Пламенные эвкалипты - Хэран Элизабет - Страница 26

Фермеры из долины Гилберта и ее окрестностей большей частью знали друг друга, так что Джек и Хит были знакомы, хотя и не дружили. Но, несмотря ни на что, Хит не колеблясь решил отправиться прямиком на ферму в Бангари без приглашения.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Джек, Эбби и Сибил обедали, когда в Бангари пожаловал Хит. Обед приготовил Сабу — он с раннего утра хлопотал на кухне с мясницким ножом в руке. К столу было подано острое блюдо из ягненка, от которого Джека и Эбби сразу бросило в жар.

— Сабу явно переусердствовал с чилийским перцем и карри, — посетовал Джек, промокнув лоб салфеткой и разом проглотив полстакана воды.

— Слишком остро! — Эбби потянулась к кувшину с водой, чтобы налить себе третий стакан в надежде погасить огонь во рту и в горле.

— А по-моему, бесподобно, — заметила Сибил в защиту повара.

Она сторонилась Эбби и весь день просидела в своей комнате. Оставшись не у дел и стараясь не попадаться Сабу на глаза, Эбби провела большую часть дня в саду с Фрэнком Фоксом за разговорами о растениях. Потом помогала Марии и Эльзе кормить собак.

Джек устало посмотрел на мать.

— Как ты, мама, можешь такое говорить. Сама же знаешь упертый характер Сабу.

Сибил собралась было возразить, но смолчала, услышав цокот лошадиных копыт на гравийной дорожке перед домом. Джек разглядел через окно в столовой чей-то экипаж.

— У нас гости, — сказал он, поднимаясь, чтобы открыть дверь.

У Эбби сердце в пятки ушло: она подумала, уж не полиция ли нагрянула за нею. Силясь рассмотреть что-либо в окне, она вытянулась и увидела на дорожке незнакомца.

Сибил заметила, что ее новоявленная компаньонка встревожилась.

— Что-то случилось, Эбби? — подозрительно спросила она.

— Нет, ничего, — едва выговорила Эбби, бледнея. — С чего вы взяли?

— Это ты должна мне сказать, — проговорила Сибил, присматриваясь к ней.

Эбби хотелось соврать — сказать, что все, мол, в порядке, но заставить себя она не могла. А еще ей хотелось извиниться, но она знала, что этим только усугубит подозрительность Сибил, и она снова принялась за еду, стараясь держаться как ни в чем не бывало. Это давалось ей с трудом, к тому же у нее перехватило горло, да так, что она едва могла глотать.

Они обе замолчали и тут же услышали, как Джек открыл парадную дверь перед Хитом, который уже поднимался на веранду.

— Что привело вас в Бангари, Хит? — дружески спросил Джек.

— Спешу принести извинения за беспокойство, — ответил Хит. — Я не помешал?

— Мы как раз обедали, но я с радостью оторвусь от стола. — Джек понизил голос: — От слишком острого карри губы у меня огнем горят. Впрочем, пожалуйста, входите. — И он пригласил Хита в гостиную. — Выпьете что-нибудь — вина или, может, чаю? А если голодны, прошу к нашему столу!

— Я довольно поздно завтракал, так что благодарю, ничего не нужно, — сказал Хит, желая перейти прямо к делу. Он заглянул в столовую через открытые двери и увидел там женщину с девушкой. Женщина, должно быть, мать Джека, смекнул он, хотя ни разу ее не видел. Девушка же сидела, опустив голову, и лица ее было не разглядеть.

— Так чем могу быть полезен, Хит? — полюбопытствовал Джек.

— Я ищу одну девицу, и она, похоже, работает у вас, — ответил Хит, снова заглянув в столовую. — Мне сообщили, что вы недавно наняли компаньонку для своей матери, одну молодую особу.

— Верно, — сказал Джек со все возрастающим любопытством. — Эбби.

Хит еще раз бросил взгляд в столовую: Эбби сидела все так же, с опущенной головой.

— Это, наверно, и есть мисс Абигайл Скоттсдейл?

Заслышав свое имя, Эбби едва не лишилась чувств. Она понятия не имела, кто такой Хит, но сразу заподозрила в нем дознавателя, нанятого, вероятно, прислугой Мартиндейл-Холла.

— Да, верно, — подтвердил Джек. — Вы знакомы с Эбби?

— Нет, мы не встречались, но я был бы рад поговорить с ней.

