Краш-синдром - Недоруб Сергей - Страница 31

Прицелился из автомата в фургон. Восприятие любезно показало кучу параметров машины, о которых я не спрашивал. Марка, грузоподъемность, модификации. Лучше бы мне сообщили, сколько внутри человек.

После первых же выстрелов по заднему колесу пошел дикий разброс рикошета, сопровождаемый искрами. Надо было проверить, чем это я оружие зарядил. Ну да ладно.

Фургон вильнул, начал неистово сигналить передним машинам, предупреждая об атаке. Похоже, что радиосвязи у них не было.

Я едва касался спусковой скобы, но чувствительность у нее оказалась не ниже, чем у педали спорткара. Магазин я расстрелял гораздо быстрее, чем планировал. Колесо, впрочем, разнес, однако фургон продолжал катиться, виляя задом.

– Эффективность твоей стрельбы, Лимитчик, оставляет желать лучшего, – оценил Чертанович.

– Спасибо, бро, – кивнул я. – Буду знать. Ты очень помогаешь.

Я сунул в «тисс» второй магазин, подавив желание взять другое оружие. В проблемах танцора тапочки не виноваты. Пора учиться работать с инструментами.

Следующими выстрелами я разнес капот фургона. Из отверстий повалил дым, белый до противного. Фургон заглох.

– Тормози, – быстро обратился я к торговцу, и наш внедорожник остановился.

– Жди, – велел я, выскакивая с автоматом наружу. Быстро подошел к фургону со стороны водителя, успев заметить, как неопознанное тело пропадает с одеждой, оставляя осиротевший руль и запах табачного дыма.

Эвейд. Посылка не здесь.

– Маяк пропал? – спросил я по рации, проверяя визуальный сигнал от визора.

– Так точно, – ответил Чертанович.

– Возвращаюсь.

Хотя караван из оставшихся трех машин уже набрал скорость, мы нагнали его быстро. Другое дело, что теперь между нами мчался ополоумевший трафик, напуганный выстрелами. Будь там одни НПС – все бы уже утихло. Но, похоже, там случайно затесался совершенно незнакомый нам игрок, ни в чем не повинный, не имеющий отношения ни к каким квестам. Он катался между нами и распространял вокруг себя солидный радиус вмешательства, не дающий этому сегменту игрового мира вернуться к копированию живой Москвы.

Просто поразительно, как мы хотели пару дней назад всей командой создать такой эффект нарочно – и как часто он стал мешать мне сейчас.

– Они разделяются, – сказала Камилла в ухо. – Передняя машина набирает скорость. Задняя замедляется и готовится к перестроению в правый ряд.

Дорогу накрыла быстро движущаяся тень, ниспадающая под углом. В поле зрения показался фиолетовый вертолет, с борта которого радостно смотрел медвежонок, приветственно машущий лапой, испачканной в меду.

– Шанталь, привет! – крикнул я.

– Привет, извини, что задержалась, – произнесла девушка в наушник. – Ты сказал про Винни-Пуха, и я вот решила кое-кого забрать по пути.

– Кого? – не понял я сразу, а потом догадался.

– Бурелом тут гогочет, – сообщила Шанталь. – В кабине шумно. Тебе, наверное, не слышно.

Закончим с текущей операцией – выберу лучшую вертушку Версианы и подарю девушке.

– Ближе давай, – скомандовал я Чертановичу и добавил в рацию: – Мы преследуем караван из трех машин! Если одна из них отделится – берите ее на себя! Мы ищем почтовую посылку. Бурелом сообразит, как она может выглядеть. Если не найдете – догоняйте другие машины.

Я открыл дверь на ходу, уперся ботинком в выступ на двери, привстал, опираясь на крышу внедорожника, прижал приклад автомата к плечу. Спасибо очкам – спасали от ветра. Третья машина в самом деле нырнула вправо, фактически ушла на обочину, где водитель, внезапно от души крутанув руль и утопив педаль газа в пол, резво устремился по дуге практически поперек полос – очевидно, собираясь помчаться в противоположную сторону по крайнему левому ряду, навстречу потоку. Я пропустил этого психа, поймал в прицел задние двери другой машины и начал стрелять.

Фиолетовый вертолет над головой пронесся в обратном направлении, преследуя отсоединившегося беглеца. Мне показалось, что из открытых дверей салона выглянула медвежья морда. Или то Винни-Пух продолжал улыбаться с рисунка. А возможно, то и другое – особенно если Бурелом решил закосплеить его улыбку.

Надо сказать, спокойствию окружающего трафика все это не способствовало. Один из участников дорожного движения случайно боднул нас и, будто извиняясь, сбавил ход, прячась за себе подобными.

И все же мои выстрелы произвели хороший результат – под днищем курьерской машины что-то сломалось, она затанцевала на дороге, чудом не врезавшись ни в кого. Затем ушла вправо, все же сбила по пути мотоциклиста и сошла с Кольцевой на грунт.

– Тормози! – сказал я, интуитивно чувствуя, что нам нужна именно эта машина. Вряд ли обладатель пакета ехал в первой или последней. Если он был в третьей – Шанталь с медведем справятся с ним. Но текущую, вторую, я должен был взять на себя.

– Чертанович, преследуй первую машину каравана, – сказал я. – И будь на связи.

Зачем я выбежал из внедорожника, подбегая к фургону сзади.

Раненый мотоциклист лежал под своим железным конем, протягивая ко мне руку.

– Помогите! – кричал он. – Пожалуйста!

Дернув щекой, я обернулся к нему и спросил:

– Ты игрок или нет?

Конечно, он не слышал вопроса. Ему было больно, кем бы он ни был. Чувствуя себя последней сволочью, я сделал единственное, чем мог помочь НПС: сбежал с места происшествия, оставив его на волю Версианы.

Оказалось, это все же был не игрок. Стоило мне отойти от него, как мотоциклист пропал и снова возник живой и здоровый в сотне метров впереди, верхом на двухколесном друге. Мысленно пожелав ему не встречаться ни с кем, похожим на меня, я подбежал к фургону.

До этого неизвестный водитель честно пытался завести его снова. Затем, очевидно, заметив меня в зеркале заднего вида, он открыл дверцу и вышел наружу. Я прицелился в него – и решил, что приклад чересчур сильно ударил меня по голове.

Передо мной стоял измученный игрок, часто и жарко дышащий. В руке он сжимал знакомый почтовый пакет.

– Лайм, – произнес я. – Это ты?

Это действительно был он. Шестой игрок бета-теста.

Я невольно опустил автомат.

Внезапным движением Лайм швырнул в меня монтировкой, ударившей в жилет. Затем обежал корпус машины и ринулся в дебри Лосиного острова.

Глава 18

Посылка

– Лайм! – кричал я. – Лайм, стой!

Он не слышал меня. А если слышал – то не собирался останавливаться. Возможно, мне следовало сразу побежать за ним. Но я задержался, чтобы наскоро заглянуть в фургон и убедиться, что больше там никого нет. И посылки тоже. Лишь ровные ряды ящиков, воняющих кормом для животных, долго постоявшим на солнце. Я даже не разобрал, каких именно животных, но в происхождении специфичных запахов не сомневался.

Рядом притормозил незнакомый НПС на синей «Калине». Из открытого окна показалась широкая морда.

– Друг, дай стрельнуть разок! – крикнул толстяк, показывая на укороченный автомат в моих руках.

Московские понты сейчас мне были ну совсем не в тему. Не обращая внимания на толстяка, я побежал в лес. Почему-то мне было очень жалко оставшийся без водителя фургон с кормом. Через секунду он сэвейдится, если толстяк не разворует ящики. Даже не знаю, куда Лайм собирался доставлять этот груз вместе со свертком Тимура. Вероятно, он продолжал вкачивать свое лесничество и все, что с этим было связано. Я же ничего не понимал в данной тематике, и это значило, что Лайм способен предоставить мне немало сюрпризов.

Первый из сюрпризов я встретил, когда углубился в лес достаточно, чтобы МКАД скрылся из виду. Я оказался в глухом лесу, где деревья росли по известным им одним правилам. Их устанавливала природа, а Версиана лишь аккуратно переносила эти правила в игру. Разбаловали меня, однако, столичные парки, где все давно рассажено, как по шахматам. В последнее время подобного регулирования природы человеком стало только больше. Даже Москве не спастись от его вмешательства.