Вдох. Сердце Севера (СИ) - Сагал Лейа - Страница 10

Сания царапала грудь мужчины, отбрыкивалась, кусалась, но Аксель лишь порыкивал на неё, усмиряя. И это странным образом усиливало пожар в ее животе. То, что мужчина хочет ее, девушка ощущала весьма явно.

Аксель поймал летящую ладошку в нескольких сантиметрах от своей щеки.

— Не бей и не смей мне грубить, Сания, — низким голосом прохрипел, возвращая руку себе на грудь.

Глава 8. Последствия

Сания же взвилась моментально. Он что, хочет, чтобы она была как те — глазки в пол, руки перед собой?

И, не смотря на все запреты и возможные последствия, ударяет его силой.

Предугадав что-то такое по вспышке злости в её глазах, Аксель не отпускает девушку и они вместе достаточно неловко делают пару шагов назад в сторону стола и падают. Мужчина смягчает падение собой, чтобы тут же перевернуться и оказаться сверху.

— Я тебя предупреждал, — сжав запястья одной рукой и удерживая их над головой, низко опускается к шее Сании.

Девушка брыкается, сопротивляется, но он тоже знает способы, как удержать её. Придавливает не только своим весом, но и фиксирует бедра Сании своими голенями. Больно, да, но:

— Успокойся, — шепчет ей в ухо.

В ответ в её удерживаемой ладошке разгорается очередной искрящийся шар. Чувствует, как под рукой дёргается все её энергетические каналы.

— Сания, ты себе только хуже делаешь, — нависает над ней.

Туман в голове понемногу рассеивается и теперь надо говорить.

— Да пошёл ты, — выплевывает девушка.

— Аксель, дорогой, к тебе можно? — дребезжит за дверью старушачий голос, сопровождаемый постукиванием палки.

Сания расслабляется.

— Он сейчас к вам выйдет, бабушка Ке, — кричит, чтобы её услышали, — слезь с меня, — шипит уже мужчине.

— Так это ба тебе рассказала? — Аксель не шелохнулся.

— А что именно тебя в этом не устраивает? — снова взъярилась Сани.

Он ещё недоволен, видите ли!

Аксель осторожно встал, протягивая руку, чтобы помочь, но та, конечно же, осталась проигнорированной. Не глядя на него, Сания шагает к двери.

— Бабушка Ке, проходите, — любезничает со старушкой, поддерживая её за руку, — вот ваш внучек, полностью в вашем распоряжении.

— Спасибо, дочка, спасибо.

Как только бабушка оказывается в кабинете, Сани быстрым шагом уходит в комнату.

— Сани! — Аксель идёт за ней и девушка переходит на бег.

Захлопывает дверь прямо у того перед носом.

— Открой, Сани! Давай поговорим, — стучится мужчина.

— Да пошел ты, — замахивается цветочным горшком с подоконника и со всей дури швыряет в дверь, — К ЧЕРТУ!!!

На удивление с той стороны все тут же затихает и девушка заученным движением блокирует замок.

Бросок, удар и последующая тишина опустошают настолько, что она без сил падает на колени. Самое ужасное, что ей некуда идти, не к кому обратиться за помощью, и у неё нет передатчика, чтобы позвонить! Ощущение беспомощности, ненужности, предательства со стороны друзей раздавливает окончательно и она распластывается на полу, придавленная этим грузом. Очень тяжело дышать, непролитые слезы колом стоят в груди и, кажется, даже сердце замедляет свой бег. Потолок над головой начинает кружиться, засасывая в свою беспроглядную тьму и она то ли теряет сознание, то ли засыпает от бессилия.

После удара чем-то тяжёлым с той стороны, Аксель понимает, что разговаривать сейчас бессмысленно. Поставив у двери стражника, который должен был внимательно прислушиваться к происходящему в комнате и докладывать обо всем, возвращается к бабушке. Он её очень любит, свою бабушку Ке, но сейчас слушает вполуха и отвечает машинально. Так же на автомате провожает её в комнаты и возвращается к себе.

Что не так? Ну вот что не так?! Девушки Севера были бы только рады такому предложению. Кэрита до сих пор тенью ходит за ним, безмолвно о себе напоминая. Да что там девушки Севера, сколько с большой земли их вешалось на него! И вот только Сания сопротивляется всеми руками и ногами. Аксель усмехнулся.

