Отягчающее обстоятельство (СИ) - Богдан Аида - Страница 11

— Да, у другана вчера днюха была, он проставлялся. До утра с ним куролесили, а сейчас трубы горят, не могу. Слушай, выручи, а? Займи 200 рублей, я с первой же получки отдам. вчера только на новую работу устроился.

— А со старой работой что? Попросили?

— Нет, сам уволился, ещё не хватало за копейки на них горбатиться. Я себе цену знаю.

— И какова твоя цена, Саня? Сколько ты стоишь?

— Да уж не продешевлю, Денис, будь уверен. А ты с какой целью интересуешься? Или тебе работник требуется?

— Может и требуется, но ты же говоришь, что уже устроился.

— Это не проблема, если что, я быстро уволюсь, ты только свистни.

— Работай, я пошутил. Хотя, могу дать тысячу, если скажешь правду.

— Какую правду, Дэн?

— Скажи, только честно, у тебя с Любой правда что-то было или ты соврал тогда?

— Надо же, столько лет прошло, а ты всё никак не успокоишься. Так и быть, скажу, но не за тысячу.

— А сколько ты хочешь? Две, три?

— Давай пять и разбежимся.

— Согласен, но смотри, мне нужна правда.

— Только деньги вперёд. И ещё, давай договоримся, без мордобоя. В конце концов, ты и сам был рад уйти к своей Диане.

— Не боись, раз уж тогда не тронул, то и сейчас нет смысла бить тебе морду. Да и прав ты во всём, я бы всё равно ушёл. Возьми деньги и рассказывай.

После беседы с соседом Дэн поехал домой к бывшей тёще. Как и обещал, он не стал марать руки о Санька, Бог ему судья. Самое главное, тот сказал, что Любаша никогда его не предавала. Татьяна Михайловна встретила бывшего зятя неласково и даже на порог не пустила.

— Я пришёл с миром, хотел поговорить о сыне. Может Любе помощь какая нужна?

— Ишь ты, благодетель какой выискался, вспомнил о сыне, спустя четыре года.

— Да, виноват, и признаю это. Просто скажите, чем я могу помочь? Знаю, что Любаша не примет от меня ничего, может через вас я могу хоть что-то сделать для сына?

— Уходи подобру поздорову, не о чем нам разговаривать, слишком поздно ты спохватился. Да и вообще, Севка не твой сын, у него есть отец.

— Зачем вы так, Татьяна Михайловна? Я же просто предложил свою помощь, хотите вам чем-нибудь помогу.

— Ни мы, ни семья моей дочери в твоей помощи не нуждаемся, муж Любы хорошо зарабатывает, — на этих словах женщина захлопнула входную дверь.

Денис не поверил её словам. Несмотря ни на что, он не собирался причинять бывшей жене вред, действовать через суд или предпринимать какие-то действия против. Тем не менее, мужчину окрыляло знание того, что у него есть сын, и уже этим он был счастлив.

Тем временем, на полученные от Дэна деньги Саня купил денатурки, хотя мог купить пойло получше. После опохмела он уснул, чтобы больше никогда не проснуться, в кармане лежали смятые купюры. Оставшиеся деньги достались тому самому другу, что нашёл его холодное тело.

Вчерашний именинник благоразумно обшарил карманы Санька и только после этого вызвал полицию. Смерть ханыги подозрений не вызвала, а его неприватизированная квартира досталась государству.

После разговора с Денисом Татьяна Михайловна позвонила дочери и рассказала обо всём без утайки. В сердце Любаши поселилась тревога и предчувствие беды. Дэн запросто мог попытаться отнять у неё сына.

А потом случилось то, что и вовсе поставило всё с ног на голову, Любе стало не до бывшего мужа и его необоснованных претензий.

Глава 11 Не телефонный разговор…

Оставшиеся дни отпуска Любаша с мужем и детьми провели в Туапсе на Чёрном море, куда поехали дикарями. Отдых пошёл всем на пользу, домой они вернулись накупавшимися, загорелыми и счастливыми.

Любе удалось выкинуть из головы все дурные мысли и переживания, связанные с Денисом. Почему-то она была уверена, что их встреча добром не кончится. Геннадий успокаивал жену, говорил, что всё будет хорошо, и она конечно же ему верила.

