Сильнее времени (СИ) - Добрынина Елена - Страница 14

- Дядя, не сердись на меня. Я не могла с ним не поговорить. Он ушёл, мы поссорились.

- Я никогда тебе этого не говорил, но Асенька, ты слепа, ежели не видишь очевидного. Была бы ты дорога Ивану, разве ж ушёл бы он вот так?

Ася замотала головой, отказываясь верить в это.

- Ты не знаешь его, дядя. Не говори о Ване так. Мы просто поговорим, и он вернётся, я уверена.

Порфирий Георгиевич лишь горестно вздохнул.

- Ты пойдёшь со мной на ту сторону? - Осторожно спросила она и умоляюще посмотрела на старика. - Я бы хотела поговорить с Ваней, а потом съездить к отцу в имение. Я так соскучилась.

Порфирий Георгиевич ответил не сразу. С братом Алёшей он был в ссоре много лет. Гордость не позволяла ему ехать на примирение первым, но потом возникла мысль - а сколько там ему осталось? Не примириться перед уходом в вечность - большая ошибка. И скрипя сердце концертмейстер кивнул.

- Хорошо, вместе пойдём. Поговоришь и отправимся в усадьбу. Когда там у нас полнолуние? - Уже более спокойно спросил дядя.

- Ты самый лучший на свете! - Улыбалась счастливо Ася.

Не могла же она признаться, что боялась оставить его одного. Когда Цыган поймет, что кольцо - фальшивка, он обязательно придёт к ним. И если дядюшка будет один в тот момент, хорошим это ничем не кончится.

- Через пару дней. - Прикинула девушка. - Пожалуй, потрачу их на то, чтобы собраться.

В глазах её наконец загорелся огонёк.

- Егоза, - чуть слышно выдохнул концертмейстер и покачал головой. Как, впрочем, и все Тереповы - упрямые и своенравные.

***

Санктъ-Петербургъ, Россійская Имперія, 1912г. отъ Р.Х.

Николая одолела тоска. Слишком долго он надеялся и ждал ответ на своей запрос из ведомства. Вот и еще одна неделя миновала, а результата не было. Чувствуя себя беспомощным и загнанным в тупик, Николай ходил по канцелярии Сыскной полиции и совершенно не мог сосредоточиться на делах. Отец уже попенял ему намедни на то, как он вел дела, но Николая это никак не задело. Они ужинали всем семейством, и Павел Андреевич в присутствии остальных домочадцев распекал его за нерадивое выполнение обязанностей. В очередной раз Николай пожалел, что до сих пор не поговорил с отцом о возвращении в армию, так как решил дождаться-таки ответа на свой запрос. Но все шло к тому, что придется объясняться с батюшкой.

Промаявшись всю ночь, Николай проснулся с больной головой. Опять ему снились какие-то видения, он пытался вытянуть Аннет из трясины, а вокруг собиралась толпа, с осуждением глядящая на них.

Письмо Алексея Георгиевича Терепова застало Николая врасплох и знатно заставило поволноваться. Прежде чем вскрыть конверт и сломать именную печать Ильинский несколько минут взирал на него, словно гипнотизируя и пытаясь понять, что за вести ему принесет сие послание.

Плохое предчувствие подтвердилось, внося в душу офицера разочарование. Такого ответа он совершенно не ожидал получить. Алексей Георгиевич Терепов писал ему, что никак не может помочь Николаю, так как не понимает, о какой барышне идет речь? По словам графа, дочь его Ася Алексеевна находится с ним в имении, а больше никаких детей у полковника в отставке не имеется. Кроме того, брат его Порфирий Георгиевич бездетен, а родственников, которые бы имели в дочерях подходящую по возрасту и приметам девицу Анну, у Тереповых нет. Живут они уединенно и имение свое в Орловской губернии не покидают за редким исключением. В конце граф желал Николаю успехов в его поисках и просил передать почтение родителям.

Не выпуская из рук письма, Николай уставился в одну точку. Вошел Гнездилов, словно чуя, что к Ильинскому наведывался посыльный. На правах друга Александр Сергеевич взял из рук Николя листок и пробежался по нему глазами. Письмо не удивило его. Все-таки он верно чувствовал, что эта девушка не имеет отношение к графскому роду. Вензель, обнаруженный на распятии Николаем и ставший на допросе главным аргументом ее принадлежности к дворянской фамилии, сам стал для нее сюрпризом.

