Первая любовь (СИ) - Бек Кора - Страница 32

Я поспешила на кассу, расплатилась и, подхватив своих малышей, бросилась в ближайшее отделение Сбербанка. Видимо, в связи с новогодними каникулами, в банке очереди не было.

Усадив детей на диван, я подошла к менеджеру и объяснила ситуацию. Девушка ввела мои данные в компьютер и выдала сногсшибательную новость: карту пополнили сегодня утром, а отправителем является Руслан Таиров.

Я побледнела, потом покраснела от неожиданности. Блин, и как это прикажете понимать?! Кровь бросилась мне в голову.

Таиров что, надеется меня купить?! В свою очередь, у менеджера, пока она произносила имя-фамилию отправителя, выражение лица тоже на глазах менялось: от любезной улыбки до потрясения. А я сделала для себя вывод, что в Москве, походу, Руслан Таиров — персона очень известная и, более того, уважаемая.

Ведь я, хоть и живу в столице не первый год, привыкла вариться в собственном соку, и всё, что не касается моей работы, проходит мимо меня. Думаю, так живут все матери-одиночки.

Но Таиров-то — хорош гусь! Видимо, Рус считает, что всё, включая чувства, покупается. И теперь надеется, что, обнаружив на своём счету такую нехилую сумму, я растаю и побегу к нему со словами: Люблю-люблю! Блин, аж зла не хватает! А, главное, кого он хочет купить? Свою, пусть бывшую, но учительницу. Господи, что за олух царя небесного?

— Понятно, — я еле сдержалась, чтоб не заговорить на обсценной лексике. — Скажите, как я могу перечислить деньги обратно отправителю?

— Обратно?! — менеджер чуть не подавилась. — Извините, но зачем?

— Потому что мне эти деньги не нужны!

Менеджер оценивающим взглядом окинула мою шубку и уткнулась в компьютер. Наконец, она оторвалась от монитора.

— Видите ли, в чём тут дело, — лицо девушки выражало явную растерянность, возможно, она никогда с такой ситуацией не сталкивалась. — Отправитель заблокировал свою карту.

— Что значит — заблокировал? — я нахмурилась.

— Это значит, что вы не сможете перечислить деньги на его счёт. И даже если попытаетесь, они всё равно вернутся к вам обратно.

Разговор с сестрой

Домой я вернулась вне себя от злости, обиды, возмущения. А, чтоб дети не заметили моего состояния, по дороге купила им раскраски. Так что по приходу Мартин с Миланой занялись делом. Я прошла на кухню. Собиралась приготовить ужин, но у меня всё валилось из рук.

— Чёрт, как деньги портят людей! — негодовала я, замешивая тесто для пельменей. — Руслан в школе был нормальным человеком. А сейчас? Может, мне оставить детей соседке, а самой снять деньги в банкомате, отвезти их домой к Таирову и бросить ему в лицо? Уверена, такой урок он запомнил бы на всю жизнь!

Думаю, именно это я бы и сделала, но у меня зазвонил телефон. Звонила моя двоюродная сестра Оля. Хорошая девушка, но не очень удачливая. Как и я, Ольга в разводе, одна воспитывает дочку. Бывший муж женился на другой и даже алименты на Кристину не платит. А Оля — гордая, не хочет его ни о чём просить, работает парикмахером в салоне красоты, причём без выходных, лишь бы дочку поставить на ноги.

У нас с Олей очень хорошие отношения. Я, когда меня из школы попросили, поехала к ней просить совета. Ольга тогда меня очень поддержала, и я никогда этого не забуду.

— Привет, Люся! — раздался в трубке знакомый хриплый голос. — Мне так неудобно, что я не поздравила вас с тётей Ниной с Новым годом. Но, честно, было вообще не до этого. Ты не обижайся, пожалуйста?

— Лёля, как я рада тебя слышать! У меня тоже этот Новый год выдался таким интересным, что было не до поздравлений. Как ты, как Кристина?

— Ну, в целом, ничего, — Оля замялась.

— Говори, Лёль, что случилось? Я же чувствую, что ты что-то не договариваешь.

— Да этот обормот (обормотом Оля называет своего бывшего мужа Витю) развёлся с женой перед праздником и теперь нам с дочей покоя не даёт, просится обратно. И в подъезде меня караулит, и на работу приходит. Мне перед людьми так неудобно!

Сестра замолчала. А я сразу вскипела при мысли, что Витька, когда я, узнав об их разводе, позвонила ему, взывая к совести, ответил, что лишних денег у него нет и, вообще, Ольга, мол, и так хорошо зарабатывает. Короче, не приставайте к человеку, у него новая семья, и — точка!

Естественно, я не сдержалась и высказала Витьке всё, что о нём думала. Он-то сам ничего из себя не представлял, когда приехал в город: знакомых никого, жилья и работы тоже нет. Ну Ольга — добрая душа, его пожалела.

Сначала пустила парня к себе, как квартиранта, за смешную плату, а потом вышла за него замуж. Правда, толку от Витьки особо не было. Оля в своём городе слывёт одним из лучших мастеров: чтобы к ней попасть, нужно в очередь за пару недель вперёд записываться. Вот и тянула она на себе семью, пока Витёк гонял балду.

— Ты что, Лёль, — у меня аж голос сел от волнения, — хочешь его простить?!

— Нет, конечно, — удивилась Ольга. — Я вот подумала, Люсь, может, нам с Кристей податься в Москву? Здесь у меня жизнь такая однообразная: дом-работа, работа-дом. Всё так достало, сил нет! Теперь ещё этот обормот на нервы действует. Кристину жалко! Ладно, сейчас она в третьем классе учится. Но когда вырастет, Кристинка всё равно отсюда уедет. И тогда я останусь совсем одна. Решила с тобой, Люся, посоветоваться. Что ты скажешь?

— Это было бы здорово, Лёля! — у меня отлегло от сердца. — Тебе, как мастеру, цены нет. Я уверена, моя золотая, вы с Кристей в столице не пропадёте!

— Думаешь?.. — в голосе сестры прозвучала слабая надежда на перемены к лучшему.

У меня аж в сердце закололо от жалости. Лёля — умная, симпатичная женщина, заботливая мама и специалист в своём деле, из-за этого обормота, который ей жизнь попортил, вдруг стала сама на себя не похожа. Конечно, я постаралась её подбодрить.

— Уверена! Тем более вы с Кристинкой не едете в неизвестность. Я, чем смогу, вам помогу. Может, мы снимем вместе одну квартиру, но побольше. В моей однушке мы точно не поместимся.

— А как, Люся, в Москве с работой? — сестра заметно приободрилась.

— Тебе ли, Лёль, об этом беспокоиться? Ты же профи в своём деле!

— Это я здесь — профи, а в Москве требования наверняка будут повыше. Ты не знаешь, Люсь, тамошних расценок на услуги парикмахеров? Я имею в виду не стрижку, а окрашивание и другие, более сложные процедуры.

— Да я, если честно, в салонах красоты не бываю. Меня и детей подстригает на дому наша соседка, которая раньше работала в салоне, но потом поссорилась с хозяйкой, и теперь она на вольных хлебах.

— Это интересно, — задумчиво произнесла Оля и пояснила: Здесь я место в салоне арендую. Так мне выгоднее работать. Потому что всё, что остаётся после расходов на аренду, краску, гели и прочее, идёт в мой карман. А в Москве так получится ли, не знаю?

Сестра опять захандрила. Представляю, как ей бывший нервы потрепал, если Ольга теперь во всём сомневается! А ведь ещё несколько лет назад, пока этот обормот не ушёл из семьи, Оля была уверенной в себе женщиной.

Слушая двоюродную сестру, я подумала, что мне ещё меньше, чем раньше, хочется замуж. Вон, её Витька в первые годы после свадьбы был тише воды, ниже травы, а уж женой как восхищался, словами не передать!

Работал Витя на стройке и вечно жаловался, что он со своими больными почками сильно устаёт. Тогда Ольга предложила ему пойти учиться в автошколу и заодно купила машину. Витёк начал таксовать, потом — гулять. Оля ради дочери на его гулянки закрывала глаза. И муженёк её так обнаглел, что даже не всегда ночевал дома. А вскоре и вовсе ушёл из семьи.

Узнав об этом, я позвонила сестре и напомнила ей одну пословицу: “Баба с возу, кобыле — легче”. Грубо, но жизненно. И хоть речь в этой пословице идёт о женщине, по-моему, Олин обормот от бабы мало чем отличался. Ольга сначала ужаснулась моим словам, потом долго смеялась и, наконец, согласилась, что это — правда. Вот и сейчас я Олю поддержала:

— Нашла, Лёль, о чём переживать! Я приехала сюда с двумя маленькими детьми на руках, и выжила. А ты — с твоей профессией, тем более!