Клан Разящего Когтя (СИ) - Голубина Елена - Страница 36

— Слушай, Дарк, — в голову, вдруг, пришла мысль о том, что черноволосый с криминалом связан, а значит, должен что-то знать, — а кто такие Сеятели смерти?

Дарк стал внезапно растерянным, но на вопрос ответил:

— Криминальная группировка, бандитский клан. Очень влиятельный. Почему ты спрашиваешь?

— Да так, интересно — имеет ли к ним отношение наш искомый колдун.

— Если он осмелился упомянуть их. Пусть даже, продемонстрировав знак клана в своей иллюзии, то теперь он точно будет иметь с ними дело. — как-то зло усмехнулся Дарк. — Чтобы угрожать Сеятелям смерти нужно быть глупцом, на коего Шакал не похож, или иметь прочное основание и влиятельную поддержку.

— Светлый маг ему помогает, — я обрисовала рукой иллюзию вокруг нас, — да и не думаю, что так просто было провернуть всю эту аферу всего лишь одному колдуну, будь он хоть сто раз гением.

— Я согласен, — кивнул Дарк, прижав меня сильнее, — есть мысли, детектив?

— Пока еще стажер, — напомнила я, признавшись себе, что близость Дарквуда меня успокаивала и уносила мрачные мысли куда-то далеко. А взамен сердце наполнялось нежностью и теплом. — Но есть одна мысль. У всех есть конкуренты, даже у влиятельного бандитского клана…

— Думаешь нападение на Северные леса и МракХоулд связано с конкурентной борьбой? — Весело спросил Дарк, но глаза у него серьезные были.

— Каковы по-твоему мотивы колдуна? Зачем ему выживать оборотней со своей территории? Причем так, чтобы они сами друг друга перебили, а если не выйдет, то покинули МракХоулд, чтобы сберечь свои жизни.

— Земли клана Разящего обширны, так же, как и Черных волков. — кивнул Дарк. — Но для чего колдуну большой кусок земли? Вряд ли это месть за то, что когда-то его давние предки были выжаты оборотнями из Северных лесов.

— Вот об этом я и думаю… — задумчиво проговорила, — нужно понять мотив убийцы. Кому выгодно освобождение земель оборотней и причастие к этому Сеятелей смерти.

— Умница, Амалия! — Дарк остановился, схватил мою ладонь и поцеловал ее. — Но если ты права, то дело плохо!

— Права в чем?! — оторопело спросила, потому что я лишь рассуждала, не утверждая ничего конкретного.

— Сначала поймаем Шакала, — злобно оскалился Дарквуд, — думаю, ему есть, о чем нам поведать.

Лично у меня теперь к Дарку вопросы имелись. Мне показалось, что он что-то такое знает, о чем, по каким-то причинам, рассказывать не хочет. Устроить опрос с особым пристрастием у меня не вышло, Бенедикт жестом остановил группу, зорко всматриваясь в пространство впереди.

— Что еще? — гулко прорычал Вульфгред. — Носом чую, снова какой-то подвох?

— Нюх твой тебя не подвел, старина, — ухмыльнулся Бенедикт, но тут же стал серьезен, — Эй! Орхиус!

Орхиус материализовался рядом, вид у него был неспокойный. Хотя обычно все препятствия он с особым энтузиазмом встречал, словно предвкушал что-то крайне занятное.

— Прирученные тобой иллюзоны встали в оборонительную позицию, некоторые вскарабкались на деревья, хотя для волков это несвойственно.

— Я это и сам заметил, — хмуро объявил детектив, запрокинув голову.

Я тоже на это решилась, не уходя из тонкого мира, правда. Наверху было движение, а еще стало, вдруг, темнеть. Отчего глаза иллюзонов светились золотом, а ветви деревьев казались страшными лапами с когтями. Некоторые звери начали порыкивать, что на хорошие мысли не наводило.

— До руны Ремо путь остался недолгий, но все же, не должно быть ощущения сгущения темной магии. Обычно оно в эпицентре основополагающих рун. — добавил Орхиус, отстраненно рассматривая пространство вокруг.

— То-то и оно, — проворчал Бенедикт, — Амалия! Рисуй руны подчинения, как можно больше! Другим быть готовыми сражаться. Все запомнили слабые места у иллюзонов человеческого и животного типа?

Коллеги кивнули, достав оружие. Я принялась рисовать руну Атафан.

— Орхиус лезет в обратный мир и сообщает о происшествиях там! Картина может разниться, для нас это важно.

Призрак вампира исчез молча, напоследок блеснув кровожадной улыбкой.

