Летний лагерь свингеров (ЛП) - Сципио Ник - Страница 652

—Так ты из Небраски? — Спросил я, меняя тему, чтобы посмотреть, смогу ли поднять ей настроение.

— Стэплтон. — кивнула она. — Это еще один маленький городок в глуши. —

— Ясно. —

— Я ушла из дома, когда мне было девятнадцать. Я встретила Ронни на родео в Норт-Платте, и меня там не было. Но Ронни никогда не был великим ковбоем на родео. Ему лучше удавалось соблазнять девственниц, вскормленных кукурузой. Поэтому, когда ему предложили работу на большом ранчо в Перри, он ухватился за нее. В общем, там я и познакомилась с Нальдо. —

— Как, ты познакомилась с Нальдо, в Перри, штат Оклахома? — Удивленно спросил я.

— Он покупал там стадо техасских длиннорогих. Я познакомилась с ним на аукционе. Он купил быка на ранчо, где работал Ронни. Нальдо интересовался не только быком, а я была заинтересована в том, чтобы убраться к черту из Перри. Остальное. — она пожала плечами, — уже история. —

— С тех пор ты не была в Небраске? —

Она покачала головой. — Около года назад я позвонила родителям, чтобы сообщить, что со мной все в порядке. —

—Ты скучаешь по ним? —

— Не совсем. Я скучаю по младшим братьям, но уж точно не по ранчо, и не по тому, что просыпаюсь до рассвета, вся в грязи и поту. —

— Ранчо? — Спросил я вслух. — Я думал, в Небраске выращивают кукурузу. —

— О, там много кукурузы. Много. Но у моей семьи было ранчо. И черный ангус. — сказала она.

Я вопросительно посмотрел на нее.

— Мясной скот. — объяснила она. — Большой, вонючий и тупой. Но я выросла среди них, так что могу кататься на веревке, ездить верхом и все такое. Мой отец не хотел, чтобы я работала в стаде, поэтому я должна была делать женскую работу. Наверное, он решил, что я выйду замуж за какого-нибудь деревенщину. Ха! Вряд ли. Поэтому, когда у меня появился шанс выбраться, я им воспользовался. —

—И оказалась в Атланте. — улыбнулся я.

Она кивнула и сделала еще глоток вина.

—Что за дела здесь у твоего парня? — Спросил я.

—Я говорила тебе, что он управляет кучей телевизионных станций, верно? Ну, у него много дел с Тедом Тернером. Ты ведь знаешь, кто он? —

Я кивнул. Я знал, кто такой Тед Тернер, но кто его не знал? Отец Джины работал на него.

— Так или иначе, Нальдо хотел, чтобы я переехала в Атланту, и я переехала. Думаю, он устал от своей последней любовницы. Рано или поздно это случится и со мной. — сказала она пессимистично.

—Вот почему ты...? — Спросил я, но потом передумал и спросил другое. — Ты поэтому пригласила нас в свою квартиру? — Она все равно уловила суть незаконченного вопроса.

— Обычно я ничего подобного не делаю. — сказала она, жестикулируя бокалом. — Мне нравится флиртовать, но большинство парней слишком застенчивы, чтобы что-то делать. И... Я имею в виду, я работаю в магазине женской одежды. Кроме того, я знаю, что я просто любовница Нальдо, но я все еще люблю его, поэтому я верна. Обычно. —

— Тогда почему мы? — Спросил я. — Почему сейчас? —

Она фыркнула: —Я хотела посмотреть, так ли ты хорош, как говоришь. — сказала она. — Кроме того, ты такой же, как Нальдо тогда. Ну и ладно ... Я не думала, что у тебя хватит смелости пройти через это. Я имею в виду, тебе... сколько? Двадцать один? Двадцать два? —

— Вообще-то мне восемнадцать. — сказал я, гордясь тем, что она думала, что я старше.

— Ты меня разыгрываешь. —

Я покачал головой.

—Боже, ты такой ребенок. Я подцепила подростка. — сказала она. Потом удивленно посмотрела на меня: — Подожди... если тебе сейчас восемнадцать, то тебе должно было быть, только, семнадцать, когда я меряла для тебя чулки?! —

— Хочешь верь, хочешь нет, но мне было шестнадцать. —

— Господи, ну и ловкач же ты! Я думала, ты всего на пару лет моложе меня. —

— Почему? — Спросил я. —Сколько тебе лет? —

— Невежливо спрашивать леди о ее возрасте. — упрекнула она меня, притворно надув губки.

— Извини. —

— Мне двадцать шесть. — сказала она через мгновение. —Но я все еще не могу поверить, что ты подросток. — сказала она. Затем добавила: — Подожди... а сколько лет Кендалл? —

— Девятнадцать. — ответил я.

—Иисус! Я думала, она тоже старше. Это... сумасшествие. —

— Почему? Я имею в виду, мы же не дети или что-нибудь такое. И, кажется, совсем недавно это тебя не беспокоило. — сказал я, кивнув в сторону спальни.

— Нет. — призналась она, покраснев. — Наверное... Я просто думала, что ты старше. —

— Разве это имеет значение? —

Она пожала плечами. — Может быть, я думала, что ты можешь спасти меня или что-то в этом роде. —

— Что? —

— Наверное, я подумала, что ты подходишь на роль парня. Знаешь? Я думала, ты можешь спасти меня от бытия любовницы Нальдо. —

—Я не рыцарь в сияющих доспехах. — тихо сказал я. По какой-то причине она стала грустной и немного озлобленной. Я не понимал почему, но мне все равно было жаль ее.

— Я понимаю. Но я подумала... О, черт, я не знаю, о чем я подумала. — С этими словами она допила вино и стала искать другую бутылку. Заметив одну из них на столике, она вылила содержимое в свой стакан.

—В чем дело? — Спросил я.

—Ничего. По крайней мере, ты ничего не можешь исправить. Очевидно, ничего нельзя исправить. — сказала она, делая еще глоток.

— Ух ты. — сказал я, забирая у нее бокал. — Замедлись. Может, если ты скажешь мне, в чем дело, я смогу помочь. —

— Сомневаюсь. — сказала она. Потом вытерла слезу и скрестила руки на груди. После долгой неловкой паузы она посмотрела на меня, а ее глаза блестели от слез. — Ты ни разу не входил в меня! — сказала она.

Я офигевши посмотрел на нее, от такой резкой смены темы.

Глава 636

— В первый раз ты вошел в Кендалл, когда мы еще были здесь. Потом, позже, ты вышел из меня и кончил ей на лицо. Помнишь? —

Я кивнул.

—И совсем недавно ты снова вошел в нее. —

— Ну и что? — Спросил я, выжидая.

—Я же сказала, что принимаю таблетки. Так почему же ты не вошел в меня? —

—Понятия не имею... ну... Я имею в виду... эм... — Запинаясь, пробормотал я. На самом деле, я немного волновался, что она не на таблетках, но я не хотел говорить ей об этом. Следовательно, я входил в Кендалл всякий раз, когда достигал точки невозврата. Я старался не показывать, что обдумываю это, но внезапно почувствовал себя подонком.

Прежде чем я успел что-то сказать в свою защиту, Фелиция встала и направилась в заднюю часть квартиры. Я встал и пошел за ней, но она остановила меня жестом. Через мгновение она вернулась с голубой тарелочкой и бросила его мне.

Она ударила меня в грудь, и я успел поймать ее прежде, чем она упала на пол.

— Видишь? — сказала она вызывающе.

Я посмотрел тарелку и сразу узнал противозачаточные таблетки. Неразумно, но мои глаза скользнули по ряду разноцветных таблеток, и я быстро пересчитал оставшиеся белые: ее месячные начались через одиннадцать дней.

— Я не лгала тебе, так почему ты не вошел в меня? — жалобно спросила она.

— Кажется, я об этом не подумал. — сказал я как можно серьезнее. Конечно, это было неправдой, но правда причинит ей еще большую боль.

— Тогда что? — спросила она, и по ее щеке скатилась слеза. —Ты мне не доверяешь? —

— Я доверяю тебе. — сказал я, надеясь, что это прозвучало убедительно.

— Тогда... что? —

Когда я потянулся к ней, она позволила мне притянуть ее ближе. Потом уткнулась лицом мне в грудь. Конечно, я знал, почему она так расстроена, и не был бессердечен: я не мог позволить ей плакать, не попытавшись хотя бы утешить ее. Я обнимал ее несколько минут, пока она тихо плакала. Наконец она подняла на меня глаза. Потом вытерла щеки и шмыгнула носом.

— Займись со мной любовью. — тихо попросила она. — Займись со мной любовью и войди в меня. Я хочу чувствовать себя любимой. —

Я потерял дар речи.

— Пожалуйста. — взмолилась она.

После долгой паузы я кивнул.

Она запрокинула голову для поцелуя, и я прижался своими губами к ее губам. От нее пахло вином, кокаином и слезами, но мне было все равно. Я не чувствовал к ней никакой любви, но мне было жаль ее, и она была явно расстроена. Если занятие любовью заставит ее чувствовать себя лучше, тогда это сделаю я. В этот момент я чуть не рассмеялся над своим мученическим отношением. К счастью, я подавил эту реакцию, прежде чем обидеть ее.