Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 74

Мы вошли в комнату, где стояли статуи. Плавные линии полуголых тел, устремленные на зрителя глаза, мягкие волны волос – казалось, что это живые люди. Они встанут со своих пьедесталов, шагнут…

- Мария! – крикнула Ретира.- Перестань немедленно! Ты же их оживишь.

Ох, по следам «Пигмалиона».

«Вы всего лишь статуи», - говорю я сама себе мысленно.

А они смотрели на меня укоризненно.

- Как вы узнали, о чем я думала? – поинтересовалась я у Ретиры

- Я не узнала, я почувствовала. Извини, что я накричала на тебя,- вздохнула Ретира, - Ладно, ребятки, давайте присядем, - и она грациозно опустилась на стул во главе стола, даже не помяв свою длинный подол.

Платье на ней было изумительное – все расшитое маленькими, серебристыми бабочками оно светилось. Голубеющий шелк скользил и таял, таял и скользил.

- Мы хотели остаться на ночь,- попросила Дениза.

- Всегда, пожалуйста,- радушно улыбнулась Ретира.

Она показала наши комнаты.

Я вошла в свою, и немедленно плюхнулась на кровать на сизое покрывало. Блаженно вытянулась, зажмурившись.

Все-таки жизнь прекрасна!

В голове текли ленивые, сонные мысли. Хотелось, остаться тут навсегда. А также я думала о картинах, которые нарисую. О бушующей яркости садов, о нежности облаков, о светлом круге солнца.

Об Алане и о доме.

О том месте, где мы находимся…

Почему в моем мире нет таких прекрасных мест?

Незаметно для себя самой я заснула.

Проснулась я с криком.

Мне опять снилась Колита.

Она убивала всех, кого я люблю… Как тогда…

Я думала, что уже забыла все это. Я смогла выбросить из головы момент своего прошлого, но оно возвращалось, оно настигало меня. Прошлое – часть тебя и от него очень сложно отречься.

Тусклый свет луны трепетал на полу. Линии предметов в ее свете были изломаны. Свет и тень танцевали диковинный танец на их телах.

Что дома? А если приснившееся мне правда? Что если все … мертвы?

Я вскочила и без единой мысли, мгновенно, совершила переход.

Я медленно прошла по нашему коридору, мимо вазы с искусственными цветами – трепетными гвоздиками, мимо шкафа с книгами и вошла в комнату мамы.

Она спала на боку, а Ангел лежал в ее ногах, сладко мурлыкая.

Я подошла к ней совсем близко, взглянула на часы, замирая от ужаса,

хотя и знала, что не прошло больше нескольких секунд. А вдруг я вернулась

спустя десять лет? Но на календаре та же дата и то же время. Одиннадцать часов вечера. Десятое апреля.

Мама проснулась. Она смотрела на меня, улыбаясь:

- Машенька, что ты тут делаешь?

- За Ангелом пришла,- и смотрю на Ангела так недовольно, что он идет к двери, печально опустив мордочку.

Я ловлю его в объятия и прижимаю к груди, целуя пушистую шерстку.

Мама вздыхает:

- Как будто десять лет не видела.

- Миллион! – восклицаю я, бросаясь прямо к ней.

Мама отворачивается от меня после нескольких поцелуев и говорит:

- Иди спать, Маша. А то совсем меня разбудишь.

- Я так по тебе соскучилась! – Как всегда. Как будто она меня не любит!

- За день? – улыбнулась она,- ладно иди, уже поздно.

Я пошла к брату.

Он слушал музыку – убивающий уши рэп и параллельно переписывался с друзьями в соцсети. Он мог общаться одновременно, не с одним человеком и не с двумя, а с пятью или десятью.

Я подошла к экрану и заглянула через его плечо.

Он слал смайлики какой-то накрашенной, вредной девице. На ее морде, пардон, лице застыло презрение и высокомерие.

- О, Марусик! – он, наконец, заметил меня и хлопнул меня по спине.- Как у тебя с Аланчиком? Не пришибла еще окончательно?

Я закатила глаза. У него было веселое настроение. На самом деле Леша редко был таким. Он был веселым и неаккуратным, а иногда серьезным и хитрым… А еще он был заботливым и родным.

Еще в детстве он знал, как выпросить у родителей новый мобильник. А сейчас он понял, как задурить голову матери, чтобы она не проведала о его любовных приключениях. Или как крутить любовь с тремя девушками одновременно. Не со злости, просто, что делать, если тебе нравятся три одновременно, и ты не можешь выбрать? Хотя все равно это было свинством с его стороны.

- Все хорошо!

- Может, меня с собой возьмешь? Что вы там делаете?

- Шляемся по мирам,- пробормотала я себе под нос и добавила громче,- и решаем проблемы одного мира.

- И как проблемы решаются?

- Более-менее. Еще,- я скрестила ноги, усевшись по-турецки на кровать, - не все решены. И тебя я не возьму, там слишком опасно.

Братец махнул рукой:

- И не особо надо! Я в прошлый раз нагулялся. Ты же там с Аланом?

- Да,- ответила я.

- Значит, все в порядке,- улыбнулся он.- Мы в тот раз еле живыми вырвались,- вспомнил он толпу стражников.

- Ладно, я пойду,- я поцеловала его в щеку. Время там идет,- а то вернусь, а все проблемы уже решены.

- Иди, но будь осторожно,- он поцеловал меня в щечку на прощание, а я потрепала его по макушке.

Когда я вернулась, уже рассветало.

Алан сидел на моей постели. Одеяло сползло, а покрывало вообще валялось на полу. Как будто слоны здесь сплясали тарантеллу. Я всегда очень активно ворочалась во сне.

- Привет,- сказала я, подходя к нему.

Он заметил меня и холодно осведомился:

- Где ты была?

- А что ты тут делаешь? – вместо того, чтобы ответить, спросила я.

- Ожидаю тебя, - устало ответил он, - Мери, тебе не стыдно? Я тебя уже три часа жду! И волнуюсь, между прочим!

- Я навещала своих,- покаялась я.

Села рядом с ним, обняла его и … едва удерживалась, чтобы не заплакать.

Он вздохнул и погладил меня по волосам.

- Я хотел узнать, как ты тут. Ты очень быстро вырубилась, как допотопный компьютер.

- Классное сравнение для любимой девушки.

- Прости, милая, но больше так не делай…

- Все навещают родных,- поведала я ему по секрету.

- Дело не в других, не в тебе, даже не в том, что ты навещаешь. Помнишь, обещание? Так, ты будешь его выполнять?! В следующий раз возьмешь меня с собой?

- И мама нас спалит, - я разорвала наше объятие и сердито уставилась на него.

- Ты могла бы оставить меня за дверью!

Или здесь, что я и сделала.

- Ладно, Алан,- я потерла виски ладонями, - я постараюсь брать тебя с собой… Извини.

- Мир? - улыбнулся он.

- Естественно,- ответила я сердито.- Я отойду,- и пошла в ванную.

Не дает и шагу ступить. От этих парней одни неприятности! Лучше бы я и дальше сидела в старых, восемнадцатилетних девах!

Я включила воду. Села на прекрасный светло-розовый пол и заплакала.

Через десять минут, Алан постучал.

- Что тебе надо?

- Мери, выйди!

- Не выйду! Ты…ты…

- Что – я?

- Нехороший герой! - я не могла придумать достойное ругательство, и из-за этого расстроилась еще больше.

- Я был не прав! Но ты должна понимать, что пока Колита рыскает в твоих поисках, опасно одной ходить по мирам!

Я распахнула дверь, едва не приложив его по лбу. Нечаянно.

- Но потом свобода на сто процентов! – выдвинула я свои требования.

- Хорошо,- согласился он печально - но ты могла хотя бы предупредить меня.

- Мы же договорились? - с мольбой посмотрел на меня Алан.

Я кивнула. Мне стало жаль его. Как могла я так рвать его сердце? Я была виновата.

- Извини,- вздохнула я.

- Ты уже прощена,- ласково улыбнулся он, обнимая меня,- лучше расскажи - как ты их навестила?

- Да, братец сразу смекнул, где я была.

- Это замечательно, - он заглянул мне в глаза.

- А ты изобрел что-нибудь, пока мы путешествуем или сочинил?

- Муза меня покинула,- признался Алан,- но зачем мне она, если здесь моя Мери?

Затем он продолжил:

- Вчера вечером я сочинил одну мелодию, - его глаза \так ярко сияли мне.

Я нашла его руку - теплую и сильную, и сжала в своих ладонях.