— А я начну формировать заклинание отражение атаки. Узор сложный, и применим только при ближайшем рассмотрении плетения противника. Пока я закладываю основы, заварушка уже начнется! Макс и Вульфгред! Прикроете меня!

Макс сразу же подскочил к детективу, и лесничий следом. Дарквуд преобразился в ужасающего полу-волка, закрыв меня своим могучим телом.

— Как ты понял, что заварушка скоро начнется? — решил спросить Вульфгред, не торопясь перевоплощаться.

— На некоторых деревьях есть дополнительная иллюзорная сеть, сейчас она активизировалась. Теперь я и сам это могу видеть, — объяснил Бенедикт, ткнув пальцем вверх, — смотри…

Сучья деревьев ожили и потянулись вниз, образовывая большие лапы с кривыми пальцами. Снег остановился, зависнув в воздухе, словно кто-то нажал на «стоп». Волки-иллюзоны бросились спускаться, перепрыгивая с одной лапы на другую и остервенело рыча, пытаясь цапнуть зубами подвижные ветки. Но в ответ деревья лишь сбрасывали с себя подконтрольных иллюзонов, а те падали вверх, а затем снова вставали на лапы и бросались на врага. Через краткое время мы поняли, что новый вид иллюзонов знает, как убивать волков. Нам наглядно продемонстрировала ветвь, воткнувшаяся в холку волка, именно туда, где уязвимый узел находился.

— Эй, Бенедикт! Поторопись! Тут такое начинается! — рыкнул Вульфгред, становясь монстром.

— Не отвлекай! — отмахнулся в ответ Бенедикт. — Амалия! Уязвимое место в плетении! Оно должна быть и у них! — напомнил мне детектив, продолжая вырисовывать руны.

Я застыла, ошеломленно рассматривая деревянное чудовище, спустившее вниз свои лапы и ими же делающее попытки схватить моих коллег. Таких деревьев я насчитала пять, но и их хватит с лихвой, чтобы перебить нас всех, если не придумать план к спасению. Что уж говорить об уязвимом месте — его нереально было рассмотреть, ведь плетения оживших деревьев были через чур сложными. Сделала вывод, что узел, способный уничтожить их находится где-то внутри проекции иллюзии. Пока я рассматривала монстра, Дарк отбивал деревянные лапы-ветви, тянущиеся к нам. Однако, когда он отрывал конечность чудовища, тут же появлялась другая, словно из ниоткуда.

— Ребят, как их убить?! — верещала Халесса, уходя от удара ветвью.

— И мне вот интересно! — рыкнул Баён, отбиваясь от хлестких выпадов сразу двух монстров, видимо, решивших, что маг-строитель здесь самый опасный противник.

— Я пока не знаю! — ответила, не отводя взгляд от дерева, решившего одолеть Дарка. — Уязвимый узел глубоко спрятан.

Место, где запрятана уязвимость противника должно несколько отличаться, там плетения должны сгущаться, становиться более хаотичными. Войдя в мир тонких материй полностью, уже не страшась возможности не вернуться обратно, заметила сгущение плетений в стволе чуть выше середины самого дерева. Но, чтобы поразить иллюзона, туда еще нужно было добраться!

— Я нашла! — крикнула я. — Чуть выше центра ствола, учитывая, что деревья растут вверх тормашками, то для нас — чуть ниже!

— Это нереально, Амалия, — сообщил очевидное Дарк, — ветви не дадут подобраться ближе!

В этот самый момент озверевшее дерево ухватило Дарквуда за ноги, лишив его тем самым опоры, и спеленало ветками, обездвижив его. Вторая такая же лапа потянулась за мной, но неожиданно появился мой подконтрольный иллюзон. Медведь ворвался в реальность, обрастая сложной иллюзией и одновременно раздирая могучими лапами ветви-лапы. Монстр полностью уделил свое внимание медведю-иллюзону, делая попытки дотянуться до слабого места, однако, тот не давал такой возможности, остервенело разрывая деревянные конечности. Это дало фору мне, чтобы отползти подальше от опасного иллюзона, а Дарку, наоборот, подобраться ближе, вскарабкаться вверх по стволу. Я с замиранием сердца следила за тем, как черноволосый перескакивает с одной ветки на другую, цепляясь за подвижные части чудовища, как чуть не срывается вниз, когда дерево бросает все силы для уничтожения медведя, но Дарку удалось. Он взобрался по стволу и несколькими ударами разнес его в щепки, задев уязвимое место в плетении. Поверженная иллюзия разлетелась на многотысячные пиксели, растворившись в воздухе, а Дарквуд ловко приземлился вниз, сообщив: