Перерождение (СИ) - Крейдун Мила - Страница 66

На столб, рядом с которым находилась и который теперь был с её рост.

«Нет, так дело не пойдёт», – подумала она и изменила форму.

Сначала став полуоркшей, которую уже успела полюбить, а затем приняв первоначальную форму человека, коим пришла в сию реальность.

Её взгляд, по-прежнему оставшийся золотым, метнулся к коленопреклонённому жениху-оборотню.

Коварная женская улыбка тронула уголок губ Богини.

Она предвкушала близость с ним.

И свадьбу.

Взгляд сквозь пространство и материальные препятствия, которые не имели для Атти теперь никакого значения, устремился к убегающей Второй, опасливо озирающейся и ожидавшей мести и гибели.

Зря.

Аттика познала силу Безусловной Любви и Покоя, присущей Богам.

Каждый на своём месте и там, куда сам пришёл.

Существуют Законы Мироздания, Высший Суд, Карма или причинно-следственные связи (кому как угодно и легче поверить).

Но однозначно одно: любой поступок, слово, мысль и, уж тем более, действие несут за собой последствие. Всегда.

И мы создаём их сами.

Не существует наказаний.

Как нет плохих и хороших.

Есть Души.

Которые проходят свой Путь Развития. Добровольно.

Ошибаются.

Оступаются.

Поднимаются.

Учатся.

В процессе.

Всегда.

И самый святой когда-то загубил миллионы жизней.

И не стал бы «святым», не получив Уроки от Высших, от Кармы, которые сам привлёк, закрутил и создал.

Жизнь не стоит на месте.

Никогда.

В мире нет ничего статичного.

Все и всё постоянно развивается, учится и совершенствуется.

Глава 43. Финал

Второй раз в жизни Атти надела свадебное платье и со счастливой улыбкой невесты посмотрела на своё отражение в зеркале.

Всё-таки как удивительна и непредсказуема порою Жизнь.

Теперь она Богиня и будет давать благословение собственному браку. Третьему, кстати сказать. И единственному, заключённому по самым традиционным канонам, к которым она привыкла.

Да, в ней многое изменилось, но новая божественная сущность приживается и сливается со смертной личностью иномирянки, на которую и так свалилось слишком многое за последнее время, постепенно давая время свыкнуться и не сойти с ума.

Психика и разум перестраиваются не спеша, и пока Атти чувствует себя как Атти большую часть времени.

У алтаря ведьм, где всё практически и началось, её ждало сразу трое невероятных мужчин.

Двое из них уже были её мужьями и играли роль шаферов.

Атти благодарно улыбнулась им.

Невероятные мужчины.

Во всех смыслах.

Мало того, что спокойно принимают друг друга, совершенно не соперничая и не ревнуя, так ещё и могучие воины и сильные правители.

«Кроме третьего», – перевела она счастливые глаза на жениха.

Он, безусловно, был самым красивым из них в классическом понимании. Действительно совершенная мужская красота, на которую можно смотреть часами. Он словно был рождён, чтобы им восхищались. И по-прежнему самый сильный среди своего вида. После истинного владыки оборотней, конечно. Но не правитель. И только он один будет принадлежать лишь ей, когда двое других могут периодически исчезать из её жизни, занимаясь делами своих племён.

Аттика остановилась напротив будущего третьего мужа.

Он поднял с её лица полупрозрачную мерцающую волшебную ткань фаты и с любовью посмотрел в зелёные глаза.

– Ты прекрасна, – выдал эталон.

– Ты тоже ничего, – улыбнулась девушка, и усмехнувшийся жених, нежно поцеловал её в лоб, как самое дорогое сердцу существо и повернулся вместе с ней к жрецу.

***

Три года спустя

Аттика загорала на борту просторного подобия яхты, направляясь по реке к месту, где у Лима были какие-то оркские дела.

На борту были лишь орки.

Эта поездка была своего рода их очередным личным медовым месяцем, которые она периодически устраивала с каждым из мужей. Временем, когда она принадлежала лишь кому-то одному.

