Мне больно от твоей любви 2 (СИ) - Савина Ксения - Страница 4

- А если отпроситься?

- Да ну, Юль. Ты моего папу не знаешь. А если он узнает, что я на концерт собралась, так и вовсе накажет. Для него все музыканты - преступники и наркоманы.

- Жаль.

- Не говори. Но обещай познакомить меня со своим братом.

- Обещаю. – Улыбаюсь я. – Слушай, а как насчет того, чтобы устроить ночь ужасов?

- Это как?

- Ну, накачаем фильмы и будем щекотать нервы всю ночь. Но если не хочешь ужастики, можем посмотреть фэнтези или комедии.

- Нет, давай и правда лучше ужасы. Как насчет «Призраки в Коннектикуте»? Мне Захар его советовал, а я одна все не решалась посмотреть его.

- Давай. Я давно хотела пересмотреть этот фильм.

- Так ты его уже видела?

-  Конечно, я видела. Этому фильму уже столько лет.

- Тогда, может, что-то из новинок?

- Нет, давай все-таки его. Он один из моих любимых.

- Тогда, чур, не спойлерить. Потому что я его буду смотреть в первый раз. – Одноклассница усаживается за свой ноутбук, вбивая в поисковике нужный фильм.

Мой телефон оживает от мелодии входящего вызова. Внутри меня разливается приятное тепло, потому что эта мелодия стоит на моем любимом парне.

- Да, Глеб.

- Спускайся, я жду тебя в машине около подъезда рыжей.

-  Но, Глеб, я же с Наташей.

- Никаких, но. Подождет немного твоя Наташка. И поторопись, малышка. Я отпросился всего на полчаса. – Он сбрасывает вызов, не позволяя мне возразить.

С одной стороны, я очень хочу его увидеть и внутри меня приятное волнение в предвкушении встречи. С другой стороны, неловко перед подругой, ведь с тех пор, как у меня появился Глеб, мы стали редко видится с Фроловой вне стен школы.

Я сижу на краю кровати, задумавшись. Не зная, как мне поступить.

- Ну и чего ты расселась? – Хитро улыбается подруга. - Поторопись, малышка, у вас всего полчаса. -  Последнюю фразу Наташка произносит на манер Глеба, пытаясь скопировать его голос, а затем начинает задорно, смеяться, и я тоже к ней присоединяюсь.

- Ты, правда, не обидишься?

- Беги уже Никитина, я пока фильм скачаю. Но и если через полчаса тебя не будет... – Она не договаривает фразу, позволяя мне самой додумать, что Фролова со мной сделает. Подбегаю и в порывах эмоций чмокаю подружку в щеку.

- Спасибо тебе, дорогая. Ты у меня самая классная подруга. Через полчаса буду здесь как штык. Обещаю.

- И Юль, ты бы убавила свой динамик на телефоне, а то он кричит у тебя так, что все твои разговоры слышат окружающие.

***

Уже спустя пять минут выбегаю из подъезда. Глеб стоит, оперевшись спиной на машину, скрестив свои длинные ноги. Сегодня мой парень одет во все классическое. На нем: черное драповое пальто, темно-серые брюки и та самая белая рубашка.  Как же ему идет такой стиль. И почему он предпочитает больше спортивную одежду? Я невольно засматриваюсь на Глеба, пока иду в его сторону. Заметив меня, он улыбается и делает несколько шагов навстречу. И я замечаю, что в руке он держит тёмно-бордовую розу на длинном стебле, которую протягивает мне, стоит нам поравняться.

- Спасибо. – Улыбаюсь, вдыхая аромат цветка. Глеб наклоняется, чтобы меня поцеловать. К моему разочарованию, поцелуй заканчивается очень быстро.

- Ты что, пила? – Он удивленно приподнимает бровь.

- Да, выпили немного вина с Наташкой.

- Ясно. Пойдем в машину. На улице холодно, а ты без шапки. Заболеешь еще.

- Говорит мне человек, который даже не удосужился застегнуть свое пальто.

- У меня хороший иммунитет. – Берет меня за руку и ведет к своему серебристому BMW и, на мое удивление, открывает заднюю дверь. Усаживаюсь на кожаное сиденье, а Глеб обходит машину, открывает соседнюю дверь и опускается рядом со мной.

- Мог бы попросить меня просто пододвинуться. К чему было обходить машину?

- Может, я решил побыть джентльменом. – Ухмыляется парень и в его глазах пляшут озорные чертики.

Скажи мне, кто год назад, что Грачевский может быть таким милашкой. Ни за что бы не поверила.

- Иди ко мне, моя девочка, я очень по тебе соскучился. – Глеб забирает цветок из моих рук, перекладывая его на переднее пассажирское сиденье. И нежно целует в губы, постепенно усиливая свой напор. Заставляя пробудиться бабочек в моем животе. Не разрывая поцелуя, притягивает меня к себе так, что через мгновение оказываюсь сидя на его коленях.

Я не знаю, сколько проходит времени, прежде чем мы отстраняемся, чтобы глотнуть воздуха и, хотя бы немного усмирить бушующее в нас возбуждение. Тяжело дыша, Глеб зарывается носом в моих волосах и с шумом втягивает воздух.

- Мля, детка, как ты охрененно пахнешь. Я нереально кайфую от твоего запаха. – Непонятно от чего испытываю душевный дискомфорт и не сразу, понимаю в чем дело. Вроде бы как, мой любимый парень сделал комплимент. Но почему-то вдруг насторожилась. В памяти неожиданно всплывает эпизод с дня рождения Мартынова. То, как Грачевский целовал другую девушку (кажется, ее звали Тасей) и называл ее деткой. А до нее так называл еще множество девушек. И от этих мыслей все внутри сжимается от ревности.

- Глеб, не называй, пожалуйста меня так больше.

- Как? – Шепчет он мне в ухо, обжигая его горячим дыханием.

- Деткой. - Неуверено произношу я.

- Почему?

- Потому что когда ты так говоришь, то чувствую себя очередной твоей временной девчоночкой.

- Юлька, ты же знаешь, что это не так. Но если тебе не нравится, то не буду. – Все так же шепотом произносит он, прикусывая мочку моего уха.

Вздрагиваю от острых ощущений, что волной прокатываются по моему телу, и резко сжимаю свои бедра. И кажется, мой парень это замечает. Я не вижу его лица, но все равно чувствую, как он беззвучно ухмыляется.

- Тише, ведьмочка. – Произносит он своим пониженным сексуальным голосом. – Не нужно так вздрагивать. Это всего лишь я.  И я тоже очень тебя хочу. – От этих слов мои щеки пылают жаром. Не знаю почему, но стесняюсь того, что Глеб догадался о моем желании. – Расслабься, Юль. Перекинь через меня одну ногу. Я хочу смотреть в твои красивые глаза.

Выполняю его просьбу, оказываясь верхом на его крепких бедрах, прижимаюсь своим лбом к его и зажмуриваю глаза. Чувствую еще большее смущение, когда ощущаю между своих ног его возбуждение.

Целую любимые губы, отвлекаясь от откровенных фантазий, что без разрешения лезут в мою голову.  Прижимаясь к парню и невольно ерзаю, пытаясь поудобнее разместиться на его коленях. Глеб, морщась, ловит меня за бедра, и я замираю.

«Блин! Кажется, я ему кое-что прижала»

- Прости, если сделала больно. Я не специально.

Грачевский смотрит на меня игриво, закусывая нижнюю губу. В том месте, где у него когда-то был пирсинг.

- Ну что ты, Юлька. Мне не больно. Но если ты и дальше продолжишь так ерзать на нем – кивает в сторону ширинки – то я, кончу.

- Извини. - Опускаю голову, прячась за своими волосами. А он приподнимает мой подбородок, держа его между большим и указательным пальцами. Смотрит в глаза, словно пытаясь в них что-то прочитать.

- Моя девочка… – Нежно произносит эту фразу. – Мне так нравится, когда ты смущаешься. Если бы ты знала, как тебе идет этот румянец.

Вновь ловит мои губы своими, а затем оставляет влажную дорожку поцелуев от виска до подбородка. Запрокидываю голову, открывая доступ к шее. Чувствую, как расстёгивает замок моей куртки и инстинктивно прикрываюсь, скрестив руки на груди, когда вспоминаю, что под ней на мне одет только пеньюар. Я так торопилась, выбегая из квартиры подруги, что натянула на себя только куртку и спортивные штаны поверх пеньюара. Да на мне даже лифчика нет! Я же не собиралась не где раздеваться. И уж точно не предвидела такую ситуацию.

Глеб убирает мои руки в стороны, крепко сжимая их за запястья, блокируя очередную попытку прикрыться. И грязно выругивается, откидываясь на спинку кресла, когда видит, во что я одета. Нахально и без стеснения разглядывает, блуждая по тонкому кружеву своим голодным затуманенным взглядом.