Чужие люди (СИ) - Ковалева Крис - Страница 87

- Ничего, - он рассмеялся, заметив мой прищуренный взгляд, - просто интересуюсь во сколько ждать жену с работы. Это запрещено?

- Что-то вы темните, Леон Тагирович, - хмыкнула я, поправив галстук на его шее.

- И в мыслях не было, София Игоревна, - серьезным голосом ответил муж.

И пока я отвлеклась на ненужные размышления о правдивости его слов, ловкие пальцы проворно нырнули под ткань моего шелкового халатика, я оказалась прижатой к столу его крепким телом и охнула, почувствовав значительное «напряжение» в районе ширинки.

Леон легко подхватил меня под бедра и рывком усадил на стол, расталкивая мои ноги и устраиваясь между них, продолжая исследовать горячими губами нежную кожу на шее.

Я рвано выдохнула, млея от его умелых ласк, но всё-таки собрала остатки разума и смогла выдать связную мысль, пусть и очень негромко.

- Ты опять не успеешь позавтракать, а у тебя встреча через сорок минут… - попыталась возмутиться, но вышло как-то совсем уж не убедительно. Я поплыла, как растаявшее мороженое.

- Ну и черт с ним, - отрезал муж, стаскивая с меня пеньюар с откровенным нетерпением.

На работу мы, естественно, собирались впопыхах после активных «физических упражнений» на всех плоскостях нашей кухни.

Кофе уже остыл и стал невкусным, я всё же выпила его на ходу, а вот завтрак пришлось отправить в мусорное ведро. Что ж, придется завтракать в ресторане в компании Коваля.

От этой мысли я скривилась, потому что этому засранцу только дай повод поиздеваться. Непременно отпустит несколько шуточек по поводу моего опоздания и всполошенного вида.

Одновременно натягивая на себя жакет и пытаясь застегнуть дурацкую застежку на туфле, я добродушно ворчала на Леона за то, что каждый раз он божится не приставать ко мне перед работой и каждый раз заканчивается именно так!

- Уверен, ничего страшного не случится, если ты немного опоздаешь.

- Ты ведь знаешь, что Коваль до безобразия пунктуален и всю плешь мне проест за это опоздание. Мы коллективно приучаемся к дисциплине, а я, по мнению Филиппа Богдановича, подаю плохой пример нашему персоналу, видите ли. Тем более, он и так на меня злится за вчерашнее, не хочу лишать его той самой последней нервной клетки...

- Я до сих пору диву даюсь, как вы вообще умудрились с ним спеться и открыть совместное дело, - качая головой, сказал Леон и пропустил меня вперёд. – Вы же оба упрямые, как бараны.

- Мы на пути к полной идиллии, - съязвила я и поцеловала мужа на прощание. – Люблю тебя!

Припарковав машину возле ресторана и чертыхнувшись вслух, потому как уже опоздала на целых пятнадцать минут, я буквально летела, перескакивая через ступени, пока кто-то неожиданно не остановил меня, поймав за руку.

Я обернулась через плечо и очень удивилась, увидев перед собой Анну собственной персоной в больших солнечных очках и шляпке. Машинально огляделась по сторонам, ища глазами прохожих, которые в случае чего могли бы выступить в роли свидетелей…

Что ей от меня нужно? Пришла мстить? Что можно еще ожидать от отвергнутой женщины...

- Я хотела поговорить, - заметив мое замешательство, сказала она и сняла очки одной рукой.

Её ледяные глаза враждебными мне не показались. Скорее печальными, что меня немного расслабило и привело в чувства.

- Я не просила Леона тебя увольнять, если ты об этом, и мстить тебе за ту сцену не собираюсь. Можешь быть спокойна. Мне не нужны скандалы.

Анна заторможено качнула головой, ища на моем лице намек на лицемерие. Было заметно, встреча со мной, как и сам разговор, дались ей ой, как нелегко. А я терялась в догадках, что ее всё-таки сподвигло на этот шаг?

- Я вчера много лишнего тебе наговорила и пришла извиниться за это, - не знаю, говорила она искренне или же из каких-то своих намерений, но я решила выслушать. - Леон - твой муж, я не должна была себя вести подобным образом и вообще… - на этом моменте она запнулась и тяжело вздохнула. - Я написала заявление по собственному, оно на столе у Леона. Больше я в вашей жизни не появлюсь, обещаю.

