Жестокое жертвоприношение (ЛП) - Джонс Афродита - Страница 11

Каким-то образом Ларри всегда добивался, чтоб Марджи возвращалась к нему, писал ей записки и говорил, что ему очень жаль. Он каждый раз извинялся после одного из "праздничных" выходных, когда Марджи отказывалась спать с ним в одной постели. Он обещал ей больше заботиться об их браке, говоря, что не может жить без неё.

Он всё больше увлекался выпивкой, гулянками и вечеринками. В результате после года работы на железной дороге в начале 1972 года его уволили. Так получилось, что на той же неделе в газете Нью-Олбани появилось объявление полицейского управления. Они расширяли штат и искали людей. Ларри Лавлесс отправился туда, впечатлил их своими военными историями, и не успел опомниться, как после нескольких быстро пролетевших недель обучения в Блумингтоне оказался в форме офицера полиции на испытательном сроке.

Марджи и его родители очень гордились им. Однако дочери придерживались другого мнения. В возрасте 4 года Мишель уже боялась отца. Мелиссе было всего 2 года, но даже в младенчестве она научилась быть осторожной. Ларри то и дело размахивал оружием, временами угрожая им Марджи. Теперь у него появилась законная причина носить его, и от этого он ещё больше наглел. Ему нравилось ощущение власти. Он надевал форму, даже когда не был на дежурстве, чтобы пройтись по магазинам, поесть. И это чувство власти переносилось в дом. Часто, когда Марджи отсутствовала или спала, он проделывал с девочками странные вещи.

– У него были наручники, и он приковывал меня ими к столбикам кровати, – вспоминает Мишель. – У меня двухъярусная кровать, и он приковывал меня к верхней койке, но наручники опускались на вторую койку, и однажды я упала с верхней койки на нижнюю и получила шишку на голове, потому что наручники соскользнули вниз.

Мишель рассказывала, как отец отводил её в гараж и угрожал кастетом. Он доставал деревянную доску размером 2 х 4 и разбивал её у девочки на глазах.

– Хочешь, чтобы это случилось с твоим лицом? – спрашивал Ларри, но никогда не приводил свои угрозы в действие.

В то же время его сексуальная жизнь с Марджи приняла новые формы. Марджи рассказывает, что приходила домой из магазина и обнаруживала его мастурбирующим в её нижнем белье с её косметикой на лице. Она вспоминает, что в постели он начал вставлять в неё овощи: огурцы, бананы и морковь.

– Больно не будет, всё будет хорошо, – она не может забыть его слов.

Если она сопротивлялась, он добивался своего физической силой. Несколько раз он насиловал её полицейской дубинкой. Ему нравилось смотреть, как Марджи кричит.

Лавлесс служил в полиции более 6 месяцев, и у него всё шло хорошо, пока в апреле не настала пятница, когда произошло нечто такое, что очень разозлило Ларри. Он только что вернулся с работы, зашел домой, переоделся в обычную одежду и повел Марджи и девочек поесть гамбургеров. По дороге домой, остановившись на красный свет, мужчина в соседней машине улыбнулся и помахал Марджи. Это был негр. Марджи узнала его и, как только загорелся зелёный свет, улыбнулась и помахала в ответ.

– Кто, чёрт возьми, это был? - зарычал Ларри.

– Кажется, мы вместе учились в школе, – сказала Марджи.

Марджи думала, что это ерунда. Но Ларри размышлял об этом всю дорогу домой. Сидя с девочками на заднем сиденье Марджи дрожала, наблюдая, как он злится всё сильнее и сильнее, весь побагровев. Но он ничего не говорил, пока они не вернулись домой.

– Ты трахалась с ним? Ты трахалась с ним, не так ли? - Ларри закричал, как только они вошли в дверь.

– Что? – возмутилась Марджи. – О чём ты? Я даже не помню, как его зовут. Я помахала просто на автомате!

Но Ларри не унимался. Он продолжал разглагольствовать и бредить. Затем он замолчал и начал ходить туда-сюда.

– Я просто продолжала говорить "нет, я не знаю этого парня". То есть, что я никогда не спала с тем мужчиной, – вспоминает Марджи. – А он просто слетел с катушек от ревности.

– Что ж, я его вылечу, – сказал Ларри вслух самому себе. – Я позабочусь о нём.

