Летний лагерь свингеров (ЛП) - Сципио Ник - Страница 492

Когда она вылила теплое масло мне на спину, я тихо застонал. Тепло распространилось по моей коже, когда пряный цветочный аромат достиг моего носа. Затем она оседлала мои бедра, а ее гладкая кожа заскользила по моей. Я снова застонал, когда она начала массировать мои плечи.

На мгновение я забыл о своем стояке. Я забыл о своей похоти. Кажется, я даже забыл свое имя. Когда она провела руками по мне снова, я снова застонал. Она оперлась на руки, и ее ладони впились в мои мышцы. Сочетание теплого масла и мягкого давления заставило меня расслабиться еще больше.

Затем она двинулась вниз по моей спине, массируя мои ягодицы, а затем снова поднималась выше, к позвоночнику. Пока она массировала мои мышцы, я закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Тебе нравится, хозяин? — тихо спросила она.

— Боже, да. — пробормотал я.

— Мне нравится делать это для тебя. —

Я кивнул.

—Когда я жила в доме отца. — сказала она, — мне и в голову не приходило, что мне понравится быть наложницей. Особенно у римлянина. —

На мгновение я растерялся. Потом я понял, что она рассказывает мне с помощью «рассказа» о своей фантазии.

— Простите меня за дерзост. — продолжала она, — но мой отец и дяди всегда говорили, что римляне грубые и неотесанные, искусные в войне, но нецивилизованные. —

Не знаю, выдумывала ли она свою историю на ходу или репетировала, но я был очарован.

—Когда ты впервые привел меня в свою спальню. — сказала она, — я была так напугана. Вы помните, как я дрожал, милорд? —

Я сыграл свою роль и кивнул.

— Забившись в угол, я ждала, что ты меня изнасилуешь. Представь мое удивление, когда ты только хотел поговорить. И по-гречески. Я никогда не слышала, чтобы римляне говорили на моем языке. — сказала она. — Мы проговорили до поздней ночи, но я была в замешательстве, когда ты отправил меня обратно в мою комнату, не взяв то, что по праву принадлежало тебе. Я подумал, что, возможно, не нравлюсь тебе. —

Я покачал головой, когда она опустилась ниже и вылила масло на мои ягодицы и бедра.

—Когда на следующий вечер меня вызвали к вам, — продолжала она, — я старалась выглядеть красивее. Ты заметил? —

— Конечно. — томно ответил я. Из-за истории и ее рук мне было трудно сосредоточиться.

—Я так и знала. — сказала она. —Но вы хотели только поговорить. Никогда, даже в самых смелых мечтах, я не думала, что окажусь в спальне Римского лорда, не говоря уже об Одиссее и Пенелопе. —

Она опустила руки ниже, массируя мои икры.

— А потом, в течение следующей недели, каждый вечер было одно и то же: меня вызывали в твою спальню. Каждую ночь я плела гирлянду из цветов для волос и выбирала самые красивые и красивые одежды из тех, что ты мне дарил. — Она двинулась руками вверх по моему телу, массируя его.

Я медленно покачивал головой из стороны в сторону, пока она оседлала мои бедра и массировала мышцы шеи.

— Каждую ночь я приходила к тебе в комнату, ожидая, что ты меня изнасилуешь. И каждое утро, возвращаясь в свои покои еще девицей, я чувствовала себя еще более взволнованной, чем прежде. —

Я чуть не застонал, когда она убрала руки с моей шеи.

—Я видела желание в твоих глазах. — продолжала она. — И твоя мужественность проявлялась в каждом твоем движении. —

От ее прикосновения я перевернулся на спину. Мой стояк упал мне на живот.

—Я даже заметила бугорок на твоих штанах. — сказала она, понизив голос до шепота. — И все же ты не прикасался ко мне, и ты не дал мне того, о чем я начинала мечтать. —

Прикрыв глаза, я смотрел, как она достала бутылку с маслом из ванны с горячей водой и вылила мне на грудь. Когда она начала втирать масло в мою кожу, я скользнул взглядом по ее телу. Прозрачная тога открывала правую грудь. За ней ее свободная левая грудь мягко покачивалась. Поджав под себя ноги, я не видел ничего, кроме ее бедер и прелестных ножек, но я все равно был восхищен ее фигурой.

— Иногда я представляла, каково это будет, когда ты возьмешь меня. — сказала она, сосредоточившись на массировании моих грудных мышц. — Я представляла, каково это – быть под тобой, быть одержимой тобой. — Потом она положила руки мне на плечи.

Мгновение я наблюдал за ее лицом, пока она продолжала свой рассказ. Она сосредоточилась на мне, но, казалось, наслаждалась своей историей так же, как и я.

— Вы возьмете мою девственность в порыве силы, как солдат? — она задумалась. — Или вы будете нежны и внимательны, как философ? Я не знала, как именно вы это сделаете, потому что вы одновременно и солдат, и философ. —

Мой член дернулся в ожидании, когда она опустится ниже. Она вылила масло мне на живот, а затем начала намазывать его на кожу.

Глава 478

—Я думала об этом каждый день, пока тебя не было. — сказала она. — И каждую ночь я купалась для тебя. Я бы сделала свое украшение и выбрала самый тонкий наряд, надеясь соблазнить тебя использовать мое тело для твоего удовольствия. —

Затем, к моей молчаливой агонии, она пересела через мой стояк и начала массировать мои ноги.

—Когда ты впервые забрал меня из отцовского дома. — сказала она со смехом. — я боялась тебя. В течение недели приходя в твой дом, я тосковала по Вашим прикосновениям. — Потом ее взгляд упал на мой стояк. —И жаждала увидеть твой набухший член. — прошептала она.

Когда она двинулась вниз по моим ногам к голеням, я согнул ягодицы и заставил свой член дергаться. К моему ужасу, она проигнорировала скрытое предложение и продолжила массировать мои ноги.

—На что это будет похоже? — Удивилась она. —Я видела, как мои братья и дяди делали это, когда они были «gymnos» немного. —

Я понятия не имел, что означает это слово, но оно определенно звучало провокационно.

— ...но ни у кого из них не было твоего... энтузиазма. — продолжила она.

Затем, к моему неизбежному облегчению, она оседлала мои ноги и вылила теплое масло на мой член и яйца. Я почти застонал вслух, когда она обхватила пальцами мой член и нежно сжала tuj.

—Когда вы впервые купались со мной. — сказала она, — я думала, что это будет именно тот момент. Ты был таким твердым, таким готовым. Я хотела прикоснуться к тебе, доставить тебе удовольствие. Когда ты нежно вытирал меня, мое сердце пело от радости. Но когда я вернулась в свои покои все еще девственницей, я почувствовала боль глубоко внутри. —

Я сделал колоссальное усилие, чтобы не упомянуть о том, что болело у меня в данный момент. Но даже когда ее руки творили свою магию на моем члене, я был очарован ее историей.

— Следующей ночью я едва сдерживалась, ожидая твоего вызова. Когда это случилось, я почувствовала, как внутри меня разгорается жар. Сначала я подумала, что заболела. Но при мысли о том, что я не увижу тебя, мне стало дурно. —

Я поднял голову, чтобы посмотреть, как она напряженно гладит мой член.

Ее груди мягко покачивались, когда она сжимала кулаки. Затем ее глаза загорелись, и она бессознательно облизнула губы.

Когда я посмотрел вниз, я понял, почему: капелька пре-семенной жидкости только что появилась на кончике моего члена.

— Вы помните, как я опрометью бросилась в ваши покои, милорд? Я была в отчаянии. — сказала она. — Я безумно хочу, чтобы ты взял меня, и сделал своей. — Она посмотрела на меня горящими глазами. — Я больше не была добродетельной эллинской принцессой. Мои желания горели во мне. Я хотела увидеть твой член, потереться им о мою кожу, почувствовать, как оно погружается в меня и наполняет меня твоим теплом и влагой. —

Когда она почувствовала, что я уже близок тому, чтобы кончить, она ускорила шаг, а ее руки скользили по моему скользкому члену.

Я закрыл глаза и застонал.

—Когда вы раздевали меня, милорд. — тихо сказала она. — это было с заботой философа. Но потом ты взял меня как солдат, со страстью и силой. Я чувствовала каждый сантиметр твоего члена, когда ты двигался внутри меня. И когда ты погрузился в меня в последний раз, я знала, что ты скоро выпустишь в меня свое самое сокровенное. —