Я, признаться честно, опешила на мгновение и растерянно посмотрела на женщину. Ожидала от неё чего угодно, но только не подобных заявлений.

Да, со своей стороны я могла бы вмешаться и попросить Леона оставить всё как есть, но она бы всё равно не осталась. Я четко видела это в её глазах.

Анна приняла решение, которое в данной ситуации было единственным правильным. Хоть оно, наверняка, далось ей болезненно.

- Я не желала тебе зла и сейчас не желаю, - ответила я совершенно спокойно. – Я его очень люблю и дорожу, хоть ты и сомневаешься в моих чувствах. И, наверное, должна сказать тебе спасибо…

- За что? – Анна непонимающе хлопнула глазами, видимо, тоже обескураженная моим ответом.

Сейчас мы не вели себя как соперницы или заклятые враги. Первый раз за долгое время мы смогли наконец поговорить, как нормальные люди, наступив на собственную гордость.

- За твой совет тогда в ресторане. И за то, что не стала рушить наши отношения, даже не смотря на стойкую неприязнь ко мне. Я понимаю, что тебе это решение далось очень нелегко. Правда, спасибо.

Она еле заметно улыбнулась, кивнула и быстро спустилась по ступеням, цокая каблуками.

- Аня, - окликнула я негромко, смотря ей вслед, - надеюсь, ты будешь счастлива и обязательно найдешь свою любовь.

Она обернулась, махнула мне рукой на прощание и скрылась из виду, будто никогда и не было этой женщины в нашей жизни…

Я еще немного постояла на крыльце, приводя мысли в порядок и настраиваясь на рабочий лад, и вошла внутрь.

Девчонки-официантки толпились возле барной стойки, так как посетителей еще не было, и когда я проходила мимо, заметила по их лицам, что они чем-то сильно обеспокоены. Или, скорее, напуганы.

В зале негромко играла музыка, но даже сквозь неё с нашего кабинета отчетливо доносились гневные крики Коваля.

Твою ж...

Я влетела в кабинет и стала свидетельницей того, как Фил отчитывает одну из наших официанток. Молоденькую девчонку с выразительными глазами. Даже не представляю, что она такого могла натворить, чтобы разбудить в Ковале темную сторону.

Рада стояла, понуро склонив голову, и нервно теребила пальцами передник, даже не пытаясь себя защитить или как-то оправдать.

Очень опрометчиво с моей стороны было влезать в воспитательный процесс да еще и под горячую руку, но когда Коваль вынес окончательный вердикт, уволив Раду, я не смогла остаться в стороне, глядя на её дрожащие губы. Еще немного и девчонка точно разрыдается, а Фил женские слезы на дух не переносит.

- Так-так, Филипп Богданович, остынь немного, - ласково пропела я, положив руку ему на плечо. - Что случилось? Тебя на весь ресторан слышно.

- Это было последней каплей моего терпения! Пусть отрабатывает, как положено, две недели и ищет себе другую работу, - возмущенно взмахнул Фил руками, походя в этот момент на эмоционального итальянца.

- Простите, пожалуйста. Мне жаль, что так вышло. Я обещаю, что больше этого не повторится, - тихо проскулила Рада. - Мне, правда, очень нужна эта работа...

Фил опасно оскалился и, стараясь сохранить остатки своего самообладания, произнес:

- Я всё сказал. Уйди с глаз моих!

Рада виновато прикрыла веки и тенью выскользнула из кабинета под его пристальным взглядом.

- Фи-и-л... - осторожно, почти шёпотом позвала я, устраиваясь на краю стола.

- Софи, даже не начинай! Вот к чему приводит твоя чрезмерная доброта. Они на шею скоро сядут и ножки свесят! Неужели, ты этого не замечаешь?

- Да что стряслось-то, можешь ты объяснить?

Он резко развернулся ко мне лицом и стал на пальцах объяснять такие очевидные для него вещи.

- Я объясню! За неделю она умудрилась разбить пять тарелок, два бокала, окатить горячим кофе посетителя, а вчера вообще перепутала заказы! Про регулярные опоздания я даже не заикаюсь. Опять скажешь, что я несправедлив!?

- Может, у неё какие-то неприятности в жизни? Рада работает у нас не первый месяц и раньше такого за ней не наблюдалось... - предположила я, искренне желая разобраться в ситуации.