Люба чувствовала себя за мужем, как за каменной стеной и поэтому быстро забыла обо всём, что её тревожило. А потом обоим супругам стало не до этого. Беда пришла откуда не ждали, всё померкло на фоне того, что случилось уже после отпуска.

Во время прохождения ежегодной медицинской комиссии у Гены обнаружилось заболевание сердечного клапана. Молодой врач-кардиолог услышал странные шумы в сердце и послал его в кардиологический центр на дополнительные исследования, в ходе которых диагноз подтвердился.

О допуске на работу не могло быть и речи. Мужчине требовалось срочное оперативное вмешательство, счёт шёл уже даже не на месяцы, а на дни. Очередь на операцию была огромной.

Люба подняла на уши всех своих знакомых, кто имел хотя бы отдалённое отношение к медицине. Помочь быстро и эффективно могли как у нас в стране, так и заграницей, но это стоило баснословных денег, которых у них отродясь не было и быть не могло.

Геннадий хорошо зарабатывал, на жизнь хватало за глаза, но особых накоплений не было. Где обычным людям взять огромную сумму, превышающую их годовой семейный бюджет в несколько раз?

Люба была охвачена паникой и удивлялась хладнокровию и спокойствию мужа. Впервые Геннадий столкнулся с тем, с чем не мог совладать, но при этом сохранял невозмутимость, стараясь не расстраивать жену.

— Доктор сказал, что промедление смерти подобно, а ты так себя ведёшь, будто ничего не происходит.

— А что толку паниковать, Любаша? Разве от этого что-нибудь изменится?

— Ну не сидеть же просто так? Надо хотя бы что-то делать.

— Согласен надо, но что именно?

— Пока не знаю, только нельзя опускать руки. Мы обязательно найдём нужную сумму, вот увидишь.

— Где, Люба? На дороге такие деньги не валяются.

— Да, не валяются, но в конце концов, мы можем взять кредит в банке под залог моей квартиры, она ведь круглый год пустует.

— Нам всё равно не дадут нужной суммы. Да и чем потом отдавать будем? Я не скоро встану в строй, а твоей зарплаты нам попросту не хватит.

— Тогда давай продадим обе наши квартиры, твою и мою.

— В этом случае нам тоже не наскрести столько денег, но даже если всё получится, где мы потом будем жить? Переедем всем гамузом к твоей маме и Владлену Аристарховичу?

— Почему бы и нет, они будут рады нам помочь.

— Ну уж нет, старики этого точно не заслужили.

— Хорошо, а что тогда ты предлагаешь?

— Предлагаю успокоиться и жить, как жили до этого. Всё будет хорошо, дождёмся, когда меня прооперируют.

— Спокойно сидеть и выжидать? Ни за что.

— У нас просто нет выбора.

— Выбор есть всегда.

Взяв в охапку медицинскую карту мужа со всеми анализами и исследованиями, КТ и МРТ, Любаша снова поехала к кардиологу. Глотая слёзы, она стояла в кабинете и слушала медицинские термины, которыми тот сыпал направо и налево.

Ничем новым он её не обрадовал, а лишь подтвердил, что операция Геннадию была нужна ещё вчера. Она спрашивала одно и тоже, пытаясь выяснить можно ли приблизить очередь.

— Скажите, а разве нельзя прооперировать экстренно? Ведь существуют же какие-то квоты?

— Если бы это зависело от меня, я бы приложил максимум усилий, но, к сожалению, ничем не могу помочь, все ждут и вам придётся ждать.

— А почему болезнь моего мужа не выявилась раньше? Он ведь ежегодно проходил медкомиссию?

— Не могу знать, что было год назад, возможно тогда всё было в норме. Так бывает, понимаете? Осложнение может быть связано с обычной ангиной или с чем-то ещё.

— Да, Гена этой зимой болел ангиной, где-то в середине февраля.

— Ну вот видите. Причина может быть в чём угодно, как правило, такие люди, как ваш муж, переносят свои болячки на ногах, отсюда и возникают все проблемы.

— Посоветуйте, доктор, что нам делать? Где искать деньги?

— Тут я вам не советчик. Вас уже поставили в очередь на операцию?

— Да, поставили, только неизвестно, когда она подойдёт.

Выйдя из кабинета врача, Люба шла домой и плакала. Ей и в голову не пришло обратиться за помощью к бывшему мужу. Зато мать Любы первым делом подумала о Денисе. Вероятнее всего, он откажет и это будет вполне объяснимо.