На Севере бытует мнение, что за каждым великим воином, стоит сильная женщина. Что ж, если он все таки завоюет Санию, то просто обязан стать величайшим.

Просит Ярика, стоявшего у входа в кабинет, вернуть своих командующих и углубляется в дела.

Заканчивает около полуночи и первым делом идёт к комнате Сании. Молча кивает на дверь.

— Все тихо, вар Аксель, — докладывает Шорин, — ни звука. Если честно, даже странно.

Аксель хмурится.

— Почему так думаешь?

— Ну, понимаете, мы когда с моей Торбертой немного ругаемся, она потом долго ещё отходит. Бурчит там, ходит громко. Здесь же слишком тихо.

Аксель посмотрел на взрослого мужчину и по спине пробежала холодная колючая волна. Это было слишком странно даже для Сани.

— Сани! Открой! — громко стучит в дверь, — просто скажи, что с тобой все в порядке и я уйду!

Даже не скрипнуло ничего в ответ. С нарастающей, как снежная лавина, тревогой, Аксель попробовал дверь на прочность. Добротная, кто бы сомневался.

— Сани! Если ты там — отойди, я сейчас выбью эту чёртову дверь! — предупредил и сам отошёл на несколько шагов.

Он весь засветился холодным голубоватым огнём, разбежался и вышиб деревянное полотно ногой.

Первое, что почувствовал — холод, словно окна были открыты настежь. Под сапогами что-то хрустнуло и заскрипело — осколки горшка скорее всего. Шорин запустил в комнату несколько шаров, чтобы осветить комнату.

— Сани!

— Ох ты ж Белые Боги…

Девушка, свернувшись в комочек на полу, то ли спала, то ли была без сознания, и явственно дрожала. Синие губы, бледная кожа и тёмные синяки под глазами настолько напоминали мертвеца, что если бы не эта дрожь, Аксель подумал бы именно так. Он в два резких шага оказался рядом с ней и поднял, прижимая холодное тело к себе.

— Комнату закрыть и вызвать сюда целителей, пусть все почистят. Меня не тревожить.

И прошёл к себе.

— Сани, — попытался растормошить девушку.

Белое облако уже охватило их полностью, когда он укладывал её на кровать. Быстро стянул с себя одежду, оставаясь в одном нижнем белье. Санию раздел с трудом — она все время пыталась сжаться и стонала, когда он разгибал руку или ногу. Боясь причинить боль, в итоге просто все разорвал и сбросил на пол. Прижал, насколько это было возможно, к себе, сам заходясь мурашками от ее ледяных ладошек. Укрылся всеми одеялами и покрывалами, что нашлись в комнате.

Она балансировала на грани, не делая шага ни в ту, ни в эту сторону. И тогда Аксель начал ей рассказывать об их первой встрече, о том, как постепенно влюблялся в нее, о том, что просто не может её сейчас потерять, когда она так близко. Он просто не сможет жить без неё, не сможет смотреть на других женщин и не будет у него наследника. А для будущего правителя наследник очень важен.

Ещё он просил прощения. За то, что все так обернулось, что он сам не рассказал сразу. Это, конечно, должен был сделать он, как-нибудь красиво, предупредительно, чтобы новость не была для неё шоком. А не бабуля, хоть она это сделала и не со зла.

Исцеление и тепло постепенно делали свое дело и Сания дрожала все меньше и меньше. В коридоре слышались шаги, пару раз кто-то подходил к двери, видимо, прислушиваясь, но стучаться не решались. Схлынувшее напряжение оставило после себя усталость и сам разморенный теплом и собственным бормотанием, обнимая мирно посапывающую любовь, Аксель тоже уснул.

Глава 9. Затишье

Сознание возвращалось медленно, словно поднималось вверх через тьму болота. Сания ещё не понимала, где она, лежит она, сидит или стоит, и первым её ощущением в этом пробуждении была легко поглаживающая пальцами рука на спине. Реальность, где она висит подвешенная за запястья, с закрепленными к земле ногами, ворвалась в голову и она задергалась, пытаясь выбраться.

— Тихо. Тихо-тихо-тихо-тихо.

Но…это не был голос Кауча. Тому голосу, который звучал, она инстинктивно доверяла, хотя ещё не осознавала, кому он может принадлежать.