Даже в своем странном письме, которое Анна писала ему, она не упомянула о родстве с графом. У Гнездилова было всего два варианта, отчего так могло быть – или барышня не являлась племянницей музыканта и дочерью полковника, или же она, и вправду, явилась сюда каким-то невероятным образом из будущего. Тогда она могла и не знать, кто ее предки. Но этот вариант Александр Сергеевич отмел, ибо виделся ему во всем этом послании из будущего фарс и постановка. Только вот ради чего?

- Как вижу, тебя постигла неудача, друг мой? – Спросил сыщик.

Николай молча кивнул. Он совершенно не таким представлял себе ответ из Орловской губернии. В грезах своих Николай видел чуть ли не приглашение ко двору с обязательным благословлением на брак со своей дочерью Анной. Получалось, что Аннет никакого отношения к Тереповым не имеет? Но он же сам видел ее крестик. Кажется, тогда в кабинете перед визитом в театр она утверждала, что распятие – подарок дорогого человека.

Николай решительно ничего не понимал. Надежда найти зеленоглазую похитительницу его сердца таяла так же стремительно, как тают миражи в пустыне, как просыпается песок сквозь пальцы. Запрос по линии министерства уже не имел смысла, Николай понимал, что он ничего не даст. Где укрылась Анна оставалась загадкой. Да и Анна ли, усмехнулся он горько.

Глава 15. Дружеская переписка, осознанные сновидения и несостоявшийся разговор

Липецкая область, г. N., наши дни

Выйдя из архива, впечатленная находками Аня сразу же набрала Асе. Расставаясь, они обменялись телефонными номерами, чтобы в случае чего иметь возможность поддерживать связь. Аня шагала по знакомым улицам практически бесснежного города и беспрестанно звонила. Но аппарат был вне зоны действия, а абонент не отвечал. Пожав плечами, Аня решила набрать позже – помнила, какая ужасная связь в особняке на Галерной, сама же столкнулась со странностями, когда ее телефончик то не работал, то не ловил сигнал.

Зато сообщения от Андрея приходили с завидным постоянством. Ничего такого – просто дружеская переписка. В основном все сводилось к пожеланиям хорошего дня, шуткам и обсуждениям смешных новостей. Аня, увлеченная своими делами, могла не отвечать сразу же, ровно, как и Андрей, водивший по крышам и дворам-колодцам свои экскурсии. Но переписка была и с каждым днем она становилась все более крепкой, а тем касалась все более личных. Например, Аня с удовольствием рассказывала знакомому где они с мамой были днем или показывала фото города. Андрей так не откровенничал, но с удовольствием поддерживал с ней беседу. Общаться с ним было приятно. Он оказался умным и интересным собеседником. Правда, была одна странность, которая Аню преследовала, но девушка старательно заглушала нотки тревожности, поселившиеся где-то в глубине души. Ей казалось, что это душа ее противится общению с новым человеком, потому что никак не может забыть Ильинского. К Андрею было сложно придраться: он вел себя вежливо, писал в меру, шутил интеллигентно.

Аня знала, что это просто общение, но ей казалось, что так, в обществе, ей будет легче забыть Николая. Она всё так же остро чувствовала его присутствие во снах, но просыпалась уже спокойнее и быстрее получалось унять безумное сердце.

В одну из ночей Аня прямо во сне вдруг решилась поговорить с ним. Это походило на сумасшествие, но она так устала от одного и того же видения, что готова была поверить во все, что угодно. Аня прочитала где-то в соцсетях, что душа во время сна покидает тело и если практиковать осознанный сон, то можно брать информацию из общего информационного поля. А там нет ни прошлого, ни будущего.

Когда во сне она вновь тонула в вязком болоте, девушка вспомнила об этом.

- Николай! - Позвала она тихо и словно по волшебству ощутила знакомый запах табака и терпкий аромат одеколона.

- Ну наконец-то, ты со мной заговорила, - выдохнул он ей на ухо, обнимая. Ей вдруг стало так спокойно, что даже улыбнулась.