Экзорцист. Утроба Ведьмы (СИ) - Тард Джулия - Страница 6

Не зная как долго, она так стояла, бессмысленно смотря в землю, Мария неспешно побрела обратно. Совершенно не понимая, как им теперь жить дальше.

Аврора уже стояла возле ворот рядом с Филиппом. С убранными в косу волосами, одетая в невзрачную серую накидку она казалась совсем ещё ребёнком.

Ничего не сказав, Мария протянула руку, забирая у неё сумку, которая, как и ожидалось, оказалась практически пустой. По крайней мере, уж до неприличия лёгкой.

— Поскачешь со мной, — накинув на себя плащ, Мария протянула Авроре руку, помогая взобраться на Рэйвена и быстро села позади неё. — Удобно?

— Да.

— Держись крепче.

Когда они прибыли в Легль, была едва ли не полночь, из-за чего пришлось остановиться на первом попавшемся постоялом дворе.

— Две комнаты, — подошла Мария к стойке. — Одну для святого отца и одну для нас с девушкой.

Довольно старый, но всё ещё крепкий хозяин бросил не довольный взгляд, на платье Авроры, понимая, что этот юноша собирается ночевать в одной комнате с послушницей. Лица её он не видел из-за капюшона, который Мария специально не позволила ей снимать, понимая какое внимание та способна привлечь своей внешность.

Но так как священник и бровью не повел на подобное заявление, уж он и точно не мог. Всё-таки дела церковные, на то они и дела церковные, чтобы в них не совали нос непосвященные.

— Что у вас есть из еды? — заглянула Мария ему за спину, шаря по кухне изучающим взглядом.

— Печёная репа и жаркое.

— Похлёбку из зайца приготовите, если я вам его принесу? — Михаэль никогда не позволял ей есть жаркое в дешевых трактирах. Подобное мясо являлось скорей отбросом, чем полноценной едой.

— Можно, но за готовку я возьму с вас отдельно. Устраивает?

— Вполне.

— Хорошо. Тогда можете дать мне его сразу.

— Не стоит так спешить, — повела Мария плечами, — его ещё поймать нужно.

— Чего? — округлились глаза хозяина. Большего бреда он едва ли мог услышать. Мало того что за окном стояла глубокая ночь, так ещё и парень был всего с одним глазом! — А может, всё-таки предпочтёте поесть у нас и не морочить себе голову?

— Мне несложно, — отвернулась Мария, пошагав к лестнице, показывая, что разговор окончен.

Не став продолжать бессмысленные уговоры, хозяин повёл своих новых постояльцев к их комнатам.

Священника поселили первым, ближе всего к выходу, а вот Марии с Авророй досталась одна из самых дальних комнат.

Уверено шагнув вперёд, Мария бросила сумки на кровать, а следом за ними и куртку. Зайдя следом, Аврора неспешно последовала её примеру, осматривая небольшую комнату с двумя кроватями.

— Не стоит раздеваться какое-то время, — остановила её Мария, прокручивая в руке нож. — Здесь холодно и сыро.

— А как же ты?

— Мне не холодно. К тому же. Я уже привыкла к подобным неудобствам, а ты нет.

— Думаешь, меня в монастыре растили словно цветочек? — раздраженно процедила Аврора, скидывая накидку.

Злая, взвинченная, она напоминала Марии недовольного котёнка. Такая же маленькая и хрупкая, отчаянно борющаяся за свою жизнь.

— А если бы тебе об этом сказал Михаэль, ты бы так же отреагировала?

— Не говори о нём! — подскочила к ней Аврора, награждая тяжелой пощечиной. — Не смей произносить его имени! Ты никогда его не ценила! Никогда не уважала! — схватила за грудки, заставляя смотреть на себя. — Для тебя он всегда был только демоном! Твоим псом на побегушках! Ты никогда не ценила того, что он для тебя делал!

— Да, — холодно согласилась Мария, поднимая на неё пустой, безжизненный взгляд. — Так и есть. Не ценила. Никогда не ценила. И безумно ненавижу себя за это…

Глядя на Марию Аврора отчётливо понимала, этой девушке не нужно было плакать или что-либо говорить, что бы стало понятно. Она в самой настоящей агонии… И страдает из-за его потери куда сильнее её самой. Намного сильнее!

