Сделка с Прокурором - Шевцова Наталья - Страница 63

- Серьги Лиз, на которые ты обратил внимание в ресторане, - смущенно признался наследник рода Марано. - Ты был прав. Это те самые серьги, рубины для которых, согласно преданию, Мара создала из собственной крови.

- То есть, прямо сейчас в доме Галлези находится ценнейший артефакт и символ вашего рода? - усмехнулся префект. - Ну, что ж вполне себе такой совершенно ничего не значащий, а просто заботливый поступок в отношении Лиз. И очень ответственный, в целом!

- Лёд, вот только не звучи как моя мать! Тебе это не идёт! Я отправлял беззащитную, да ещё к тому же довольно безрассудную женщину в логово хищника, разумеется, я стремился обезопасить её настолько, насколько мог! А что может быть лучше пары камней, позволяющих мне поддерживать с ней связь, где бы она ни находилась вне зависимости сложности и прочности наложенных на неё и вокруг неё защитных чар?

- Так, а я чё спорю? - показал на себя Всеволёд. - Я не спорю? Я, правда, никогда не слышал, чтобы эти серьги вообще когда -нибудь покидали вашу семейную сокровищницу. Зато я слышал, что тот, кому кто-либо из Марано отдаст их добровольно - автоматически становится их полноправным владельцем. И ещё я слышал, что как ма -аленький дополнительный бонус, совсем, совсем ма -а-алюсенький та -акой, - префект продемонстрировал большим и указательным пальцем какой малюсенький, - этот кто-то также может забрать магическую силу дарителя. И всё, что для этого нужно - это щелкнуть пальцами и сказать «хочу»! И всё - дар исконного владельца перейдет в новые руки, так сказать... Марано - ты не придурок, ты идиот, влюблённый идиот! И помоги нам Мара, чтобы Лиз оказалась достойна твоего доверия! Потому что иначе.

Лицо Марано из слегка смущенного вдруг стало решительным и жёстким. И тон был ему под стать.

- Ты считаешь, что женщина, которая, не задумавшись ни на секунду, пожертвовала молодостью, даром и жизнью ради сотни совершенно незнакомых ей людей - способна на подлость? - запальчиво резко и напористо-едко поинтересовался он. - К тому же, Лиз ничего не знает о малюсеньком, как ты выразился, дополнительном бонусе.

- Эди, речь не обо мне, а о тебе. Просто, Эди, порой ты склонен слишком увлекаться. -Всеволёд вздохнул, подбирая слова. - Я о той же Юджинии, например. Мы все видели, что она из себя представляет, но только не ты.

- Конечно, помню! - окрысился Марано. - Потому что вы все не устаете мне о ней напоминать! Но Лиз - не Юджиния!

- Согласен, - пошёл на попятный Всеволёд. - Лиз и на самом деле не Юджиния. Должен признать, что и мне Лиз нравится. - глаза Марано округлились и заморгали, правая бровь задёргалась. - Как человек, разумеется, - тут же оговорился префект. - Не как женщина. Хотя она и как женщина, конечно, тоже весьма привлекательная, но я женат и люблю свою жену...

- Лёд, переходи к сути! - закатил глаза Марано.

- Ты хочешь сути. Хорошо! Суть в том, что Лиз когда-то любила Галлези. Очень любила, насколько я понял. И в данный момент Галлези решительно настроен вернуть её любовь. И если ему это удастся, то.

- Я услышал тебя, Лёд. И понял ход твоих мыслей. И всё равно считаю, что рубинам Мары, как и мне, ничего не угрожает. В худшем случае, Лиз просто вернёт мне их и всё, -в голосе мужчины звучала настолько непоколебимая уверенность, что его собеседнику не оставалось ничего другого, кроме как сменить тему.

- Я правильно понял, что у тебя есть план, как вернуть Элизабет дар?

- Да, - кивнул Марано. - У меня есть план. Я хочу поговорить с Лиз и предложить ей предстать перед судом Макоши. Шанс, конечно, невелик, но учитывая то, что Лиз израсходовала данный ей при рождении магический дар, во имя спасения человеческих жизней, то, возможно, Макошь вернёт ей его назад.

- Ты что, на самом деле, веришь в сказки, которые рассказывали нам наши прабабки? -искренне озадачился префект.

- Не доверяй, но проверяй, знаешь такое?! - подмигнул Марано.

- С тобой и не такое узнаешь, - буркнул, закатив к потолку глаза Всеволёд. - Но, моё мнение, ты только зря потеряешь время!

- Можно подумать у нас, покойников, много дел? Насколько я понимаю, у нас только одно дело, лежи себе смирненько, да терпи череду зевак, часть из которых пришла, чтобы убедиться в том, что я действительно мёртв, часть, чтобы на халяву выпить да закусить, а часть, чтобы не потерять благосклонность моей матери. Однако благодаря тому, что у меня есть статист, мне и этого делать не надо! Более того, если я прогуляю собственные похороны, то этого никто не заметит, а если таки объявлюсь на них, то заметят все! Вот и получается, что у этого покойника, - указал Марано на себя, - сегодня более чем полно свободного времени, которое было бы очень неплохо чем -то занять! А если учесть, что и Лиз в данный момент без сознания, то есть тоже вполне свободна, то, на мой взгляд, просто грех - упустить столь удачное совпадение обстоятельств и не отправиться с ней вместе в бессознательное! Что же касается Марадебулье, то пока он не посетил мои похороны и лично не убедился, что я таки мёртв - то к нему соваться нецелесообразно.

- Да, ты Марано... - криво усмехнулся префект и с выражением, сказавшем другу больше, чем самые многоэтажные, живописные и колоритные матерные ранги, титулы и звания закончил, - на ре-дко-сть хо-ро-ший юрист!

Глава 41

Элизабет не знала, как долго она уже бродила по бескрайним просторам этого неведомого ей сурового, равнодушного и пустынного края. Как не ведала и того, как она здесь оказалась, где именно она оказалась, почему она здесь оказалась и как ей вернуться назад.

Неправдоподобно огромные луны заливали своим серебристо-сизым светом засыпанную снегом равнину, и оттого девушке казалось, что под её ногами хрустит не снег, а алмазная россыпь.

За всё то время, что она шла, не зная куда и откуда, не было ни единого дуновения ветерка, ни вообще чего-нибудь, чтобы хотя бы отдалёно напоминало движение, напоминало жизнь...

Она уже бесконечно долго шла по бескрайней заснеженной равнине, а ночь даже и не думала заканчиваться. В чёрном небе за ней пристально наблюдали всё те же меланхоличные луны и вместе с ними мириады далёких неподвижно -застывших, как будто бы примерзших к одному месту, звёзд.

Несмотря на морозную погоду, Элизабет не было холодно. Хотя должно было быть, поскольку одета она была явно не по погоде. На ней, по-прежнему, было то самое лёгкое платье с коротким рукавом, в котором она была в ресторане. Более того, она была обута в

те же самые туфли на невероятно высокой шпильке, что и в ресторане. Однако туфли её не скользили, не утопали и не застревали в снегу, потому что... вдруг с ужасом осознала она, её ноги не касались поверхности земли!

- Ох, растуды-сюды твою метель, да я же парю! - скорее возмущенно и досадливо, чем испуганно и недоуменно констатировала девушка. - Я парю над поверхностью земли! Над поверхностью очень странной земли. Бесконечно долгое время. И при этом я не чувствую ни усталости, ни холода, ни жажды, ни голода. И за мной, словно зомби конвой, наблюдает целый отряд лун.

Как же я сразу не догадалась! Всё это означает только одно. Я больше не среди живых. Я в царстве мёртвых.

Но почему зима? Почему ночь? И почему эти жуткие зомбо-луны неотступно следуют за мной? Может и, правда, конвоируют? Нет, не похоже. Скорее, просто наблюдают.

О богиня! Вдруг озарило девушку. Зима. Ночь. Одиночество. И. это никакие не зомби. Это дасу! Я в аду!

А как же сначала суд, затем приговор, и только потом, если меня признают виновной, наказание?!

Или у вас здесь не так?! Эй, кто здесь главный?! Ану отзовись! Я хочу знать, почему меня сразу же наказали?! Разве у меня нет никаких прав?! Я требую апелляцию! И адвоката! Только не Лесли, пожалуйста, - тут же оговорилась она. - Другого адвоката, который, как и я, парил бы уже над землёй, а не всё ещё ходил по ней.

Эй, вы там, наверху! Да будьте же нормальными богами и богинями! Отзовитесь! Ну хорошо, нельзя адвоката, - в надежде, что ей ответят взаимностью, решила она пойти на уступки первой, - тогда дайте хотя бы какой -нибудь знак, хоть какое-нибудь объяснение! Эй боги, ну будьте же людьми, пожалуйста!