Гвардия Хаоса (СИ) - Акисс Ардо вин - Страница 169

— Кто? — спросила Ная.

— Глупый вопрос… Наш дядя. И другие такие же. Бывшие Гвардейцы. Если определение «бывшие» вообще можно применить в нашей ситуации… Кстати, а как ты выбралась из своей «кунсткамеры»?

— Меня вытащила Мэй. И я работала под ее началом, пока она не покинула «Стаю».

— Почему она ушла?

— Не знаю… Таким, как я, не положено знать подробности того, что происходит внутри семьи Богини Юга. Только слухи.

— Какие, например?

— Что она открыто выступила против нее… Подвергла сомнению ее авторитет.

— И теперь вы считаете, что она может стать куда лучшим лидером, чем Ичиро или Крэйн Столсанг?

— Она осталась после этого жива. Почему бы и нет?

— Отличный аргумент, — ответила Юрика с неприкрытым сарказмом. — Хотя… Учитывая все то, что я уже знаю о маме… Все же весомый, да. Есть что перекусить? Мы с Раном с утра без маковой росинки во рту…

Ная широко улыбнулась.

— Конечно. Но только если вы не вегетарианцы. Мы, арга, не можем без мяса.

— Не сомневаюсь, — сдержанно ответила Юрика, в очередной раз цепляясь взглядом за удлиненные клыки Наи. — Только поджарь его для нас немного, ладно?

— Нам, арга, никогда не понять вашу привычку портить свою еду, — вполне серьезно ответила Ная, и только едва заметная искорка в глубине янтарных глаз выдала ее настоящую реакцию на шутку гостьи.

— Просто оно так хранится дольше. И паразиты разные убиваются… У любителей сырого мяса порой такие дружелюбные соседи в кишках заводятся — до десяти метров и длиннее…

— Юрика! — в ужасе воскликнул Ранмаро, стремительно бледнея и зеленея.

— Я уже шестнадцать лет Юрика, и насмотрелась разного… Рассказать, как хирурги моего знакомого мальчишку-сыроеда спасали? Во-от такого вытащили…

— Юрика!

— Молчу, молчу…

***

Через час, оставив Ранмаро и Наю внутри квартиры, Юрика вышла на балкон. Посмотрела на небо, потом на городской ландшафт вокруг. Солнце уже зашло, появились первые звезды, но уличное освещение не спешило включаться, и немногие из окон окружающих ее домов горели светом электрических ламп.

— Дыра… — вздохнула Юрика и достала из кармана пачку сигарет. Щелкнула зажигалкой, сделала глубокий вдох и оперлась локтями об ветхие перила. Дерево опасно скрипнуло, но провалиться сквозь него и упасть она не боялась. Что для нее теперь восемь-девять метров высоты? Приземлится и даже не почувствует ничего… После встречи с дядей она стала гораздо сильнее, и ей пришлось испытать эту силу в бою. И Ирисса теперь с ней, защитит от чего-угодно — в разумных пределах, в которые, конечно, не вписываются Гвардейцы, но и этого более, чем достаточно.

Юрика поймала себя на мысли, что больше не чувствует себя обычным человеком. Прежде она просто считала себя отклонением от норм, своего рода уродкой, и мирилась с этим, обвиняя в несовершенстве весь остальной мир… Но не теперь. Теперь она знала, кто она, и пусть боль от этого знания была невыносимой, где-то в глубине души возникло — и не уходило ощущения покоя, которое дарило понимание своего пути в этом мире.

Она должна найти свою маму. Ришари.

Поток размышлений прервал Ранмаро, которому тоже взбрело подышать свежим воздухом. Хотя на самом деле он начал волноваться за сестру, но Юрика позволила ему объясниться первой версией. Выдохнула в его сторону облако сигаретного дыма и снова посмотрела на покрытые мраком трущобы.

— Ран… Ты помнишь, зачем мы здесь?

— Ищем маму, — ответил он после секундной заминки.

— Да, точно. Я хочу увидеть Мэй. Для меня это важно. И только. Стае Вальда она нужна совсем по другой причине, и если она им откажет, мы не станем ее переубеждать. Потому что это не наше дело. Нам нет дела до Крейна Столсанга и того, что станет с Судо, если он возглавит «Стаю». Это в принципе невозможно, потому что стоит только вернуться Ичиро или маме, и от него мокрого места не останется. Вся эта возня, в которую — вижу по глазам, не отрицай! — ты хочешь впутаться, и меня с дядей, Рией и Просперо заодно втянуть, не стоит выеденного яйца.

— За то, что происходит сейчас с Судо, ответственны мама и Ичиро, — ответил Ранмаро, нахмурившись. — Можешь смеяться, но я тоже чувствую себя ответственным за происходящее. Тем более, что я — Лэйт. Было время, когда голос представителя моего Дома значил больше, чем голос любого другого. Нам доверяли разрешение споров и конфликтов между другими Домами, приглашали арбитрами… В те времена, когда Лэйт были сотни. Когда кто-то обвиняет Великий Дом в преступлении, я чувствую себя обязанным разобраться…

— А ты не можешь отложить свой первый шажок на пути к возрождению славных традиций законников-Лэйт до другого раза?

— Могу, — Ранмаро пожал плечами. — Кстати, очень забавно прозвучало, когда ты сказала, что я хочу втянуть дядю в это дело. У меня такое ощущение, что когда он сам узнает обо всем, нам придется заняться решением этой проблемы.

— Он пообещал отвести нас к маме, — бескомпромиссно отрезала Юрика. Раздраженно выбросила недокуренную сигарету вниз, во двор, и крепко стиснула пальцами перила балкона, понимая, что Ранмаро прав. — Проклятье!

***

На ночь Ная предложила Ранмаро кресло в гостиной, а Юрике — диван. Парень помог ей разобраться с грязной посудой и выразил готовность помочь с чем-либо еще, пусть только попросит. Юрика понимающе хмыкнула, заметив в его глазах огонек повышенного интереса к четырехрукой арга, и даже ткнула его локотком под ребра, намекая сбавить обороты. Хотя Ная была действительно красива, ей и самой нравились удивительные раскосые глаза этой девушки. Не нравилось только, что в них за подчеркнутым равнодушием скрывалась искра взаимной симпатии к ее брату.

«Неприязнь к Великим Домам — это одно, а тяга к симпатичным мордашкам, видимо, совсем другое, — подумала Юрика, заметив, как эти двое «случайно» соприкоснулись кончиками пальцев. — Охренеть, они даже толком не знакомы, а в воздухе уже сплошные флюиды. Нет, не надейтесь, голубки, сон у меня чуткий. Обломитесь».

Похоже, ее взгляд оказался слишком красноречивым, и Ранмаро посмотрел на нее с непониманием, словно это кто-то другой только что слишком пристально разглядывал упругие достоинства хозяйки квартиры.

«Ран, какой же ты все-таки… Мужчина. Мог бы и постесняться при сестре».

— День был тяжелый, а завтра еще тяжелее будет, так что нам всем нужно выспаться, — сказала Юрика, устраиваясь на диване и накрываясь тонким покрывалом, предложенным Наей. — Всем спокойной ночи. И Ран… Если я услышу в темноте чьи-либо крадущиеся шаги в направлении спальни Наи, оторву суициднику… ноги.

Щеки Ранмаро залило ярко-алой краской, но ни один мускул на лице не дрогнул.

— У меня слух намного лучше твоего, сестренка, — ответил он ровным голосом, стараясь не смотреть в сторону Наи. — Можешь доверить мне безопасность этого дома.

— Ты уж постарайся.

— У меня тоже очень хороший слух, — чуть громче необходимого ответила побледневшая от злости Ная. — И если кто-то и прокрадется в мою спальню, то только с моего разрешения.

— Здорово, — широко улыбнулась ей Юрика. — Тогда я абсолютно спокойна за твою безопасность.

— Мне очень приятно, что дочь Богини Юга так беспокоится обо мне, — ответила Ная с иронией.

— О, сын Богини Юга беспокоится о тебе намного больше, — не без яда в голосе ответила Юрика и прикрыла ладошкой широкий зевок. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — Ная изобразила шутливый поклон и закрыла за собой дверь спальни.

Юрика проводила ее взглядом и обнаружила на себе еще более пристальный взгляд брата.

— Что это было? — с изумлением спросил он.

— Ничего особенного, — невинным голосом ответила девушка. — Просто я вспомнила кое-что, о чем ты, похоже, успел забыть.

— Что именно?

— Пару красавиц, которые, по твоим словам, ждут тебя в Фламби, — отетила Юрика шепотом.