Возрождающая. Книга 2 (СИ) - Крейдун Мила - Страница 9

Ост с горечью и болью осознал, что брат пытается завалить его на спину. В этом случае его поражение будет окончательным. Он будет унижен и станет изгоем, если брат пощадит его и просто пометит своим запахом. В противном случае – смерть - Манн вспорет ему брюхо и сожрёт.

Эта битва между ними была последней.

И речь сейчас шла не о каких-то разногласиях.

На кону стояла его жизнь.

Ост не мог проиграть. И не проиграл, придавив Манна к земле лицом вниз. Не позволяя ему даже пошевелиться.

- Это не конец! – орал разъярённый самец. – Это не конец, слышишь, Ост?! Я никогда не остановлюсь! Я убью тебя! Недолго тебе ходить в доминантах!

И Ост знал, что поверженный вожак не врёт.

Эта их схватка должна стать последней.

Он чуть приподнялся и одним резким движением перевернул брата на спину, тут же навалившись вновь, потираясь о его брюхо своим. Ставя метку.

Во взгляде Манна вспыхнул ужас, который постепенно мерк вместе с остальными эмоциями по мере того, как Ост забивал его запах своим.

Он не даст брата в обиду, но другого выхода у них просто не было.

Ост поднялся. Униженный и раздавленный Манн не пошевелился, так и оставшись лежать на земле.

«Ничего, оклемается», - подумал новый доминантный самец и окинул твёрдым взглядом стаю.

- Суровые времена, - начал он, - требовали от нас сурового образа жизней. Мы менялись, чтобы выжить, и мы выжили. Но пришла новая эпоха возрождения и перемен, И мы должны принять её и идти в ногу или будем отвергнуты и канем в небытие вместе с уходящей эпохой. Мы можем и будем питаться растительной пищей, вспомнив, кто мы есть на самом деле. Да, мы переняли не только внешний облик своих вторых ипостасей, ибо невозможно принять одно и отвергнуть другое – сущность. Да, мы изменились, но не настолько, чтобы убивать без необходимости. Мы не делали этого даже тогда, когда еды не хватало. Сейчас же, - вожак повёл рукой по возрождённым землям, - пищи в достатке. Разве вы не хотите вновь испытать единство с Матерью? Почувствовать себя частью чего-то великого? Единого? Не выживать, а жить? Не уничтожать, а созидать? Как раньше!

По толпе пошёл взволнованный шепоток. Осту удалось пробудить в варанах ту искру, которая давно потухла, но не пропала из их душ.

Разыскивая необходимую траву, Акан, не ощущая голода, старательно набивал рот ягодами и кореньями, которые попадались под руку. Совершенно не чувствуя их вкуса и хруста земли на зубах.

Все его мысли были сосредоточены на Раоне Воды, с которой они были связаны волей Богини. Чьё тихое сердцебиение он слышал в собственной груди.

Второй Араон давно не испытывал ничего подобного.

Раб Царя птилаков давно перестал бояться, осознав однажды тщетность иррациональной эмоции, которая была напрямую связана с инстинктом самосохранения, но в его ситуации лишь всё усугубляла. ПиткКарРу нравился его страх. Он его провоцировал и раззадоривал.

Акан давно разучился бояться. Забыл он и о том, что значит волноваться за кого-то. Почти два десятилетия он был один. Среди врагов, которым не желал ничего хорошего. Частично уподобившись им. Только сейчас осознав это.

«Ариэль», - мысленно протянул он, чувствуя то, о чём давно забыл.

Тепло. В груди. В душе.

Что это?

Её сердце или его собственное?

Он нашёл, наконец, то, что искал. Сорвал несколько листиков и поспешил обратно.

- Как она? – спросил Владетель, как только вернулся.

Склоняясь над бессознательным телом. Засовывая в рот листья, чтобы тщательно их пережевать.

- Всё так же, - ответил Ти՚Аррк. – Ты не можешь поделиться с ней силой и разбудить, как медведей? Я ведь правильно понял, что именно поэтому они разбрелись сейчас по округе, вместо того, чтобы дальше пребывать в своём… этом… как его…?

- Анабиозе, - подсказал варрк.

- Да, - ответил обоим Акан, скользнув взглядом с бледного лица Ариэль к ране, на которую старательно накладывал пережёванные листья. – И могу, но думаю, что её не стоит сейчас будить. В этом состоянии она не чувствует боль, и все её жизненные резервы направлены на восстановление и регенерацию.

- Ну, с первым я бы справился, - отозвался Боль, - со вторым, конечно, сложнее без КирРы. Хотя сейчас и с ней это весьма спорный вопрос, - тише добавил Ти.

- Нам нельзя здесь больше задерживаться, - вмешался в их диалог ДэкКарр. – Надо возвращаться в пещеру.

Владетель согласно кивнул и стал озираться по сторонам, словно о чём-то вспомнив.

- Где Камаль? – спросил он.

- А крон его знает, - раздражённо отозвался Кин՚Арр. - Где-то в ближайших кустах.

- Вы бросили его без защиты? – нахмурился Акан.

- Сомневаюсь, что нам так повезёт, и его раздерут медведи, - отозвался Ти՚Аррк.

- Или, на худой конец, вараны, - усмехаясь, добавил Рок՚Кх.

- Мы не бросаем своих, - строже произнёс Владетель.

- А мы не подчиняемся тебе, крон, - тут же полыхнул алым взгляд Ярости.

- Согласен, - поддержал брата поменявшийся в лице Смерть.

- Если так печёшься об этом ничтожестве, сам за ним и следи! – всё больше распылялся Кин՚Арр.

Три тяжёлых взгляда скрестились далеко не в дружеском противостоянии.

- Кин, Рок, - предупреждающе начал ДэкКарр, - давайте попробуем не поубивать друг друга, пока КирРа не возродится.

- А потом можно? – посмеиваясь, спросил Ти՚Аррк.

Пытаясь разрядить напряжённую обстановку, но ему никто не ответил.

- Владетель, ты сам понесёшь Ариэль? Или я? – не сдавался Боль.

- Сам, - резко ответил правитель планеты и подняв лёгкую ношу на руки, повернулся к ближайшим кустам. – Камаль!

- Да? – тут же появилась жующая голова.

- Заходим, - коротко бросил он ему и двинулся ко входу в пещеру.

Рок՚Кх вернулся на свой наблюдательный пост на выступе скалы.

Ти՚Аррк подставил плечо хромающему Кину.

«На этот раз обошлось, - подумал Дэк, оглянувшись на то место, где земля поглотила смысл их жизней. – Поторопись, любимая, - произнёс он, не уверенный в том слышит ли она его».

- Камаль, - вырвал варрка из размышлений волевой голос Владетеля, - возьми шантаз.

- Что? – не понял полу-самец его вида.

- Светящийся камень справа от тебя, - уточнил правитель кронов, махнув головой в сторону небольшого минерала, красиво горящего среди прочих камней разными цветами - от бирюзового до огненного.

Камаль подчинился, подняв флуоресцентный самоцвет, и поспешил за остальными.

В пещере Акан создал для Ариэль нечто похожее на идеально гладкое ложе и, осторожно положив русалочку, обернулся к Камалю.

- Давай, - произнёс он, требовательно протянув ладонь.

Постепенно привыкшие к темноте глаза крона не позволили ему промахнуться мимо руки Владетеля, в которую он вложил светящийся камушек, тускло осветивший ладонь Избранника Богини.

«Эх, был бы он побольше», - с горечью подумал Камаль.

Его убивал давящий мрак, практически физически ощущавшийся в пещере, в которой воняло сыростью, затхлостью…

«И смертью», - додумал он, поёжившись.

Словно прочтя его мысли, самоцвет в руке Владетеля стал увеличиваться.

Повелитель планеты опустил его на пол и продолжал касаться, пока тот не стал достаточных размеров, чтобы давать тусклый, но обнадёживающий свет.

ТелЛани неодобрительно покосились на камень, но ничего не сказали.

«Слава Богине», - облегчённо выдохнув, подумал Камаль.

- Сколько ещё мы будем здесь сидеть? – вырвалось у него прежде, чем он успел подумать.

- Столько, сколько потребуется, - резко ответил главарь Хранителей.

С языка Камаля рвались слова, что он не выдержит «столько, сколько потребуется» в этой могиле, но на этот раз он успел вовремя прикусить язык.