я могу изменить свое мнение. Время еще есть. Я могу воплотить свои мечты в реальность. Могу остановить это усыновление и найти Алекса. Я могу представить его Эмили, и мы станем семьей. Если он вообще захочет меня вернуть. И вот представляю нашу семью в дороге с группой. С грязными фанатками, бросающимися на Алекса.

И отрицательно качаю головой.

— Нет, мне просто нужно немного побыть одной.

Медсестра быстро выходит из комнаты. Я чертовски запуталась, неудивительно, что она сбежала.

О чем я только думаю? Может ли все стать лучше для меня, если я найду Алекса? Что он подумает, когда поймет, что я скрывала это от него? А что, если отец не он? Он возненавидит меня еще больше, чем сейчас. Эмили этого не заслуживает. Нет.

Я опустошена масштабом этого решения. Все жизни, которые я разрушила на этом пути, принимая решения, которые у меня есть. Я была совершенно эгоистична, думая, что это лучшее решение для всех участников. Разрушила свои отношения с Алексом и намеренно закрылась от Сета. Я отвратительна. И не заслуживаю Эмили. Никогда не буду хорошей матерью, любимой, другом.

Я думаю о Сете. Хватаюсь за грудь, когда новый всхлип охватывает меня. Он не хочет быть отцом. Но был бы замечательным отцом. Слезы текут по моему лицу, когда я осознаю всю чудовищность того, что сделала с ним.

Он полюбил меня с того момента, как мы впервые встретились в закусочной. Согласился на мою дружбу, потому что знал, что я больше ничего не могу ему дать. Я была влюблена в Алекса, а Сет отдал мне всего себя. Он даже собирался жениться на мне, чтобы я была счастлива. В своих отчаянных попытках удержать меня он был готов пойти на компромисс со всем. Теперь мои слезы становятся гигантскими и уродливыми. Я уничтожила единственного человека, который любил и защищал меня, несмотря ни на что. Он никогда не отступал, даже когда Алекс вцепился ему в горло, угрожая. Сет любил меня больше, чем кто-либо когда-либо. Я просто не могла ответить ему взаимностью. Не так, как он любил меня. Я, б**дь, его погубила. Раздавила его.