Сквозь время я пойму себя (СИ) - Данилова Алёна - Страница 23

— Вы не рады? — не понял Акитцу реакцию элементалия.

— Дедушка, — заговорил Сонорх Фейл, переключая внимание на себя. — К сожалению, Эмиллия пока не умеют управлять своей силой. Она появилась в нашем мире совсем недавно, и только здесь получила свой дар, который, как я вижу, очень самовольный, — бросил шпильку тайлейс ветру и удостоился испепеляющего взгляда того, что и подтвердило его последние слова.

— Интересно, — потёр подбородок Акитцу. — А когда начали происходить странности в академии? — задал вопрос тайплейс и тут же ответил на него. — Сразу после этого?

Эмиллия переводила взгляд с одного представителя тайплейса на другого, пытаясь понять, виновата ли она в том, что сейчас происходит. Или всё происходящее чистая случайность. Но если боги начали свою игру, то не позволят никому понять до последнего, где же вся правда, скрытая за ложными поворотами судьбы.

— Ты подозреваешь её? — Сонорх Фейл не собирался злиться, но его сила вырвалась, сплетаясь с тем, что он недавно получил. В тот момент, когда механическое сердце чуть не остановилось, и появился новый дар, решивший сейчас показать себя во всей красе и распластаться переливающейся кошкой на плечах своего хозяина. Сила Сонорха и раньше отличалась ото всех тайплейсов, и его зверь времени тоже, но теперь, сменив шерсть, она поражала своей красотой и изменчивостью.

— Возможно… — зверь поднялся принюхиваясь, а Акитцу понял что зря не прислушивался к внуку по началу, понимая, что придётся искать ответы в старинных свитках. — … ты упустил что-то важное и всё началось раньше, чем ты думаешь.

— Раньше? — вздыхая и гладя свою силу, заинтересовался Сонорх Фейл. О таком он даже и подумать не мог, хотя мог бы, но постоянно отвлекался на Эмиллию и на беды, которые окружали элементалия.

— Да, — кивнул Акитцу. — Иногда, чтобы отвлечь, можно использовать различные способы. Вы не обижайтесь, леди, просто кто-то решил поиграть, и то, что я сейчас наблюдаю, явно не простая игра.

Эмиллия призадумалась. Что если рассказ мамы чем-то сможет помочь? Нет, конечно, глупо полагаться на это, но, а вдруг…

— Боги! — в раз произнесли Сонорх и Эмиллия и переглянулись. Сонорх слышал каждое слово её матери и то, что богиня Афина прислушалась к его просьбе, но выполнила по-своему, заставляло подумать только о тех, кто выше них в миллиарды раз.

— Интересное предположение, — ухмыльнулся Акитцу Фейл, вспоминая одну богиню, которая отреклась от своей силы, но чтобы стать обычной, ей пришлось воспользоваться силой тайплейсов. Другого выхода она тогда не нашла, а тех, кто помог несчастной, ждала кара, но не простая как, у многих глупцов, а намного запутаннее и по сей день не решённая. Ведь зло никогда не дремлет, будь ты хоть кем, оно всегда может вырваться и прорваться в мир смертных.

— Но! — возвёл указательный палец вверх Акитцу. — Порой мы можем заблуждаться в том, что происходит. Кто-то может воспользоваться прикрытием или перекинуть все подозрения на других. Как в случаи с Эмиллией… — мужчина замолк, заметив нахмурившегося внука. — Я в чём-то ошибся?

— Не знаю, — вздохнул Сонорх Фейл. Раньше жизнь казалась более скучной. Вечные пассии, пытавшиеся залезть в постель, воспоминания о прошлом, которые не давали спокойно отдыхать. Скучные занятия на факультете в придачу с ненавистной работой. И вот, когда жизнь сделала кульбит, привычный купол дел треснул, образовывая щель и показывая происходящее совершено с другой стороны. Чего стоили только одни воспоминания элементалия, переданные при помощи поцелуя. Тайплейс поведал об увиденном, умолчав лишь о том, что считал не уместным в данной ситуации.

— Вы помните, как уходили с рабочего места? — задумчиво спросил Акитцу.

— Нет, — помотала головой Эмиллия. — Я совсем ничего такого не помню.

Эмоции Эмиллии действительно зашкаливали. Путаница и не недопонимание, из-за которых хоть волком вой. Но, к сожалению, этим проблемы не решишь, и нужно искать другие пути. Только к чему они приведут, никому не известно.

— Придётся проводить расследование, — прикрыв веки, произнёс Акитцу, выпуская нити силы, расходившиеся во все стороны. Его сила напоминала змей — вилась и изгибалась. Она знала, куда направиться, а там приобрести тело и расспросить тех, кто мог быть свидетелем. Помимо того, задействовать своих людей, которые только и ждали команды «фас».

Эмиллия задрожала. Холод, исходивший от старшего тайплейса ощущался так, словно окутывал её всю. Страх пускал корни вглубь души. Все старые тревоги притухали исчезая бесследно, сейчас возникала другая проблема — подавление разума, несущая в себе боль и страдание тех, кто пострадал от этой силы — силы тайплейсов, с древних времён забирающих жизнь с каждым вздохов любого существа.

Заметив происходящее, Сонорх обнял Эмиллию, кутая моментально в материализовавшийся плед. Дедушке не стоило начинать расследование с этой комнаты, но зная своего деда, понимал — он бы не послушал. Ответил бы в духе того, что если след элементалия рядом, то можно благодаря этому что-то найти. А предупреждать о начале ритуала — иначе действия, происходящего в данный момент — никогда бы не стал. Такие методы нельзя назвать профессиональными, как и те, которыми пользуется убийца. Теперь остаётся лишь ждать и поддерживать Эмиллию. Большее сделать Сонорх на данный момент не мог, ведь даже с него сейчас снимали слепок и упаси его боги сделать шаг и упасть во временную пропасть бездны, из которой никто ещё не выходил живым или здоровым.

В тот момент никто не представлял, куда могут привести следы. Нет, они не обрывались, но и в тоже время вели в запретную часть академии. Ту часть, где находилась могила последнего крылатого единорога, охраняемая рунными лентами по периметру. Обычно для столь древних существ ставили памятники и вспоминали о них каждый год. Но, к сожалению, не в их случае. Этот мир не только позволил умереть единорогу, помимо этого хранитель их мира превратился в умертвие, уничтожавшее всё на своём пути и лишь в его глазах читалась мольба о смерти. Он сам помог загнать себя в организованную клетку и запереть на семь замков, после чего затух не просыпаясь. Именно на том месте в последствии и поставили академию и с помощью лент обновляли заклятие тайплейсов по мере необходимости.

А что сейчас?

Место, в шутку названое тюрьмой, залито кровью. Вокруг оборванные рунные нитки. Лишь одна рунная лента держится из последних сил, сдерживая давно погибшее существо. Оно превратилось в прах, но не такой, как обычный, который развевают по ветру. А тот, что не может поднять ни ветер, ни человек, он не горит и не тонет в воде. Что-то странное и не понятное, с чем не могут до сих пор справиться расы сего мира — именно хранителем старого мира.

Многие задумывались, почему так произошло? Строили свои догадки, проводя опыты, но ничего не добились. А после и вовсе забросили идею, оставляя заботы об этом на будущие поколения.

Если бы Сонорх Фейл рассказал Эмиллии про крылатого единорога до конца всю правду, которую утаил, видя её шок от смерти священного существа, могло ли бы это чем-то помочь? Или, напротив, события, которым предстоит случиться, изменились бы? К сожалению, никто из них не знает, а те, кто сверху, могут лишь наблюдать и делать ставки на догадливость тех, кто снизу.

— Могила… — вымолвил Акитцу Фейл, покрываясь испариной. Для элементалия считанные минуты показались днями, коротаемыми в одиночестве, но резко вернулось тепло и ощущения, возвращающие всё на свои места.

— Могила? — повторила Эмиллия, прикрывая рот ладошкой. Для неё такие слова, как камень, ранящий сердце. К сожалению, элементалий до сих пор не смирилась со смертью матери и скучала по ней. Только понимание, что ничего не изменить, не позволяли раскиснуть, а сейчас память грела душу, несмотря на скребущих на душе кошек.

— Не может быть, — побледнел Сонорх и, обратившись к Эмиллии, добавил. — Оставайся здесь. Тебе не о чем беспокоится, я скоро вернусь.

— А…