Вершители судеб (СИ) - Гагарина Лека - Страница 20

Приняв ванну, Алекс переоделась в одну из своих легких сорочек, на тонких ленточках, завязывающихся миленькими бантиками на плечах, длинной, чуть выше колена, по бокам- два маленьких разреза отделанных розочками. Поскольку на островепрактически всегда было жарко, а порой, летними ночами, - нестерпимо душно, девушка предпочитала спать вообще голой, если бы не постоянное ворчание Марты. Поэтому они сошлись на этих чудесных сорочках, практически не ощущаемые разгоряченным телом. Расчесывая свои длинные волосы, Алекс вышла на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха,принесенного океанским бризом, который раньше так успокаивал ее.

Уже возвращаясь в комнату, она услышала шум, исходивший прямо из-под ее балкона. Наклонившись, чтобы посмотреть, что издает эти звуки, она обомлела, так как увиделазалезающего по выступам Джеймса.

- Ты с ума сошел? – прошипела она, протягивая ему руки, чтобы помочь подняться к ней.

- Конечно, сошел, – пыхтел Джеймс, перелезая через каменные перила. – Уф, высоковато.

- Джеймс, это третий этаж, ты в своем уме? – уперев руки в бока, притопывая ножкой, шипела Алекс.

- Детка, это было проще простого, – ухмыльнулся он, уперев руки в колени, чтобы отдышаться. - Ты не вышла к обеду, а потом и к ужину, я переживал. У тебя все в порядке? – беспокоился Джеймс.

Посмотрев на Алекс, он только сейчас разглядел, во что она одета.

- Что это? Что на тебе надето? – ошеломленно произнес Джеймс, выпрямляясь в полный рост, не сводя своего горящего взгляда.

- Это моя сорочка, Джеймс, – назидательно, словно маленькому ребенку, объяснила она очевидную истину.

- Я вижу, что это сорочка. Почему она так выглядит? А если тебя в ней кто-нибудь увидит? – ревностно произнес он.

- Джеймс, до сегодняшнего вечерав эту комнату заходил еще только один человек- Марта. Таких идиотских поступков, как твой, больше никто не совершал, – иронично сказала Алекс.

- Вот и хорошо, что не совершал, – грозно пробасил Джеймс.

Алекс засмеялась, как же ей его сегодня не хватало. Она подбежала к нему, обвила его шею руками и поцеловала. Джеймс со счастливым вздохом, обнял ее льнущее к нему тело, возвращая поцелуй. Страсть начала закипать мгновенно, мысли начали путаться. Он провел своим большими ладонями вдоль спины, практически обхватывая полностью ее тонкий стан, опустил их на аппетитную попку, сжав упругие полушария. Почувствовав ее обнаженную плоть под короткой сорочкой, он тихонько просунул одну ладонь между ягодицами, пальцами ощутив уже восхитительно влажную плоть.

- Боже, милая, как я соскучился! – простонал он, между поцелуями.

Алекс, чуть расставив ноги, чтобы не мешать ему в его исследованиях, прижималась к нему что было сил. Она хотела слиться с ним, натянуть его на себя, как вторую кожу, лишь бы он не прекращал этой сладкой пытки. Подхватив девушку на руки, Джеймс пересек комнатуи кинул ее на кровать. Сам, встав рядом, принялся спешно скидывать с себя одежду. Алекс не моргаясмотрела на него. В свете зажженных свечейего бронзовая от загара кожа переливалась, бугрящиеся мышцы от закаленного в сражениях телаперекатывались от его движений. У нее даже пальцы зудели – так хотелось его потрогать. Когда последняя преграда пала, и он остался абсолютно обнаженным, Алекс слегка развела ноги, приглашая его. Но Джеймс не воспользовался ее приглашением. Вместо этого он обошел кровать, резко схватив ее за щиколотки, одним движением потянул на себя, разводя ее ноги шире. Алекс ахнула от неожиданности. Кровь сильней побежала по ее венам, в ушах нарастал шум. Приподнявшись на локтях, она посмотрела на своего возлюбленного, ожидая, что он будет делать дальше. А Джеймс, глядя ей в глаза, начал медленно опускать голову между ее разведенных ног.

- О Боже! – судорожно прошептала девушка, бессильно падая на подушки.