Это лично её введение в их семейные взаимоотношения, и всех оно только радовало.

Она скользила взглядом по огромной фигуре трёхцветного мужа, в который раз поражаясь сей странной раскраске.

– И всё же, – заговорила она с находящейся рядом Оаэ. – Почему он трёхцветный? Чтобы его было легче определить в многочисленном оркском войске и прихлопнуть?

Магичка улыбнулась.

– Не знаю, – ответила она. – Это лично его особенность. У всех королей ранее были лишь рога, как символ власти. Его трёхцветность, возможно, показатель того, что в нём есть кровь не только орков, поэтому так и получилось.

– Я тоже так подумала, – отозвалась Богиня.

– И вообще, – заговорила оркша, – тебе ли меня об этом спрашивать? Ты же всё должна знать, нет?

– Не знаю, – отозвалась новая Гая. – Иногда я что-то знаю и чувствую, иногда нет. Я только учусь вообще-то, – пыталась она оправдаться.

– Долго что-то, – наигранно недовольно ответила клыкастая древняя громила. – Туповатую Богиню нам подбросили вместо совсем сумасшедшей.

Атти улыбнулась.

– И всё-таки лучше, чем вообще сумасшедшая, – парировала она.

– Ну да, – вынужденно протянула оркша, и Аттика вернула внимание к мужу.

С какой из прародительниц Лима согрешил однажды король орков? И было ли это по любви или жутким насилием над жертвой, которая наверняка еле выжила после подобной близости.

В любом случае благодаря подобному стечению обстоятельств были спасены минимум тысячи жизней, что лишний раз доказывает то, что из Личности нам слишком сложно понять очень многое.

Аттика в очередной раз подумала о том, как всем им помогла банальная невероятная случайность и выступ в обрыве, на который упал Хор и, помогая выбраться друзьям, претерпел трансформацию.

Внимание Атти привлёк какой-то странный всплеск воды.

Она поднялась и направилась к борту, с удивлением обнаружив в воде старую зеленоволосую знакомую.

– С ума сойти, – вырвалось у неё, когда похорошевшая мавка счастливо помахала ей рукой в знак приветствия.

– Поздравляю, – улыбнулась в ответ Атти. – Ты выбралась всё же, молодец.

Она активно закивала головой и указала рукой в сторону.

Богиня проследила в заданном направлении и увидела, как из воды появился настоящий царь морей с коралловой короной на голове и трезубцем в руке.

Настоящий брутальный властный мужик был крайне недоволен тем, что его сюда притащили на смотрины, но не мог отказать любимой. Да и притащили его не к кому-нибудь, а к самóй новой Богине, которой он уважительно поклонился. Этим он и оправдывал своё безволие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Аттика вернула взгляд к мавке.

Зеленовласка продолжала тыкать в него пальцем и радостно восторженно хлопать в ладоши, выказывая свои эмоции.

Богиня нахмурилась.

– Только не говори, что считаешь его подарком судьбы и чем-то невероятным, – произнесла она.

Мавка чуть скисла, удивившись. Кивнула, подтверждая догадку новой Богини.

Аттика недовольно поджала губы.

– Милая, – начала она. – Он с тобой, потому что ты достойна его, понимаешь? Достойна сильного царя. Ибо ты царица. Ты вообще знала, что мавки, оказывается, не могут покидать свой омут? – ошарашила она духа.

Та растерянно отрицательно мотнула головой.

– Вот! – воскликнула Атти. – А ты смогла! Ты! Смогла! Единственная! Ты невероятная. И рядом с тобой сейчас тот, кто достоин той силы и красоты, которую ты обрела в себе на этом пути. Поняла?

Мавка улыбнулась после некоторого раздумья. Кивнула.

Ещё счастливее, чем до этого. Как-то иначе. С осознанием.

– Будь счастлива, дорогая, – мягко произнесла Аттика.

Та кивнула и поплыла к любимому.

Вместе они махнули Богине хвостами, когда уходили в свой мир в тёмные воды.

Атти смотрела им вслед и вспомнила недавний разговор с третьим мужем: