Сквозь время я пойму себя (СИ) - Данилова Алёна - Страница 4

*Виверна — это существо считается «родственником» дракона, но у него всего две ноги, вместо передней — нетопыриные крылья. Для него характерна длинная змеиная шея и очень длинный, подвижный хвост, оканчивающийся жалом в виде сердцеобразного наконечника стрелы либо копья. Этим жалом виверна ухитряется резать или колоть жертву, а при соответствующих условиях даже пронзить её насквозь. Кроме того, жало ядовито.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Эмиллия Грант затаила дыхание. Неизвестное существо стояло до неприличия близко. Ещё немного и могло бы произойти непоправимое! От переживаний сердце ускоряло темп, бешено стучась в грудной клетке.

— О чём вы? — нерешительно прошептала Эмиллия, зажмурившись. Лишь бы не видеть в его глазах бушующий голод.

Сонорх Фейл облизнул пересохшие губы. Запах жертвы будоражил древнюю кровь, распыляя охотника. Вся выдержка летела коту под хвост. Кто-то другой обрадовался бы связи, но не он. Лишних проблем не хватало, а они в прямом смысле слова сыпались на голову.

— Связь судьбы, девочка, — чуть ли не рыча, выдал Сонарх, с усилием отодвигаясь от желанного лакомства.

Эмиллия недоумённо уставилась на мужчину, ничего не понимая. По спине пробежали мурашки от плохого предчувствия. Рядом тревожно взвыл ветер, ощутив эмоциональный фон хозяйки, но их связь была слаба, как у новорождённого ребёнка.

— Я… — Эмиллия не знала, что сказать и стыдливо опустила взгляд, разглядывая уличный кафель, из которого торчали пучки зелени. Странное покрытие для лекарского крыла никак не укладывалось в сознании с логической точки зрения.

Сонорх тоже не торопился что-либо объяснять. Мысленно продумывая как поступить в сложившейся ситуации:

«Отправить обратно?

Не получится.

Оставить в настоящем времени?

Означало смириться с собственными мучениями в деликатном плане, а те так просто не отпустят. Видел, как мучился его младший брат, найдя свою занозу в пятой точке. Насмотрелся тогда и отправился в храм судьбы, прося помощи. Допросился, называется, и что теперь с элементалием делать? Вымерший вид, прознают и в зелёную книгу занесут».

Внутри Сонорха всё воспротивилось от подобной мысли. Механизм, отвечающий за жизнь, заскрипел, сжимая внутренности многоликого. Мужчина скривился от боли сотый раз, жалея о поспешном решение в тот день, из-за которого теперь приходилось страдать.

Либо!

Просто взять девчонку и съесть её. Хотя вариант помочь и стать спутником Эмиллии на всю оставшуюся жизнь также будило фантазию в плоской горизонтали.

Излишнее воздержание от дома утех не проходили бесследно, но и там теперь стало не безопасно. Каждая «ГАДОСТЬ» пыталась завоевать Тайплейса и стать статусом выше остальных наравне с императорской династией правящей на пике СмеРтий.

Вот только жениться Сонорх Фейл не спешил. Поначалу ему казалось, что нашёл в одной из своих пассий свою истинную судьбу. Но та предала, бросив многоликого перед алтарём богини Афины. И сбежала с конюхом, слабым Тайплейсом, не умевшим перемещаться во времени.

Эмиллия устала от молчания и решила встать с постели. Простынь холодила разгорячённое тело, а лёгкое, словно паутина, одеяло, держало тепло, как в коконе. Ощущение, что ты бабочка, которая вот-вот вылупится, не покидало девушку ни на секунду.

— Куда? — проговорил Сонорх, хватая падающую Эмиллию. И не успел увернуться. Их губы соприкоснулись, и именно в этот момент предательски скрипнула дверь.

В лекарское крыло с ленцой ввалился Кичинэ Даске. Его тёмные брови поползли вверх от удивления. Декан Тайплейса целовал малоизвестную девушку и недвусмысленно прижимал к себе.

Прокашлявшись, мужчина небрежно спросил:

— Где экземпляр для уборки?