— Прости, — разжала кулаки, выпуская ворот её рубашки из побелевших пальцев.

— Ты имеешь полное право злиться на меня, так что не стоит извиняться. Я приму от тебя любое наказание за свой проступок.

— Я не Бог Мария. И, не мне судить тебя за твои поступки.

Как же люто ей хотелось, что бы Аврора выплеснула на неё всю свою ненависть! Обиду! Злость! Отчаяние! Что бы потребовала от неё наказать себя! Что бы причинила ей боль!

Но, как и ожидалось, она была слишком добрым, светлым человеком, чтобы сделать что-то подобное…

Ну и как же ей теперь избавиться от всей её боли? Как освободиться от безумного чувства вины?

Молча поднявшись с кровати, Мария вышла из комнаты, оставляя постоялый двор.

Бродить ночью по лесу оказалось чертовски приятно, а гоняться за зайцами ещё лучше. Марии показалось, что она лишилась человеческой плоти, обратившись в дикого зверя. Мало того, что она прекрасно ориентировалась в кромешной темноте даже зайцы, и те, показалось, ей какими-то медлительными.

Сумев поймать парочку, она снова надела повязку, спеша обратно, где Филипп с Авророй наверняка уже умирали с голоду.

Передав дичь хозяину, попросив его нагреть воду, Мария поднялась наверх, застав стоящую на коленях Аврору.

Закрыв глаза, девушка тихонько молилась, далеко не сразу обратив внимание на Марию.

— Скоро нам принесут поесть, — упала она на кровать, бесцельно смотря в потолок единственным глазом. — Я попросила нагреть тебе воды. Так что после ужина сможешь искупаться.

— Спасибо, — тихонько поднялась Аврора с колен.

Казалось, это был самый долгий день в их жизни…

Тяжелый. Изматывающий. Высасывающий практически все соки…

День, которому явно ещё не суждено было закончиться.

Когда хозяин со служкой внесли к ним в комнату бадью, время было далеко за полночь.

Скинув с себя одежду, Аврора погрузилась в горячую воду. Тушеная зайчатина в паре с вином и горячей едой наконец-то сделали своё дело, позволяя ей расслабиться.

— Почему ты взяла с собой Филиппа? — практически шепотом произнесла Аврора, робко смотря на Марию.

— Само собой получилось. Он был рядом, когда они забрали Михаэля. И в курсе происходящего. Так что было бы опасно оставлять его без присмотра.

— Он какой-то странный… Расспрашивал меня о тебе, пока ты охотилась.

— Филипп религиозный фанатик, Аврора. И, в будущем, наверняка станет изувером, но сейчас он для нас не опасен.

— Вот как… — обняла себя за колени, смотря на мечущиеся в воде огненные блики. — Я конечно знала что Михаэль хороший и что всегда готов помочь и защитить, но что бы на столько самоотверженно… Со мной он никогда не был таким. Не думаю, что он бы пошел на подобную жертву ради меня…

— Зря ты так считаешь, — улыбнулась Мария, обходя её со спины, помогая помыть волосы. — Он тебя очень любит, Аврора. И только из-за того что он поручил мне о тебе позаботится, я ещё стою на ногах. В противном же случае, наверняка бы, уже утопилась. Просто вас с Михаэлем связывают совсем иные узы, нежили нас. Как бы я, на самом деле, к нему не относилась, мне будет плохо в отсутствии моего фамильяра. И точно так же эта связь влияет и на него. Он поступает, руководствуясь именно ею. Вот почему Михаэль и кидается в омут с головой, когда это касается меня. Совсем не из-за того что на самом деле этого хочет, а потому что неспособен поступить иначе.

— Ты это серьёзно? — раздраженно дернулась, смотря на неё блестящим от негодования взглядом.

— Абсолютно.

Аврора расстроено впивалась в потухшие, неживые глаза Марии, прекрасно понимая, что она говорит правду.

Приятное лицо было болезненно бледным и истощенным, тёмные круги под глазами, практически обратились в синяки. Со времени их последней встречи, Мария очень похудела, практически не прикасаясь к еде.

И самым страшным было не то, что Мария понятия не имела, почему с ней это происходит, а потому, что даже если бы она сейчас сказала ей о самой главной причине её боли — это абсолютно ничего бы не изменило.