Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 66

- Ладно, прекрасный герой пришел просить прощения, потому что я образумил его!

Алан оборачивается и заявляет:

- Мы просто поговорили, он все врет.

- Скажем так, я поделился жизненным опытом,- скромно замечает Ферлан.

- А у тебя его больше;- хихикаю я.- Ты ж его младше - наверняка!

Ферлан задирает подбородок и снисходительно бросает нам - смертным:

- Зато я взрослел быстрее!

- Конечно же! - охотно соглашаюсь я и подмигиваю Алану.

Он отвечает мне взглядом, который словно нить соединяет нас. Корабельный, толстый канат. Сегодня.

Но что будет завтра?

Я закусываю губы.

Нам не дано познать.

Глава двадцать восьмая. Усадьба

Утром мы отправились в путь

Ближе к вечеру, когда от усталости слипались глаза, а снег валил сплошной стеной, мы заметили маленький домик. Он прятался среди деревьев в серебристых сумерках. И был похожи на игрушечные избушки, которые рисуют на рождественских картинках. Покрытая снегом крыша, легкие завитки дыма, горящие окна, точно свет приклеили к ним, бревнышки, ладно пригнанные друг к другу.

Мы дружно заспешили к этому оплоту спокойствия и отдохновения.

Толкаясь у двери, мы обрели былые силы.

Я принялась активно колотить в дверь, рискуя проломить ее.

- Кто бы мог подумать,- съязвил Ферлан,- а ведь недавно она умирала от усталости.

- Нехороший диндик, если ты не замолчишь, я буду стучать в дверь твоей драгоценной башкой! - пригрозила я. Диндик - это было шутливое ругательство, изобретенное моим отцом. Оно обозначало друга.

Ферлан пожал плечами и склонился в издевательском поклоне:

- Для вас все что угодно, госпожа Колдунья.

- Не нарывайся,- тихо и от этого еще более страшно и грозно предупредил Алан.

И тут дверь распахнулась. На пороге стояла женщина лет пятидесяти.

Тонкое лицо обрамляли пушистые седые волосы. На худеньком теле висела длинная рубашка со смешными тесемочками на груди. Взгляд испуган и покорен. Лицо с резкими морщинами и глубокими глазами застыло от ужаса.

- Вы пришли за мной? - в смирении проговорила она, опуская голову.

- Мы желаем остаться на ночь,- нагло заявил Ферлан.

Взгляд ее потеплел, и она робко улыбнулась, предложив нам зайти.

Мы ввалились в сени. Лужи стекали с сапог, с капюшонов курток капало.

Сбросив верхнюю одежду, мы уселись за стол.

Ферлан протянул хозяйке деньги - два серебряка.

Она на секунду задумалась, но потом все же взяла.

Двигалась она, втянув голову в плечи и, вся скукожившись, словно старалась казаться меньше. Словно боялась.

Поставила на стол миску с вареной картошкой и отрезала каждому по ломтю хлеба.

- Вот картошка и хлеб - все что есть,- сообщила она нам

Заварила чай. Сообщила нам голосом тонким и трепещущим от волнения:

- Спите на кухне. На печке можете,- и принесла матрас.

А затем незаметно скрылась за занавеской расшитой розами, как будто ее и не было.

Я перегнулась через стол, покрытый полинялой скатертью, беря хлеб, и прошептала Ферлану:

- Чего она так боится?

- Колиты,- ответил тот, надкусывая картошку и дуя на пальцы.

- Но в такой глуши... как Колита могла найти ее,- задумчиво проговорила я.

- Хе! - фыркнул Ферлан, внутренне смеясь ( это читалось по выражению его лица).- Для нее это раз плюнуть.

Трепеща, я задала вопрос, который так давно мучал меня:

- Почему она не нашла нас?

- Я постарался, чтобы этого не случилось,- важно ответил он и добавил.- Да и она может не все. На самом деле поиск дело запарное и сложно не напортачить. А ты гасишь всех.

- Гашу? - я удивленно вскинула на него глаза, но он был серьезен.

-Твоя сила отличается от нашей. Она меняет все. Она словно фонтан, который заливает все. Земля уже не будет прежней. Вкупе с моей магией - она позволяет энергетическим следам дематериализоваться.

Я присвистнула…

- А отчего она так боится нас и Колиты?- спросила я позже.

- Она беглая. Колита, если поймает ее, как минимум, убьет на алтаре, а максимум оставит для опытов,- доверительно рассказал Ферлан с веселым выражением лица.

Я подавилась чаем, и Алан принялся стучать по моей спине.

Наконец я высипела:

- Ты же не выдашь ее?

Ферлан закатил глаза и сообщил:

- Конечно же, когда я буду умирать под ее ножом или стонать на дыбе, я обязательно вспомню про нее, благодаря твоей подсказке!

- Ты невыносим,- я слезла со стула и полезла на печь.

- Ей, ты куда?! - немедленно вопросил Ферлан с тревогой.- Печка моя!

- На Эверест, - сообщила я, карабкаясь по лестнице, и вскоре свалилась на печку, прямо на рогожу покрывающую ее.

От визга пошатнулись стены.

Я кувырком скатилась обратно.

- Что случилось? - Алан стоял рядом с обнаженным клинком в руке.

Готовый защищать. Сражаться. За меня.

На лице его пылала решимость и страсть.

- Там па..аааук,- всхлипнула я.

Алан изумился, а Ферлан от смеха свалился на пол.

- Я его прогоню,- Алан спрятал меч в ножны и полез убивать паука.

- О, рыцарь спасает даму от жуткого нас-е-ком-ого! - стонал от смеха Ферлан на полу.

- Ты меня достал! - прорычала я.

- Все хорошо,- Алан слез с печки, подошел ко мне погладил по щеке. Словно теплая волна окатила меня с ног до головы, и искрами вспыхнуло сердце.

Он остановился напротив Ферлана и сказал твердым голосом, тоном, не принимающим и даже не допускающим мысли о возражении:

- Перестань задирать ее!

Ферлан ухмыльнулся, но промолчал.

Я решила замять это и попросила Ферлана:

- Лучше покажи записку Денизы.

- Она у тебя,- ответил он безразлично.

- Ой,- я приложила руку к голове.

Достала ее из кармана, но вместо того, чтобы читать и разбирать стала рисовать на обратной стороне.

Девушка в серебристой одежде идет по грани между сном и явью, днем и ночью. По тонкому лезвии луны. Залитая светом. И ее серые глаза лучатся, вторя тонкому шелку платья. Каштановые волосы льются на плечи волной.

Она не может выбрать. Она полна сомнений, которые разрывают ее на куски. Как граната, как петарда, взрывающаяся в руке.

Она ошиблась. Небо нависло тьмою над ее головой.

Она опускается на колени.

Она допустила, чтобы....

Она должна была...

Остаться, бороться, сражаться...

Не бежать!

Не бежать.

Но иногда, чтобы победить, нужно проглотить свою гордость и позволить себе отступление.

Затем я читаю записку, чтобы отвлечься:

Прости и прощай, любимый!

Навеки, навеки прощай!

Моею молитвой хранимый,

Влюбленный ты помни, ты знай:

Я дома, я дома, я дома,

Среди облаков и мечты

Но это всего лишь слово,

И отблеск прощальной звезды.

- Это стихотворение она сама написала? – поинтересовалась я у Ферлана.

Ферлан пожал плечами:

- Это голос ее магии.

- Как ты думаешь - что все это значит? - спросила я Алана, когда мы после боя с Ферланом, отвоевали себе печку и обустраивались на ней.

Он прочитал записку и нахмурился:

- Видишь ли, она пишет - дом. Эй,Ферлан,- он перегнулся через край печки,- где дом Денизы?

- А черт знает,- бурчит полусонный Ферлан,- вечно придумает она загадку и с ней носится... Или стих какой! Символы, символы! – наконец, он переходит к сути вопроса.- Дом ее в провинции Лестьероза. Она когда-то жила там с родителями. Только вряд ли эта хитрюга…хотя мне ж она доверяет…

Я вздыхаю и пристраиваю голову на груди у Алана.

Бормочу:

- Мне кажется, что все гораздо сложнее.

- Забудь,- шепчет в ответ Алан,- отдохни...

Он мягко проводит пальцами по моему лбу, и мне чувствую, что в груди у меня распускаются чарующие, огромные и неизмеримо прекрасные цветы и сердце мое плавится в свету.