Ларри не потребовалось много времени, чтобы снять трубку и набрать номер своего напарника, Пита Стассера, который вместе с Лавлессом служил в полиции около 8 месяцев. Марджи находилась в соседней комнате с детьми, поэтому не слышала их разговора. Ларри не любил, чтобы она была рядом, когда он разговаривал по рабочим вопросам, и она научилась отвлекаться от него, когда он брал трубку телефона.

Через несколько дней на первой странице газеты "Tribune" появился заголовок "Двух полицейских отстранили от должности". В статье от 29 апреля 1973 года сообщалось, что двое офицеров, находящихся на испытательном сроке, Ларри Лавлесс и Дэвид Стассер, были отстранены от исполнения обязанностей из-за инцидента, произошедшего в 20:15 вечера предыдущей пятницы на Вудленд-драйв в жилом комплексе города Нью-Олбани. 22-летнего Майкла Бьюкенена, который проживал в том комплексе, доставили в мемориальную больницу Флойд с травмой головы примерно в 21:00 вечера, перевязали и выписали.

Согласно газете, очевидец, Кеннет Бейли, видел весь инцидент и сообщил о нём в полицию.Полицейские во время предполагаемого нападения на Бьюкенена были не при исполнении. Они были без формы, но вооружены дубинками и пистолетами и носили значки. После инцидента, двое полицейских доставили Бьюкенена в участок. Только после того как другие полицейские увидели его раны, Бьюкенена отправили в больницу.

Предварительное расследование подтвердило, что между Лавлессом и Бьюкененом произошла ссора. В газете сообщалось, что, по мнению мэра, у Лавлесса была стычка с Бьюкененом ранее в тот день. Двое полицейских ожидали слушания по этому вопросу, но оба уволились из полиции до назначенной даты слушания. Несколько месяцев спустя, по словам Марджи Лавлесс, правозащитники подали на Ларри Лавлесса иск на 100 тыс. долларов, но так ничего и не добились.

На этот раз, когда Марджи пригрозила уйти от него, она осталась не из-за слезливых рассказов. Они сильно поругались, и Ларри достал один из своих пистолетов.

– Если ты не будешь моей, то будешь ничьей. Мёртвой! Я вышибу тебе мозги, – пригрозил он.

5

Ларри и Марджи переживали трудные времена. Ларри снова работал на железной дороге, пьянствуя больше, чем когда-либо, а потом Марджи застукала его в постели с одной из своих хороших подруг Дебби, соседкой по Палмер-Корт. Когда Марджи вошла к ним, оба были не совсем одеты.

– Это не то, что ты думаешь! – начала Дебби, но позже во всём призналась. Муж Дебби в итоге развелся с ней, они продали дом и разъехались. Марджи и Ларри, наконец, решили, что жить открытым браком будет лучше. Они стали ходить по барам по отдельности и вместе.

К тому времени Марджи закончила программу средней школы и получила стипендию для обучения в профессиональном центре Проссер в Нью-Олбани. В 1974 году она стала лицензированной медсестрой и, несмотря на протесты Ларри, пошла работать в мемориальную больницу Флойд. Преданная своей работе, она заслужила звание медсестры года. Но дома она практически не бывала. Вместо этого Марджи оставляла 10-летнюю племянницу Тедди посидеть с детьми. Тедди практически жила у неё в гостевой комнате, как у себя дома.

Недолго проработав, Марджи обнаружила, что снова беременна, и не могла этого объяснить. Она принимала противозачаточные таблетки и не планировала больше иметь детей. Она планировала для себя большое будущее, подальше от Ларри Лавлесса и его проблем. Сначала она плакала из-за этого и даже позвонила врачу, чтобы спросить, можно ли прервать беременность. Затем она поговорила со священником и полностью изменила своё мнение. Она поняла, что дети – это благословение.

На работе медсёстры были очень добры к ней, кормили её молочными коктейлями, поднимали ей настроение, обращались с ней, как с королевой. Но когда она возвращалась домой, всё было уже по-другому. Ларри сказал, что Марджи всё испортила своей беременностью. Он больше не мог устраивать свои "вечеринки" и ненавидел её за это. Только она начала хорошо выглядеть, сказал он ей, а теперь снова раздулась и ожирела. На протяжении всей беременности он продолжал обзывать её шлюхой, говоря, что она забеременела от кого-то другого.