— Эбби сейчас обедает, — покровительственно заметил Джек. — Если вам угодно подождать…

— Это важно… — мрачно проговорил Хит.

Эбби осмелилась поднять голову и встретиться глазами с Сибил. Потом она перевела взгляд в сторону гостиной, где находился Джек, пребывавший в некотором замешательстве. После того, что он для нее сделал, она глубоко переживала, что поступила недостойно, согласившись работать у него в доме. И вот пришло время искупить вину, к тому же отец наверняка одобрил бы ее порыв. Глубоко вздохнув, она поднялась и вышла в гостиную.

— Я Абигайл Скоттсдейл, — сказала Эбби, представ перед Джеком и Хитом.

Хит встал и смерил ее взглядом. Он думал увидеть заурядную милашку, но красота девушки неожиданно поразила его. На долю секунды его охватила ревность: как это отец сподобился жениться на столь юной красавице, хотя она и была ему женой всего лишь считаные часы. Ее черные как вороново крыло волосы были забраны сзади в пучок, но он все рано заметил, что они у нее густые и волнистые, а кожа — бархатистая, хотя на лице и сохранились следы недавнего солнечного ожога. Ее ослепительно-синие глаза очаровали его — и на мгновение он даже забыл, зачем прибыл. Но потом вспомнил о завещании, и его снова обуяла злость.

— Я Хит Мэйсон, мисс Скоттсдейл, — отрекомендовался он.

Когда-то Хиту с трудом верилось, что девушки, столь юные и красивые, могут быть коварными, но Мередит Бартон открыла ему глаза, и теперь-то он знал, что у лжи бывают разные обличья.

Услышав его имя, Эбби почувствовала головокружение. У нее бешено забилось сердце. Она поняла: Хит — сын Эбенезера.

— Рада… знакомству, мистер Мэйсон, — почти выпалила она.

Эбби не нашла ни малейшего внешнего сходства между Хитом и его отцом — оставалось сравнить их натуры.

— Предоставляю вам возможность обсудить ваши дела, — сказал Джек и вернулся за обеденный стол.

Эбби проводила его взглядом, моля Бога, чтобы ни он, ни его мать их не услышали. Ощутив слабость, она буквально рухнула в кресло, возле которого стоял Хит, и тот тоже сел.

— Чем могу быть вам полезна, мистер Мэйсон? — мягким голосом спросила Эбби и затаила дыхание, со страхом ожидая ответа.

— Полагаю, вы догадываетесь, что привело меня сюда, — решительно сказал Хит. — И мое имя вам наверняка знакомо, тем более что оно как будто теперь и ваше.

Эбби молча воззрилась на Хита. Она и не думала менять свое имя.

— Два дня назад вы, кажется, вышли замуж за моего отца, не так ли? — коротко заметил Хит.

Эбби открыла рот, собираясь что-то сказать, но не смогла вымолвить ни слова.

— Что ж, мисс Скоттсдейл, или, может, теперь к вам стоит обращаться миссис Мэйсон? Значит, все это — правда, так?

— Я… не знала, что вышла за него, — прошептала Эбби.

Хит посмотрел на нее с подозрением.

— Возможно ли такое, мисс Скоттсдейл? Как можно выйти замуж и об этом не знать?

В столовой Сибил и Джек все слышали и с удивлением переглянулись.

— Знаю, в такое трудно поверить, — взволнованно проговорила Эбби.

— Разумеется, — безучастно ответил Хит.

В следующее мгновение Эбби оживилась. Ей очень хотелось, чтобы Хит понял ее, хотя, судя по всему, он не желал ничего слышать.

— Да, я была в Холле два дня назад и последнее, что помню, перед тем как очнулась, вероятно уже будучи замужем за вашим отцом, как выпила бокал вина в столовой…

— Вы же, верно, не страдаете провалами в памяти, мисс Скоттсдейл? — съязвил Хит. — Так что мне нужен внятный ответ, или я вызываю полицию, которая займется этим делом.

Видя, что сбываются самые худшие ее опасения и как враждебно настроен Хит, Эбби расплакалась.

— Бог мой! — безжалостно бросил Хит. — Только не думайте, что это пройдет, любезная.

Тут в гостиную вошел Джек.

— Послушайте, Хит, я не позволю говорить с моей работницей в подобном тоне. Разве не видите, вы довели ее до слез?

Хит вскочил.

— Я хочу, чтобы эта девчонка ответила, как умер мой отец, оказавшись с ней в одной постели, — гневно сказал он. — Кажется, я не слишком многого требую?