Город Хищников (СИ) - Голубина Елена - Страница 16

— А, по-моему, это просто подстава, — ехидно добавил Орхиус, сверкая улыбкой. Он что в образе вампира, что эльфа выглядел безупречно, — Уилл, наверняка, на Бена зуб точит. Особенно после того, как он провел его со Слезой грешника.

— И как должен вести себя местный старейшина? — поинтересовался Бенедикт, заломив белоснежную бровь.

— Как и все старейшины, — пожал плечами эльф, — смотреть на всех с высока, делать умный вид, наказывать своих послушников, ворчать об их нерасторопности и безрукости.

— Пойдет! — усмехнулся Бенедикт, качнув вперед серебряным посохом. — Ну, что встали, лодыри эльфийские?! Фэрх! Где у вас тут магические реликвии припрятаны?

— В Замке Вечных и в священном храме Тагула, — разъяснил Фэрхуа, — но они стражей охраняются, туда просто так не проникнуть.

— Значит идем с вашим царем знакомиться, — решительно кивнул Бенедикт.

— С Таретом Лаэнделем? — удивился Фэрх. — Боюсь, аудиенцию с ним нереально будет организовать.

— Должны быть исключения из правил, — задумчиво произнёс Бенедикт, — как насчет того, что мы нашли лекарство от болезни его сына?

— А? — вылупился непонимающе Фэрх на детектива. — Но ведь у нас его нет, да и пробовали уже снять заклятие забвения с Утурина. Все бесполезно. Его сильнейший маг проклял.

— Все будем решать на месте, двигаем к Замку Вечных, — Бен величаво вытянул руку с посохом вперед, — если это единственный способ подобраться к артефактам, мы им воспользуемся. Тем более, мы еще не в курсе, какой именно из них нужен нам, чтобы расшифровать дальнейший текст магического послания.

Замок Вечных словно был выполнен изо льда. В глаза бросалась изящность строения и некая устремленность ввысь. Шпили замка остроконечные, вытянутые, создавали сходство с готическим собором. Декорации, как и сам замок, оказались выполнены из прозрачных кристаллов, местами переливающих сине-голубыми оттенками. А вокруг Замка вечных росли высокие деревья, сплошь покрытые белоснежными цветами. Стража замка напоминала скульптуры, одетые в серебряные доспехи.

В руках эльфы держали луки, изящной гравировкой. Когда мы добрались до ворот Замка, они удостоили нас холодными взглядами и певучим:

— Его величество, Тарет Лаэндель сегодня никого не принимает.

— А если вопрос касается жизни его величества? — нашелся с ответом Бенедикт, угрюмо взирая на эльфов. — В таком случае вы осмелитесь нас не пропустить?

Стража переглянулась и улыбнулась друг другу натянуто, а на нас посмотрели насмешливо:

— Его величеству ничего не грозит, пока он находится в Замке Вечных, тебе ли не знать, старейшина?

— Я знаю лишь то, что единственному сыну, Утурину Лаэнделю не помогли стены сего величественного сооружения, — дерзнул ответить на это Бен, — по сему, я — старейшина Беневаль, довожу до вашего сведения, что если нас впустите, то окажитесь казнены в ближайшие несколько часов.

— Отчего же его величеству нас казнить, если мы выполняем его указ — не впускать посторонних?

— А от того, что я нашел способ излечить его величество Утурина Лаэнделя, господа вечные.

Стажа снова переглянулась, но уже настороженно:

— Если вы соврали, как многие другие, желающие заполучить вознаграждения, то казнят вас!

— Прошу уведомить Тарета Лаэнделя омоем визите. Так же сообщите, что с собой я намерен взять своих учеников.

Один из стражников закатил глаза и замер, словно уходя в нирвану, а через несколько мгновений сообщил:

— Его величество примет вас, вечные. Таэлла проводит в тронный зал.

Ворота распахнулись. Пред нами оказалась высокая беловолосая девушка с тоненькой фигуркой и слегка раскосыми глазами. На ней красовалось воздушное белое платье, приталенное и фиксированное ажурным поясом. Передвигалась Таэлла словно бы и ничего не весила, а позади стелился полупрозрачный белый шлейф. Ушки эльфийки в нескольких местах были проколоты серьгами со светящимися камнями. Некоторые из камней соединялись тонкой цепочкой. Улыбнувшись несколько кокетливо нашим мужчинам, Таэлла повела нас за собой, плавно покачивая бедрами.

Все мое внимание устремилось на красоты внутреннего оформления Замка Вечных. Так же, как и снаружи, замок казался ледяным. Однако, ото всюду веяло теплом, а значит впечатления обманчивы. По телу пробежалась мелкая дрожь, свидетельствующая меня, медиума, о наличии потусторонних сил. Замок охранялся сильным духом, наряду со стражниками, постоянно мелькавшими перед нами и внимательно нас изучавшими. На задворках сознания почувствовала чужое вмешательство, кто-то пытался прочесть меня, понять намерения. Не могла знать, ощущали ли коллеги подобное, но, кажется, мною особенно заинтересовались, потому что невозмутимое лицо стало держать сложнее, а тело тряслось все сильнее. Вложила в свои мысли максимум дружелюбия, а также желания помочь сыну Тарета. Врать не пришлось, мне, действительно очень жалко Утурина. Если появится возможность хоть как-то вернуть наследника из дремы, то я готова приложить все усилия. Вторжение в сознание прекратилось, и я выдохнула с облегчением. Возможно, Хранитель Вечного замка пытался узнать наши намерения. Предположила, что, если бы они были корыстными, нас бы просто не подпустили к царю эльфов, казнив на месте. Когда мы прибыли в тронный зал, где на огромном хрустальном троне восседал моложавый на вид эльф с колючими, как мороз глазами, мы склонились и повторили движения за Таэллой.

— Говори старейшина, — разрешил кивком головы Тарет Лаэндель.

Бенедикт выпрямился, вытянув руку с посохом вперед, несмело, по крайней мере внешне, посмотрев в глаза царю Эльфов. Голову Тарета венчала корона, украшенная остроконечными зубьями, завершенными голубыми кристаллами, а по бокам ее возвышались ответвления тонкой работы, напоминающие оленьи рога.

— Я хочу осмотреть его величество Утурина Лаэнделя, чтобы убедиться в своей правоте насчет метода снятия чар, — почтенно склонил голову Бенедикт.

— Беневаль, — отстраненно проговорил Тарет, — я вас никогда не видел раннее, — эльф прошелся величественным взглядом по нашей компании, — и ваших учеников тоже.

— Мы здесь с благими намерениями, ваше величество!

— Конечно, — губы эльфа изогнулись в подобии улыбки, — иначе бы вы не смогли войти через врата Вечных. Тагул, хранитель царства вечных, может убивать ментально. Увы, я устал от бесконечных мошенников, пытающихся заполучить драгоценности за снятие проклятья с души моего сына. Поэтому ваше нахождение здесь свидетельствует об отсутствии плохих намерений. Откуда вы пришли в царство вечных? О прибытии чужаков я узнал сразу, как вы вступили на наши земли.

— Я странствующий старейшина, практикующий магические потоки, — пояснил Бенедикт, — целью моей жизни я сделал добиться высочайшего уровня владения магией, чтобы излечить его величество. Мои ученики уже которую сотню лет следуют за мной, чтобы научиться управлять магическими потоками.

Царь эльфов остро посмотрел на Бенедикта, а сам детектив покорно опустил глаза в пол, ожидая реакцию вечного.

— Странно, я не могу считать вашу ауру, Беневаль, чтобы убедиться в вашей искренности, — после долгой паузы проговорил Тарет, — неужели вы настолько хорошо овладели магией, что можете защищаться от моего ментального воздействия?

— Ваше величество, — дальше Бенедикт заговорил на певучем языке эльфов, поэтому понять смысл сказанного я не смогла, зато Орхиус украдкой улыбнулся, впрочем, не осмеливаясь поднимать лицо, чтобы взглянуть на главу эльфов.

Фэрх лишь слегка дернулся, явно удивленный услышанным.

— Беневаль, — протянул царь эльфов, оживившись, ведь он, как и его замок, напоминал ледяное изваяние, — вы говорите на изначальном языке эльфов, которым даже я владею не в совершенстве. Это удивительно. Ведь прошло так много времени, и некоторые древние слова исчезли или изменились.

— Душу его величества проклял сильный светлый маг, а наречие светлых старейшин и древний язык эльфов очень схожи по своей структуре. Я подошел ответственно к исполнению своей цели, ведь любые старинные заклятия возможно снять только, владея языком заклинающего.