Пламенные эвкалипты - Хэран Элизабет - Страница 85

Джек не договорил — ему даже думать об этом не хотелось.

— Мы слышали, ворота остались открытыми? — спросила Клементина.

Она испытывала чувство вины, но что сделано, то сделано, а теперь нужно было направить разговор в нужное русло.

— Да, открыты — и вот этого я и не могу понять! — сердито отозвался Джек. В поместье всегда существовал негласный закон: закрывать за собой любые ворота и калитки. Всегда!

Клементина взглянула на Эбби.

— Ты ведь ходила на прогулку вчера вечером, Эбби? Возможно, ты видела что-то необычное?

Эбби рассеянно посмотрела на нее.

— Да, я выходила, перед тем как совсем стемнело. Я дошла до паддока, но тогда все бараны были на месте.

— А ворота были закрыты, Эбби? — встрепенулся Джек.

— Да.

— Но тогда я не понимаю, как они могли открыться!

— А могли аборигены попытаться украсть баранов? — спросила Сибил.

— Они никогда не делали ничего подобного раньше, и я уверен, не сделали и теперь. Кроме того, гораздо проще украсть овцу, чем барана.

Клементина вновь посмотрела на Эбби.

— Ты же не заходила в паддок, Эбби?

Джек удивленно воззрился на Клементину.

— Зачем, во имя неба, ей это делать, Клементина?

Эбби посмотрела на Джека и тихо сказала:

— Но я заходила, Джек. Я хотела поднять твою шляпу — она на земле валялась.

Джек выглядел одновременно напуганным и удивленным.

— Это же очень опасно, Эбби!

— Я подумала: вдруг бараны съедят шляпу и заболеют. Но ворота я закрыла!

— Ты абсолютно в этом уверена?!

— Да!

Эбби чувствовала себя все хуже, ее трясло, но про ворота она помнила совершено точно: она их закрывала.

— Но не сами же они ворота открыли! А шляпу мне сегодня Элиас отдал, сказал, она лежала на земле, в паддоке. За воротами.

Эбби смутилась.

— Должно быть, ветер снова ее сдул с изгороди. Я думала, что хорошо ее повесила…

— Ты и про ворота думала, что закрыла! — Джек мрачно посмотрел на девушку. — Надеюсь, я не потерял Наполеона.

— Я помогу тебе его искать?

Голос девушки дрожал от переполнявших ее эмоций.

— Не надо. Ты уже достаточно помогла! — бросил Джек и вышел из кухни.

Эбби разрыдалась.

— Тихо-тихо, милая! — заворковала Сибил. — Не обращай внимания на Джека. Он всегда ворчит, когда устал. Это у него с детства.

— Но он думает, что я оставила ворота открытыми, миссис Хокер, а я точно помню, что закрыла их! Я уверена в этом!

— Ну конечно же, моя дорогая…

— Но если я их закрыла… то кто же их открыл?

— Не знаю, милая, но Джек обязательно это выяснит.

Клементина отвернулась, чтобы скрыть довольную улыбку. Не так уж плохо вышло…

— Да найдет он баранов! — сказал Ральф. — Они обычно далеко не уходят.

— Надеюсь! — всхлипнула Эбби.

Завтракать она не могла. Желудок крутило спазмами, но гораздо страшнее тошноты была боль в сердце. Джек не поверил ей, Джек считал, что она оставила ворота открытыми! И еще Клементина — зачем она при всех начала допытываться, куда Эбби ходила вечером и была ли она в паддоке?

Такое ощущение, словно она нарочно устроила все это, чтобы вызвать неудовольствие Джека.

Эбби не хотелось в это верить, но выглядело все именно так.

Она не смогла заставить себя съесть больше половинки тоста. Поесть для нее сейчас было совершенно непосильным трудом.

— Так что же, отправляемся в город? — спросила Сибил.

— Я не хочу никуда ехать! — прошептала несчастная и измученная Эбби.

— Дорогая, мы все равно ничего не сможем сделать, если будем просто сидеть дома. Я уверена, к тому времени, как мы вернемся из города, все бараны уже окажутся на месте.

— Вы правда так думаете? — с надеждой вскинула голову Эбби. Ей очень хотелось верить, что Сибил права.

— Конечно! И я уже послала Эльзу на конюшню сказать Майклу, чтобы запрягал коляску.

Эбби по-прежнему не хотелось никуда ехать, но она надеялась посмотреть пропавших баранов вдоль дороги, ведущей в Клэр, поэтому она отправилась собираться. Только когда они с Сибил были полностью готовы и к ним спустилась Клементина, до Эбби дошло, что она едет с ними.

Сибил заметила ее выражение лица.

— О, я совсем забыла сказать — Клементина едет с нами. Ей тоже нужно новое платье, ведь все ее вещи погибли в пожаре.

Эбби промолчала. Ей было жаль Клементину, лишившуюся всего во время пожара, но и избавиться от неприязни она не могла.

В экипаже было не так много мест, и Эбби сказала, что сядет сзади, чтобы смотреть по сторонам и искать баранов. Таким образом, Сибил и Клементина усядутся рядом и смогут болтать всю дорогу, а Эбби не придется участвовать в разговоре.

Неподалеку от дома они встретили Джека и Элиаса верхом — они ехали вдоль дороги.

— Не нашли баранов? — крикнула Сибил.

— Нет! — бросил в ответ Джек. Он был зол и огорчен.

— Я буду смотреть по сторонам всю дорогу! — крикнула Эбби, но Джек не ответил ей. Девушка очень страдала из-за его холодности, но поделать с этим ничего было нельзя. Кроме того, маленькая доля сомнений все же оставалась — и от этого Эбби чувствовала себя еще хуже.

Утро субботы в городке Клэр всегда было напряженным временем. Десятки фермеров с семьями съезжались с окрестных ферм, и улицы были заполнены народом. Повсюду в магазинах и лавках шла бойкая торговля. Три путешественницы слезли с двуколки и стали разглядывать витрины — Эбби, впрочем, без всякого энтузиазма. Она по-прежнему плохо себя чувствовала. Когда они дошли до магазина, в котором торговала своими изделиями женская ассоциация, Сибил собралась купить что-нибудь для малыша Джеральда.

— Я подожду вас на улице! — сказала Эбби.

— Ты уверена, дорогая?

— Да.

Сибил видела, что девушка бледна, и забеспокоилась.

— Хорошо, милая. Я недолго. Клементина, ты побудешь с Эбби?

— Да, конечно!

Клементина видела, что Эбби сердится на нее, и хотела переговорить с девушкой.

— Это совершенно необязательно! — сказала Эбби. — Вам лучше пойти с миссис Хокер и помочь подобрать что-нибудь для ребенка.

— Нет, я останусь. Мне надо с тобой поговорить.

Эбби удивилась, но Сибил уже вошла в магазин, и они с Клементиной остались наедине.

— Нам не о чем говорить! — коротко бросила Эбби.

— А я думаю, есть о чем. Я заметила, что ты на меня сердишься, Эбби, и я не могу тебя в этом винить. Я вовсе не хотела поссорить вас с Джеком — просто я видела, как ты шла вчера вечером в ту сторону, вот и решила, что ты могла что-то заметить. Мне правда очень жаль, что Джек теперь считает тебя виноватой в этом случае с воротами.

Эбби смутилась. Клементина, похоже, говорила искренне.

— Не стоит волноваться. Я просто надеюсь, что мистер Хокер найдет баранов, особенно Наполеона.

— Я просто уверена, что так и будет.

Появилась Сибил и продемонстрировала девушкам очаровательный детский комплект с пинетками и нежноголубой шапочкой.

— Это защитит малыша от солнца, когда Марта будет с ним гулять. Правда, прелесть? А теперь пойдемте-ка в «Эмпориум» к Мак-Эвою — и вы подберете себе что-нибудь миленькое для танцев. — Сибил вся лучилась от удовольствия. — Затем заглянем в обувную лавку Уильяма Шу.

Они не прошли и десятка шагов, как им навстречу направились две пышно одетые дамы в сопровождении элегантного мужчины. Судя по шикарным платьям, дамы не были обитателями деревенских поместий или ферм — в их облике сквозил лоск истинных горожанок.

Сибил пришла в восторг от этой встречи.

— Бернис! Эсмеральда! Леонардо! Что вы делаете в Клэре?!

— Сибил, дорогая!

Дамы немедленно расцеловали воздух возле щек друг друга, а мужчина сказал:

— Мы подыскиваем реквизит для нашей новой пьесы.

Его акцент выдавал скорее уроженца лондонского Вест-Энда, чем Южной Австралии.

— О, это замечательно! — Сибил сияла от счастья. — Девочки мои, позвольте представить вам Леонардо МакБрайда, режиссера Театральной компании Рубинштейна.