Когда его губы поцеловали ее кожу, а язык прошелся по внутренней части бедра, Алекс решила, что она долго не продержится. Но когда он, слегка укусив ее чувствительную кожу, прошелся языком по ее клитору, она дернулась так, что чуть не вылетела из постели. Он продолжал и продолжал свои умелые ласки, а она, мечась из стороны в сторону, выгибаясь дугой, молила его о пощаде.

Алекс думала, что большего удовольствия получить уже нельзя, но когда Джеймс к своим губам добавил еще пальцы, которые он осторожно ввел в нее, делая ими круговые движения, она решила, что сегодня настанетее конец. С силой вцепившись в его волосы, с громким криком, она кончила. На секунду Алекс показалось, что она потеряла сознание, насколько сильными были пережитые эмоции, но Джеймс не позволил ей отдыхать. Перевернув ее на кровати, он поставил безвольную девушку на четвереньки, одной рукой намотав ее волосы на кулак, другой вцепившись ей в бедро, он с силой вошел в ее пульсирующее лоно. У Алекс из глаз хлынули слезы, она зажмурилась, прикусив губу, чтобы не закричать снова. Это было выше ее сил. Удовольствие проносилось волнами вдоль позвоночника, сводя пальцы ног, которые она конвульсивно сжимала. Джеймс немилосердно продолжал вбивать в нее свой член, прижав ее голову к подушке. Снова и снова, снова и снова. Совсем обезумев, Алекс вцепилась ногтями в простыни, с силой сжимая их. Он просунул свою руку, между ее ног, плавно надавливая на клитор, и - о чудо! - с громким стоном, приглушенным подушками, она кончила снова. Джеймс сразу же последовал за ней, придавив ее своим большим телом.

Пролежав так несколько минут, а, может быть, часов, Джеймс скатился, боясь раздавить любимую.

- Детка, ты как? – тихо потормошил он обездвиженное тело.

Она не отвечала и не шевелилась, словно умерла.

- Алекс, милая, ты пугаешь меня, – со смехом произнес Джеймс.

- Ты убиваешь меня, воин, – все еще уткнувшись в подушки, прохрипела Алекс.

Засмеявшись, Джеймс перевернул ее, стянул сбившуюся на груди сорочку и откинул волосы, закрывавшие ее лицо. Она раскраснелась, на щеках следы пережитых эмоций, но блаженно улыбалась. Его захлестнула волна щемящей нежности, она была так прекрасна и принадлежала ему. Должна принадлежать ему, только ему одному.

Некоторое время они лежали молча, не прерывая блаженной неги, пустыми разговорами. Алекс, закинув ногу на лежащего Джеймса, головой уютно устроилась на его плече. Он не уставалпоражаться, насколько идеально она подходит ему, как хорошо им вместе.

- Джеймс, а у тебя есть братья или сестры? – прервала его размышления девушка.

- Нет, милая, я единственный ребенок в семье, – тихо ответил Джеймс, около макушки вдыхая аромат ее волос.

-Так же, как и я, – грустно прошептала Алекс. – А твои родители? Они живы?

- Моя мать умерла при родах, поэтому я ее совсем не помню, а отец погиб в бою, когда мне было пять. Меня вырастил Стэнтон, наш старый слуга. Он и Колин - вся моя семья, – спокойно рассказал Джеймс.

- Лорд Дэшвуд?

- Да, однажды, он спас мне жизнь, и много, много раз позже. Я отплатил ему тем же, и с тех пор мы дружим.

- АСтэнтон, какой он? – продолжала свой допрос Алекс, неосознанно гладя своими тонкими пальчиками его грудь.

- Стэнтон - заноза в заднице, как и твоя Марта, – с легким раздражениемпроизнес Джеймс. - Когда он узнал, что Колин спас меня, он незамедлительновключил его в список нашей семьи. Такчто, по сути, у нас не было выбора.

- В чем?

- В том, чтобы дружить. Колин мне как брат, Алекс. Почему мы все еще говорим о них? – с досадой в голосевозмутился Джеймс, при этом перевернувшись, вдавливая Алекс в матрас. Он начал целовать ее, щекотать, от чего она, весело засмеявшись, принялась вырываться, что привело к незабываемым минутам блаженства.

Уже светало, когда Джеймс нехотя начал выбираться из постели Александрин. Она лежала восхитительно растрепанная, обнаженная, с красными губами от его поцелуев, словно дикая кошка, мурлыча от удовольствия. Когда он начал одеваться, она, приподнявшись на локте, лениво следила за ним. Натянув штаны, Джеймс повернулся к ней спиной, чтобы поднять свою рубашку, когда она удивленно произнесла: