Перерождение (СИ) - Крейдун Мила - Страница 57

В чудо.

В Богиню.

В Себя.

Уже почти вышедший фейри, вдруг потрясённо замер, обратив на королеву торжествующий, полный радости, взгляд.

Улыбнулся.

Вода вокруг него загорелась золотом, словно ожила.

Он развернулся и пошёл обратно.

Пытался не спешить.

Но он точно торопился.

Никто даже не дышал, пока макушка его не скрылась в золотых водах.

Тут же все присутствующие эльфы двинулись к озеру, как один сплошной организм. Синхронно. Одновременно. Жутко.

Королева впереди, конечно.

Остальные следом.

Но в одном ритме.

В одном шаге.

Вскоре озеро поглотило и их.

Свечение потухло.

Прошла секунда.

Две.

Три.

Пять.

– И-и-и? – протянула Аттика озадаченно.

– Не торопись, – ответил Орин.

– Ты уже видел такое? – спросил его король.

– Один раз, – отозвался старик.

Озеро вновь «зажглось».

Фейри выходили из воды. Опять в ногу. Словно тридцать три богатыря из сказки о царе Салтане.

Сияющая от счастья королева остановилась перед Аттикой.

– Спасибо, – произнесла искренне.

Непроизвольно коснувшись низа живота.

Ведьма улыбнулась.

– Мы оставим в покое город людей, – продолжила владычица. – Останутся лишь социальные, которые любят жить с людьми и помогать им. Они могут пакостить, если им что-то не понравится, но это легко поправимо – люди сами смогут разобраться и опять их задобрить. Если нет, или, может быть, если мы сможем ещё чем-то помочь, взамен загубленных жизней по нашей вине, пусть король людей обращается, разберёмся.

– Спасибо, – ответила Аттика. – Минимум одно точно могу попросить от их имени: фрукты, овощи, ягоды, зелень. С нутриентами во всех городах нехватка.

Королева озадаченно нахмурилась.

– Да, – согласилась она. – Теперь это даже мне непонятно, – но решила не забивать светлую головушку глупостями и согласно кивнула. – Хорошо.

Мягко улыбнулась Атти.

Окинула золотым взглядом присутствующих.

И повела свой народ обратно ко входу в свой мир.

Орин «под шумок» сравнялся с оркшей, когда все они почётной делегацией провожали эльфов.

– Оаэ, – начал он с приветствия тихо.

– И тебе побеждать своих врагов, старый хрыч, – отозвалась магичка.

Орин подавился смехом, пряча его в кулаке и кашле, чтобы не нарушить торжественность происходящего.

– Ты всё такая же, – произнёс он.

– А тебя столетия не пощадили.

На этот раз старик ограничился улыбкой.

– Я сделал ритуал Рода на волосе королевы.

– Эльфийской? – играла с ним магичка, и Орин дал понять ей взглядом, что не до игр. Серьёзно хочет поговорить.

– И? – спросила тогда она.

– Я думал, ты мне скажешь.

– Жаль тебя разочаровывать.

– И что это значит, орк тебя возьми! – вспылил орк.

– Ш-ш-ш, – напомнила она ему.

Он опасливо дёрнулся.

Они уже прилично ушли в конец процессии, чтобы их разговор никому не мешал и был мало кому интересен.

Но Орин всё же накинул пелену тишины.

– Ты можешь хоть раз в жизни не говорить загадками? – потребовал он ответа от хитрой тётки своего короля.

– Нет.

Орин разозлился, метая глазами молнии.

Они родственники вообще-то! Могла бы и не быть такой!..

– Для меня это тоже загадка, – всё же снизошла сильная магичка, оборвав неблагоприятные мысли о себе. – Я действую, исходя из своего чутья и практически вслепую, сама толком не понимая, для чего и почему. Просто Знаю.

Оба устремили взгляд к странной иномирянке, появившейся в их мире из ниоткуда и изменившей уже столь много жизней, окунувшись в самую гущу событий.

– Ясно, – задумчиво протянул старец. – Но Богиня явно к ней благоволит.

Оаэ неуверенно скривилась.

– А это ещё что значит? – опять разозлился Орин. – Ты же видела, что произошло в озере и планета слушает её! Флора защищает, подчиняется.

– Ага.

– Оаэ!..

– Что-то во всей этой истории не сходится, – произнесла она. – Что-то не так. Совсем непросто.

– А! – безнадёжно махнул на неё рукой старший брат короля и пошёл вперёд.

Занять своё место рядом с ним.

Глава 37. Трансформация и первая брачная ночь

Это был тяжёлый…

Аттика попыталась вспомнить, когда спала в последний раз.

И как считать вообще, если она побывала в двух реальностях с разным течением времени?

Непонятно. Но она устала. Очень.

Зайдя в предоставленный им в Хатсе пентхаус, Атти прямиком направилась в душ, раздеваясь буквально на ходу. Долго стоя под струями воды и чувствуя, что держится из последних сил. Расслабление, которые подарили тёплые крошечные ручейки, забрало последние силы.

Дверца просторной душевой кабины открылась, и в неё шагнул повелитель гор.

Аттика слишком устала, чтобы даже удивиться. Или протестовать.

А ещё она осознала всю бессмысленность даже попыток.

Он. Её. Муж.

Она любит его.

И он, кажется, тоже.

Он сделал ещё один крошечный осторожный шаг, оказавшись совсем близко.

Атти почувствовала жар его тела. Он был гораздо теплее обычного человека. И это тоже ей нравилось. Он словно согревал леденящий холод в её Душе, и она чувствовала себя не такой одинокой.

Сильные пальцы робко коснулись её плеча. Лишь дотронулись. Словно пробовали, можно ли? Не прогонит?

«Нет», – мысленно отвечала она, прикрывая глаза.

Прикосновение мужа. Его нежность, нерешительность и чуткость трогали её. И были приятны.

Она обернулась и вновь обняла его.

Тесно, от всего сердца, прижимаясь.

Вдыхая аромат его кожи.

Чувствуя огромную восставшую плоть.

Грустно вздохнула.

– Ты такой большой.

– Угу.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, – пообещала она. – Ты научишь меня, как сделать тебе приятное. Но не сегодня. Сегодня я просто без сил.

Он мягко обнял её, поведя сильными руками вдоль спины.

– Арт, – умоляюще протянула она. – Я правда…

– Ш-ш-ш, – издал он тихий успокаивающий звук. – Я просто хочу прикасаться к тебе. Изучать. Чувствовать. Видеть.

Его пальцы опустились к её пояснице. И ниже.

Она непроизвольно прильнула к нему теснее. Вжимаясь. Издавая тихий стон. Пробуждаясь. Желая.

Обоняние обострилось.

Запах его кожи будоражил. Волновал. Возбуждал.

Руки сами по себе начали ласкать тело мужа в ответ.

Какой же он был… невероятный.

– М-м-м-м, – в истоме запрокинула она назад голову, когда сильные пальцы скользнули к нежным лепесткам. Коснувшись их. Раздвигая. Погружая. Играя. – М-м-м-м, – начинала стонать она громче, двигаться активней, резче, нетерпеливее, захваченная водоворотом страсти, неистовства, жажды, желания.

Теряя самоконтроль, разум, ощущение времени, себя.

Отдаваясь самоотверженно, полностью, без остатка.

Чувствуя в себе ненасытный голод. Какую-то дикую алчную одержимость. Нестерпимое изнывание. Пока…

О, Боги-и-и-и!

Какой он большой. Сильный. Сладкий. Невероятный, – танцевала под мужем Аттика. Чувствуя его в себе. На себе. Везде.

Муж резко крутнул её, прижав грудью к стене душевой и вошёл сзади.

Она без понятия, как это было возможно!

Она слышала его рык, нетерпение, ярость, пыл.

И сама царапала когтями от наслаждения и страсти чёрный мрамор.

Что?

Оргазм чуть не убил её.

По крайней мере ей казалось, что она умерла.

Взорвавшись вместе с тысячами звёзд.

Обмякая.

Теряя сознание.

Сползая по стене.

Подхваченная сильными руками.

Её куда-то несли.

Так знакомо…

– М-м-м, – пыталась она спросить, что происходит.

– Ш-ш-ш, – услышала она нежный успокаивающий голос мужа. – Я люблю тебя.

Он опустил её на приятную свежесть простыней их постели.

– М-м-м, – только и могла она ответить.

Ведьму поглотила тьма.

***

Аттика с трудом разлепила веки.

Голова была тяжёлой.