Сонорх отошёл от Эмилли на несколько шагов. Жар и дрожь граничили на острие ощущений, сводя сума. Поняв кто перед ним, скривился так, словно съел виноград**. Напыщенный индюк и то скромнее молодого вояки с огненной стихией. Тот вечно носил красный мундир* со значками отличий. На плечах были кленовые эполеты,* вручённые недавно императором в честь службы императорской династии. На чёрных джинсовых брюках в три ряда по бокам шли золотые лампасы,* вышитые вручную крестиком. Да чёрные деревянные гэта* — сандалии на ногах, портящие весь вид серьёзного огневика. Длинным волосам Даске, собранным в конский хвост, завидовало добрая половина студенток академии, как и светлой коже в сочетании с карими глазами и прямым носом.

— Ты о чём? — совладав с собой, поинтересовался Сонорх, отмечая, как Эмиллия спряталась под оздоровительным одеялом.

Это был первый поцелуй Эмиллии и то, что потеряет его таким глупым образом, она представить себе не могла. Но к сожалению случившегося не вернуть. Поэтому краснея от смущения и неловкости, спряталась, пытаясь понять, как вести себя дальше. Даже не прислушиваясь к разговору незнакомцев.

— Элементалий где? — озираясь по сторонам, спросил Даске, не замечая воздушного сгустка.

— Зачем тебе? — раздражение накатило волной на Сонорха, ему хотелось поскорее разобраться с неприятностью.

— Ректор обещал, — насупился Даске, скрещивая руки на груди. — Только понять не могу, какого лешего сгусток здесь может делать. Их же лечить не нужно, восстанавливаются в котлах за час или два после работы. Кинул да пошёл по своим делам. Лафа!

— Вот и иди отсюда! — указывая на выход, прошипел Сонорх. Ветер вторил ему, разметав куски листовок по помещению, если бы мог, скинул в окно, но понимал, что его хозяйке это не понравится.

— Да как вы смеете! — возмутился Кичинэ Даске, пятясь назад. — Я буду жаловаться!

— Да хоть сколько жалуйтесь, — стрелки часов как бешенные закрутились в круглом пожелтевшем от времени шаре. Заскрипела половица, отвечающая за бой молотков, удерживая порыв господина Тайплейса.

Даске побледнел, успевая на последней секунде сбежать от свихнувшегося декана времени. Бежал, сломя голову, чтобы успеть попасть к ректору и всё рассказать. Но в тот момент ему не было ведомо, что его просьбу спустят сквозь рукава. А император и вовсе прикажет не приходить по глупостям и вручит такой необходимый сгусток за просто так. В тот день огневик решил для себя одно — он будет мстить!

После исчезновения источника раздражения древняя магия, как сама жизнь, вырвалась на свободу. Она могла всё, что угодно. Хочешь — будешь там или, напротив, здесь и никто не запретит. Оживляй, либо умертвляй. Времени подвластно буквально всё!

Почувствовав постороннего, сила притихла, устремляя взор на прозрачное, сотканное из множества веществ, воздуха. Хотя, если приглядеться, было понятно, что стихия выбрала для себя именно ветер. Тонкая серебряная нить, соединявшая двоих, была настолько слабая, что одно касание могло разрушить их связь навсегда.

Холод прошёлся по телу Сонорха. Вокруг стояла оглушительная тишина. Только сейчас он понял, что натворил. Вышел из себя, словно какой-то непутёвый подросток. Позор, да и только!

Заметив, как его магия с осторожностью соприкасается с Эмиллией, Сонорх замер, забыв, как дышать. Ветер напряжённо метался из стороны в сторону, но не мешал постороннему из-за своей слабости. Так и в жизни, если кто-то сильнее, то лучше быть осторожнее, чем злить волка на его территории.

Постепенно палата начала наполняться пением птиц. Зашуршали грибовидные деревья — возмущённо от потери необходимой им влаги. Проблема засопела, погружаясь в некое подобие сна.

Действительно, Эмиллия была измучена, а одеяло было запрограммировано как на пробуждение, так и на обратный эффект. Чтобы лучше помогать больным пациентам. Наработка экспериментального факультета имела успех и пользовалась уже большим спросом в каждом лекарском здании.

— Нам пора, — прошептал Сонорх, ощутив колебание своей стихии. Нельзя спускать мощь на самотёк — это чревато необратимыми последствиями.

Страшно представить, что может сделать магия без должного умения обращаться с ней.